НА АДМИНИСТРАТИВНОМЪ ПОПРИЩѢ

Постъ этотъ обыкновенно изъ паршивенькихъ. Но ч?мъ больше будетъ проявлено твердости души и непреклонности характера передъ всякимъ челов?ческимъ горемъ, передъ всякимъ челов?ческимъ страданіемъ, передъ всякой челов?ческой жизнью — т?мъ шире и тучн?е пути дальн?йшаго поприща. И вдали, гд?-то на горизонт?, маячитъ путеводной зв?здой партійный билетъ и теплое м?сто въ ГПУ.

Однако, и въ партію, и въ особенности въ ГПУ принимаютъ не такъ, что-бы ужъ очень съ распростертыми объятіями — туда попадаютъ только избранные изъ избранныхъ. Большинство актива задерживается на среднихъ ступенькахъ: предс?датели колхозовъ и сельсов?товъ, члены заводскихъ комитетовъ профсоюзовъ, милиція, хл?бозаготовительныя организаціи, кооперація, низовой аппаратъ ГПУ, всякія соглядатайскія амплуа въ домкомахъ и жилкоопахъ и прочее. Въ порядк? пресловутой текучести кадровъ нашъ активистъ, точно футбольный мячъ, перебрасывается изъ конца въ конецъ страны — по всякимъ ударнымъ и сверхударнымъ кампаніямъ, хл?бозаготовкамъ, мясозаготовкамъ, хлопкозаготовкамъ, бригадамъ, комиссіямъ, ревизіямъ... Сегодня онъ грабитъ какой-нибудь украинскій колхозъ, завтра вылавливаетъ кулаковъ на Урал?, черезъ три дня руководитъ налетомъ какой-нибудь легкой гиппопотаміи на стекольный заводъ, ревизуетъ рыбные промыслы на Каспіи, разсл?дуетъ "антигосударственныя тенденціи" въ какомъ-нибудь совхоз? или школ? и всегда, везд?, во всякихъ обстоятельствахъ своей бурной жизни вынюхиваетъ скрытаго классоваго врага...

Приказы, "директивы", "установки", "заданія", инструкціи мелькаютъ, какъ ассоціаціи въ голов? сумасшедшаго. Они сыплются на активиста со вс?хъ сторонъ, по вс?мъ "линіямъ": партійной, административной, сов?тской, профсоюзной, хозяйственной. Они создаютъ атмосферу обалд?нія, окончательно преграждающаго доступъ какихъ бы то ни было мыслей и чувствъ въ и безъ того нехитрую голову твердой души прохвостовъ...

Понятно, что люди мало-мальски толковые по активистской стез? не пойдутъ: предпріятіе, какъ объ этомъ будетъ сказано ниже, — не очень ужъ выгодное и достаточно рискованное. Понятно также, что въ атмосфер? грабежа, текучести и обалд?нія, никакой умственности активъ пріобр?сти не въ состояніи. Для того, чтобы раскулачить мужика даже и до самой посл?дней нитки, никакой умственности по существу и не требуется. Требуются стальныя челюсти и волчья хватка, каковыя свойства и вытренировываются до пред?ла. Учиться этотъ активъ времени не им?етъ. Кое-гд? существуютъ такъ называемыя "сов?тско-партійныя школы", но тамъ преподаютъ ту науку, которая въ терминологіи щедринскихъ знатныхъ иностранцевъ обозначена какъ: grom pobieda razdavaissa — разум?ется, въ марксистской интерпретаціи этого грома. Предполагается, что "классовый инстинктъ" зам?няетъ активисту всякую работу сообразительнаго аппарата.

Отобранный по признаку моральной и интеллектуальной тупости, прошедшій многол?тнюю школу грабежа, угнетенія и убійства, спаянный безпред?льной преданностью власти и безпред?льной ненавистью населенія, активъ образуетъ собою чрезвычайно мощную прослойку нын?шней Россіи. Его качествами, врожденными и благопріобр?тенными, опред?ляются безграничныя возможности разрушительныхъ м?ропріятій власти и ея роковое безсиліе въ м?ропріятіяхъ созидательныхъ. Тамъ, гд? нужно раскулачить, ограбить и зар?зать, — активъ д?йствуетъ съ опустошительной стремительностью. Тамъ, гд? нужно что-то построить, — активъ въ кратчайшій срокъ создаетъ совершенно безвылазную неразбериху.

На всякое мановеніе со стороны власти активъ отв?чаетъ взрывами энтузіазма и вихрями административнаго восторга. Каждый очередной лозунгъ создаетъ своеобразную сов?тскую моду, въ которой каждый активистъ выворачивается наизнанку, чтобы переплюнуть своего сос?да и проползти наверхъ. Непрерывка и сверхранній пос?въ, бытовыя коммуны и соціалистическое соревнованіе, борьба съ религіей и кролиководство — все сразу охватывается пламенемъ энтузіазма, въ этомъ пламени гибнутъ всякіе зародыши здраваго смысла, буде таковые и прозябали въ голов? законодателя.

___

Когда въ подмогу къ остальнымъ двуногимъ и четвероногимъ, впряженнымъ въ колесницу соціализма, былъ впряженъ этакимъ коренникомъ еще и кроликъ — это было глупо, такъ сказать, въ принцип?. Кроликъ — зв?рь въ нашемъ климат? капризный, кормить его все равно было неч?мъ, проще было вернуться къ знакомымъ населенію и притерп?вшимся к вс?мъ невзгодамъ русской жизни свинь? и куриц?. Но все-таки кое чего можно было добиться и отъ кролика... если бы не энтузіазмъ.

Десятки тысячъ энтузіастовъ вцепились въ куцый кроличій хвостъ, над?ясь, что этотъ хвостъ вытянетъ ихъ куда-то повыше. Заграницей были закуплены милліоны кроликовъ — за деньги, полученныя за счетъ вымиранія отъ безкормицы свиней и куръ. Въ Москв?, гд? не то что кроликовъ, и людей кормить было неч?мъ, "кролиководство" навязывали больницамъ и машинисткамъ, трестамъ и домашнимъ хозяйкамъ, бухгалтерамъ и даже horrible dictu церковнымъ приходамъ. Отказаться, конечно, было нельзя: "нев?ріе", "подрывъ", "саботажъ сов?тскихъ м?ропріятій". Кроликовъ пораспихали по московскимъ квартирнымъ дырамъ, и кролики передохли вс?. То же было и въ провинціи. Уже на закат? дней кроличьяго энтузіазма я какъ-то "обсл?довалъ" крупный подмосковный кролиководческій совхозъ, совхозъ показательный и весьма привиллегированный по части кормовъ. Съ совхозомъ было неблагополучно, несмотря на вс? его привиллегіи: кролики пребывали въ аскетизм? и размножаться не хот?ли. Потомъ выяснилось: на семь тысячъ импортныхъ бельгійскихъ кроликовъ самокъ было только около двадцати... Какъ былъ организованъ этотъ кроличій монастырь — то-ли въ порядк? вредительства, то-ли въ порядк? головотяпства, то-ли заграницей закупали кроликовъ вотъ этакіе энтузіасты — все это осталось покрытымъ мракомъ соціалистической неизв?стности...

Теперь о кроликахъ уже не говорятъ... Отъ всей этой эпопеи остался десятокъ анекдотовъ — да и т? непечатны...