12 январь 2009 г. Я, Собака и Город Контрастов

12 январь 2009 г. Я, Собака и Город Контрастов

У моей Собаки температура всегда сорок. Даже больше.

Я чувствую это, когда вечером она залезает ко мне по одеяло и, привалившись к моим ногам, обжигает их даже сквозь пижамные штаны. Засыпая, она судорожно вздыхает и всхлипывает, а во сне часто вздрагивает и глухо матерится.

— Что тебе снилось? – спрашиваю я у неё наутро.

— Лучше тебе не знать, - отвечает она.

Белки у неё постоянно красные, а шерсть на холке навсегда застыла, ощетинившись, как у дикобраза. Сидя у окна, она вздыхает, стучит зубами и дрожит от ужаса, восторга и ярости. Как для ирландского героя Кухулина, для неё это совершенно привычное, обыденное состояние. Я об этом знаю. Мои соседи – нет. Поэтому, когда мы с Собакой подходим к лифту, я, прежде чем нажать на кнопку, прослушиваю и простукиваю его, как врач – лёгочного больного. На тот предмет, не затерялся ли где-нибудь внутри какой-нибудь Сосед. Иначе, если дверь лифта откроется перед носом моей Собаки, а в кабинке будет Сосед, - случится скандал. И Бог знает, что они оба – Сосед и Собака – со страху могут натворить… И, главное, я никак не смогу это предотвратить, никакими средствами.

— Дрессировке она не поддаётся, - сообщил мне Собачий Инструктор. – Слишком нервная. Редко, но бывает такое. Попробуйте давать ей «Кот Баюн». Хорошее средство.

— Кто – Баюн? – сухо осведомилась моя собака из-под дивана.

— Не «Кто Баюн», а «Кот Баюн», - сказала я. – Что-то знакомое, между прочим.

— Щас посмотрим, - сказал мне Костик и полез в шкаф за сборником русских народных сказок. - «Ну-ка, кот Баюн, покажи большую страсть!» - Вот кот Баюн когти точит, на царя их ладит, хочет ему белу грудь раздирать, из живого – сердце вынимать.

— Э-э-э, - сказала я.

— Не годится, - сказал Костик. – Это твоя Собака и так может. Без всяких баюнов. В лучшем виде. Может, валерьянки ей давать?

— Васька от валерьянки спился, между прочим, - напомнила нам из-под дивана Собака.

— Верно, - сказал Костик. – Тогда надо выходить с ней очень рано утром и очень поздно вечером. Когда никого нет, кроме дворников. Дворников она уважает. У них мётла с прутьями и лопаты с черенками.

— Сволочи вы, - сказала Собака из-под дивана. – Я и так неконтактная. А вы хотите лишить меня даже минимального шанса на нормальное общение. Вы что, не знаете, что для гармоничного развития собака обязательно должна контактировать с себе подобными?

— Подобных тебе нет, - сказала я. – И не будет никогда. Я даже знаю, как это сказать по-ирландски.

— Это всё, что ты знаешь по-ирландски! – сказала Собака из-под дивана. Я не возразила, потому что это правда. Она всегда выходит победителем из любой словесной перепалки.

И мы гуляем с ней по Москве очень ранним утром и очень поздним вечером. При этом она всё равно умудряется найти жертву и вступить с ней в контакт.

— Что мне с тобой делать? – риторически спрашиваю я, оттаскивая её от жертвы в подворотню и безуспешно пытаясь нахлобучить ей намордник.

— Я не виновата, - тяжело дыша и отплёвываясь от намордника, отвечает она. – Я его предупреждала: не подходи, я психованная. И вообще, что это за манера – нюхать у дамы под хвостом? Почему я должна позволять это делать всякому незнакомому сброду?

В очереди ветеринарной клиники она обычно сидит глубоко под скамейкой и смотрит оттуда на всех мудрыми и скорбными глазами.

— Как они могут тут собачиться? – тихо спрашивает она, глядя на волнующуюся очередь. – Они что, не понимают, что в последние минуты жизни надо думать не об этом?

— Какие последние минуты? – безнадёжно уговариваю её я. – Они тут все на профилактическую прививку. И ты, между прочим, тоже. Это же каждый год бывает – ты что, не помнишь, что ли? Совершенно безобидный и безболезненный укол, от которого никто не помирает.

Она горько улыбается в ответ, прикрывает глаза и принимается бормотать мантры. Потом приоткрывает один глаз и встречается с таким же мудрым и тоскливым взором лежащего в сторонке Белого Лабрадора.

— Ну, что ты скис? - пытается приободрить его хозяин. – Вон – смотри, какая женщина красивая под скамейкой лежит...

— Василий Иваныч, мне не до сук, - пытается горько скаламбурить Белый Лабрадор. Потом прикрывает глаза, кладёт голову на лапы и принимается бормотать мантры.

— А он ничего, - вздыхает моя Собака. – Жаль – поздно встретились. Вот оно всегда так бывает….

Уже после прививки, на улице, она пытается хорохориться, но всё ещё чувствует себя смущённой.

— Я же говорила тебе – ничего страшного, - напоминаю я ей. – Ну, скажи мне, как можно, как так можно – жить и ВСЕГО БОЯТЬСЯ… ну, вообще – ВСЕГО. Без исключения. Как так можно?

— Ты сколько лет живёшь в этом городе? – отвечает она. – Сорок? Вот то-то и оно… Привыкла уже и не замечаешь. Город контрастов. Нельзя не бояться. Никак невозможно.

И вздрагивает, вытянувшись в струну и распустив по ветру уши. В профиль она немного похожа на кабаргу. Это такой маленький олень с клыками. Когда-то в детстве, кстати, я очень любила эту кабаргу и даже мечтала быть ею на новогоднем празднике во втором классе. Разумеется, мне не разрешили быть кабаргой, а велели быть китайцем. До сих пор хорошо помню, как я была китайцем вместо кабарги. Я почти всегда была китайцем на этих утренниках. Только один раз – вьетнамцем. И никогда – кабаргой.

Пока я обо всём этом думаю, мимо пробегают два мужика в высоких, как митры, шапках. Они бегут и переговариваются на бегу:

— А Сашка выходит из дома, весь такой из себя в джинсах шикарных.. Обалдеть.

— А он всегда теперь в шикарных джинсах. Просто как Папа Римский!

— Город контрастов, - говорит мне Собака. – Нельзя не бояться.

И мы идём с ней по позднему, очень позднему городу контрастов, грязному, дымному и сверкающему ярким, чистейшим ледяным серебром. В магазинной витрине работают телевизоры, и в телевизорах показывают такое, что мы с Собакой, как по команде, начинаем пятиться, рычать и содрогаться. От экранов на снегу лежит отсвет; он нехорошего буро-красного, в подтёках, цвета, и от него скверно пахнет. Мы быстренько сворачиваем в переулок. Во дворике возле мусорного бака сидят две нищенки, закутанные в рваные войлочные платки, и разговаривают:

— Ладно. А завтра тогда пойдём в «Адамас». Посмотрим, почём там золото.

— Ну, там-то наверняка дороже…

— Да насколько дороже-то? Ну, может, тыщ на семь – на восемь. Это ерунда. Зато с гарантией. Надо посмотреть.

А в следующем дворике тихо и звёздно, и в жёлтых окнах жёлтых кирпичных домов горят синие и жёлтые ёлочные гирлянды, и жёлтые квадраты света лежат на ярком, искрящемся снегу. От них пахнет морозом, пирогами и докторской колбасой. В витрине маленького магазинчика разложены ёлочные игрушки из блестящей ваты и фольги. Таких уже не было даже в моём детстве.

— Стиль «ретро», - поясняет мне Собака. – Сейчас очень модно – такие игрушки.

Стоят чёрт-те сколько, между прочим

Из переулка выходят мужчина, женщина и девочка лет семи. Все трое почему-то мне кого-то напоминают. Девочка толстая и грустная: на ней чёрная, кое-как застёгнутая кроличья шубка, красная шапка с помпоном и очки с заклеенным пластырем стеклом. Неужели детям до сих пор заклеивают глаз ради выправления зрения? Я была убеждена, что это уже давно считается устаревшим методом…

— И кем же ты хочешь стать? – спрашивает мама у девочки.

— Кабаргой, - говорит она.

— Что? – смеётся папа. – Какой такой каргой?

— Папа, кабарга – это такой олень с клыками! – строго говорит девочка.

И я окончательно узнаю эту кроличью шубку, и красную шапку, и заклеенный глаз. И вся холодею и начинаю дрожать.

— Ага! – говорит мне Собака. – Поняла, наконец, что это за город?

— Бежим, - говорю я ей.

— Бесполезно, - подбадривает меня она.

И мы поджимаем хвосты и бежим. А звёзды сияют над нами в гулкой дворовой черноте, и Папа Римский в рваном войлочном платке и шикарных джинсах смотрит нам вслед, ёжится и дышит на руки.

— Чего это они? – спрашивает, глядя на нас сверху, пушистая, слегка подмороженная ворона.

— Греются, - поясняет ей другая.

— Это они правильно…Холод-то какой, а? Говорила я тебе – надо было в этом году на юг лететь.

— Ничего. Как-нибудь и здесь, - говорит ей вторая и замирает, зарывшись клювом в воротник.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

Глава 5 Собака по кличке Собака

Из книги автора

Глава 5 Собака по кличке Собака – УРА-УРА! ПРИВЕТ ВАМ, AMIGOS! КАК НАЧИНАЕТСЯ ВАШ РОЖДЕСТВЕНСКИЙ СОЧЕЛЬНИК? ДА, ВЫ СЛУШАЕТЕ РАДИО 101,6 FМ ИЗ СТУДИИ «ANTENNA TRES» ПРЯМО ЗДЕСЬ, ПОСРЕДИ СТАРОЙ ДОБРОЙ ПАЛЬМЫ. ДДДДА-А-А-А, СЭР, ДОБРОГО, ДОБРОГО УТРА ЖЕЛАЕТ ВАМ ПЕРВЫЙ И ЛУЧШИЙ В ИСПАНИИ


Глава XII Берлин, город контрастов

Из книги автора

Глава XII Берлин, город контрастов Нас рассматривали как что-то вроде поп-однодневок. Энди Флетчер, 2001 В апреле 1983 года «Depeche Mode Official Information Service» сообщил поклонникам группы о том, что «запись следующего альбома будет проходить с мая по июль. Все песни написаны Мартином и


18 январь 2009 г.

Из книги автора

18 январь 2009 г. Вы заметили? Когда у меня скверное настроение и хочется побрюзжать, я вспоминаю об Андерсене.О, бедная, безответная жертва.Он стерпит. Я его знаю. Терпите и вы, раз уж пришли.В одном из комментариев к моему прошлому посту я сказала, что боялась в детстве сказок


21 январь 2009 г. Из непридуманного

Из книги автора

21 январь 2009 г. Из непридуманного Мои соседки с нижнего этажа. Сёстры Мирра и Кира. День рождения у них в один день – девятнадцатого января. Они отнюдь не близнецы, просто так совпало. А разница в возрасте у них приличная – чуть ли не в двадцать лет. Они стройны, кокетливы и


20 январь 2009 г. Моя подруга на новом месте работы

Из книги автора

20 январь 2009 г. Моя подруга на новом месте работы — Ну, как тебе первый день на новом месте?— Знаешь – потрясающе! Изумительное такое место, я просто не ожидала даже. Сейчас расскажу. В общем, я пришла в офис, со всеми перезнакомилась – такой народ симпатичный, просто даже


Глава 19. Русляндия – страна контрастов

Из книги автора

Глава 19. Русляндия – страна контрастов Эта сенсационная история произошла в Белоруссии в начале декабря 1991 года. В элитном охотничьем хозяйстве заповедника Беловежская Пуща собрались тогдашние руководители РСФСР (Ельцин), Украины (Кравчук) и Белоруссии (Шушкевич). Надо


2009 год Январь

Из книги автора

2009 год Январь 11.01.  Воскресенье. Рабочий день.  Но заняться книгой нет возможности. С утра отвечал на письма: пишут фанатики, пробившиеся в летные училища… а что им отвечать? Авиация в кризисе… эх, не вовремя вы, ребята влезли. Ну, учите английский. Может, об эту стену


Бангкок — город контрастов

Из книги автора

Бангкок — город контрастов По возвращении в Сингапур Николай Николаевич собирался после короткого отдыха отправиться в новую экспедицию на Малаккский полуостров, на сей раз в султанаты, расположенные к северу от Джохора. Но плачевное состояние здоровья, которое он


Глава 19. РУСЛЯНДИЯ — СТРАНА КОНТРАСТОВ

Из книги автора

Глава 19. РУСЛЯНДИЯ — СТРАНА КОНТРАСТОВ Эта сенсационная история произошла в Белоруссии в начале декабря 1991 года. В элитном охотничьем хозяйстве заповедника Беловежская Пуща собрались тогдашние руководители РСФСР (Ельцин), Украины (Кравчук) и Белоруссии (Шушкевич). Надо


Дневник Январь 2005 – январь 2006

Из книги автора

Дневник Январь 2005 – январь 2006 20051 января, субботаУтром все по программе, днем тоже. 100 раз со скакалкой, 100 раз на координацию всяких прыжков, много раз ходьбы с мыска на пятку и т. д. Плюс голос. В общем, занятий масса.Вечером приезжал Ваня.2 Января 2005 г.,


IV «ЖРИ ЕЕ, СОБАКА!»

Из книги автора

IV «ЖРИ ЕЕ, СОБАКА!» В одном отношении между либеральным правительством и королем Фердинандом царило полное согласие: и король и Аргуэльес относились неприязненно к Риэго.Легко понять, какие чувства внушал королю офицер, заставивший этого Бурбона склониться перед


Петербург и предместья «Город пышный, город бедный…»

Из книги автора

Петербург и предместья «Город пышный, город бедный…» В 1800 году семья Пушкиных некоторое время жила в Петербурге неподалёку от Юсуповского сада, куда няни с детьми выходили на прогулки. Здесь произошла единственная встреча будущего великого поэта, тогда совсем ещё


Собака

Из книги автора

Собака Я крадусь, мне б до конца прокрасться, сняв подкованные сапоги, и собака черного окраса у моей сопутствует ноги. Мы идем с тобой, собака, прямо в этом мире, полном тишины, — только пасть, раскрытая как яма, зубы, как ножи, обнажены. Мне товарищ этот без обмана — он


Собака

Из книги автора

Собака Поздно ночью пересекаем аргентинскую границу. В густой темноте шлепаем по пустынной трассе к пункту паспортного контроля, который вот-вот должен появиться за поворотом. Дует прохладный цветочный бриз. Говорить не хочется.На пограничном пункте наше появление


ЯНВАРЬ 2009

Из книги автора

ЯНВАРЬ 2009 1.1.09. 10–29Что ж, вот и 2009–й... Все получилось не так, как в тот Новый год. Лег спать почти сразу после проверки, но уснуть так и не смог. И потому, что во вей одежде под одеялом все–таки жарко; и соседи мешали, собравшиеся “чифирить” прямо рядом со мной, в соседнем