ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ КВАРТАЛЪ

Изъ ББКовскаго ликвидкома я былъ временно переброшенъ въ штабъ Подпорожскаго отд?ленія Свирьлага. Штабъ этотъ находился рядомъ, въ томъ же сел?, въ просторной и чистой квартир? бывшаго начальника подпорожскаго отд?ленія ББК.

Меня назначили экономистомъ-плановикомъ, съ совершенно невразумительными функціями и обязанностями. Каждое уважающее себя сов?тское заведеніе им?етъ обязательно свой плановый отд?лъ, никогда этотъ отд?лъ толкомъ не знаетъ, что ему надо д?лать, но такъ какъ сов?тское хозяйство есть плановое хозяйство, то вс? эти отд?лы весьма напряженно занимаются переливаніемъ изъ пустого въ порожнее.

Этой д?ятельностью предстояло заняться и мн?. Съ т?мъ только осложненіемъ, что плановаго отд?ла еще не было и нужно было создавать его заново — чтобы, такъ сказать, лагерь не отставалъ отъ темповъ соціалистическаго строительства въ стран? и чтобы все было, "какъ у людей". Планировать же совершенно было нечего, ибо лагерь, какъ опять же всякое сов?тское хозяйство, былъ построенъ на такомъ хозяйственномъ песк?, котораго заран?е никакъ не учтешь. Сегодня изъ лагеря — помимо, конечно, всякихъ "планирующихъ организацій" — заберутъ пять или десять тысячъ мужиковъ. Завтра пришлютъ дв? или три тысячи уголовниковъ. Сегодня доставятъ хл?бъ — завтра хл?ба не доставятъ. Сегодня — небольшой морозецъ, сл?довательно, даже полуразд?тые свирьлаговцы кое-какъ могутъ ковыряться въ л?су, а дохлыя лошади — кое-какъ вытаскивать баланы. Если завтра будетъ морозъ, то полуразд?тые или — если хотите — полуголые люди ничего нарубить не смогутъ. Если будетъ оттепель — то по размокшей дорог? наши дохлыя клячи не вывезутъ ни одного воза. Вчера я сид?лъ въ ликвидком? этакой немудрящей завпишмашечкой, сегодня я — начальникъ несуществующаго плановаго отд?ла, а завтра я, можетъ быть, буду въ л?су дрова рубить. Вотъ и планируй тутъ.

Свою "д?ятельность" я началъ съ ознакомленія со свирьлаговскими условіями — это всегда пригодится. Оказалось, что Свирьлагъ занять почти исключительно заготовкой дровъ, а отчасти и строевого л?са для Ленинграда и, повидимому, и для экспорта. Чтобы отъ этого л?са не шелъ слишкомъ дурной запахъ — л?съ передавался разнаго рода декоративнымъ организаціямъ, врод? С?взапл?са, Коопл?са и прочихъ — и уже отъ ихъ имени шелъ въ Ленинградъ.

Въ Свирьлаг? находилось около 70.000 заключенныхъ съ почти ежедневными колебаніями въ 5-10 тысячъ въ ту или иную сторону. Интеллигенціи въ немъ оказалось еще меньше, ч?мъ въ ББК — всего около 2,5%, рабочихъ гораздо больше — 22% (в?роятно, сказывалась близость Ленинграда), урокъ — меньше — 12%. Остальные — все т? же мужики, преимущественно сибирскіе.

Свирьлагъ былъ нищимъ лагеремъ, даже по сравненію съ ББК. Нормы снабженія были ур?заны до посл?дней степени возможности, до пред?ловъ клиническаго голоданія всей лагерной массы. Запасы лагпунктовскихъ базъ были такъ ничтожны, что мал?йшіе перебои въ доставк? продовольствія оставляли лагерное населеніе безъ хл?ба и вызывали зіяющіе производственные прорывы.

Этому "лагерному населенію" даже каша перепадала р?дко. Кормили хл?бомъ, прокисшей капустой и протухшей рыбой. Норма хл?бнаго снабженія была на 15 процентовъ ниже ББКовской. Дохлая рыба время отъ времени вызывала массовый желудочныя забол?ванія (какъ ихъ предусмотришь по плану?), продукція лагеря падала почти до нуля, начальникъ отд?ленія получалъ жестокій разносъ изъ Лодейнаго поля, но никогда не посм?лъ отв?тить на этотъ разносъ аргументомъ, какъ будто неотразимымъ — этой самой дохлой рыбой. Но дохлую рыбу слало то же самое начальство, которое сейчасъ устраивало разносъ. Куда пойдешь, кому скажешь?