КУРОРТЪ НА ВИЧКѢ

Никакого барака для участниковъ спартакіады строить не пришлось. Въ Вичк? только что было закончено огромное деревянное зданіе будущей конторы совхоза, и я пока что прикарманилъ это зданіе для жилья моихъ спортсменовъ. Впрочемъ, тамъ оказались не одни спортсмены: спартакіады я все равно проводить не собирался и подбиралъ туда всякую публику, преимущественно по признаку личныхъ симпатій, такъ сказать, "протекціонизмъ". Мы съ Юрой оказались въ положеніи этакихъ Гарунъ-аль-Рашидовъ, им?ющихъ возможность на общемъ фон? каторжной жизни разсыпать вокругъ себя благод?янія полутора-двухъ м?сяцевъ сытнаго и привольнаго житья на вичкинскомъ курорт?. Разсыпали щедро, все равно б?жать; ч?мъ мы рискуемъ? Забирались въ траву, на м?сто нашего постояннаго "разложенія", "разлагались" тамъ и выискивали: ну, кого еще? Пом?щеніе уже было, фонды питанія, и хорошаго питанія, уже были выд?лены — жалко было оставлять пустующими курортный м?ста. Такъ, для медицинскаго надзора за драгоц?ннымъ здоровьемъ тренирующихся я извлекъ изъ центральной чекистской амбулаторіи одного престар?лаго хирурга, окончательно измотаннаго лагернымъ житьемъ, и въ воздаяніе за это — хотя тогда о воздаяніи я не думалъ — я получилъ возможность подл?чить свои нервы душами Шарко, массажемъ, электротерапіей, горнымъ солнцемъ и прочими вещами, которыя въ европейскихъ условіяхъ влетаютъ, в?роятно, въ коп?ечку. Прим?рно такимъ же образомъ были извлечены дв? машинистки управленія ББК, одна изъ которыхъ отсид?ла уже семь л?тъ, другая — шесть. Вообще на Вичку переводились люди, которые р?шительно никакого отношенія къ спартакіад? не им?ли и им?ть не могли.

Вс? мои предписанія насчетъ такихъ переводовъ Поккалнъ исполнялъ неукоснительно и безъ разговоровъ. Им?ю основанія полагать, что за эти нед?ли я Поккалну осточерт?лъ, и моя спартакіада снилась ему какимъ-то восьминогимъ кошмаромъ съ очками на каждой ног?. И если кто былъ обрадованъ нашимъ поб?гомъ изъ лагеря, такъ это Поккалнъ — какъ гора съ плечъ. Была только одна маленькая зац?почка. Юра — черезъ Хл?бникова — отыскалъ семидесятил?тняго профессора геологіи, имя небезызв?стное и заграницей. Я р?шилъ рискнуть и пришелъ къ Поккалну. Даже латышская флегма тов. Поккална не выдержала:

— Ну, ужъ, позвольте, тов. Солоневичъ, это уже черезчуръ. Зач?мъ онъ вамъ нуженъ? Ему же шестьдесятъ, что онъ, въ футболъ у васъ будетъ играть?

— Ахъ, тов. Поккалнъ, в?дь вы сами же понимаете, что спартакіада им?етъ въ сущности вовсе не спортивное, а чисто политическое значеніе.

Поккалнъ посмотр?лъ на меня раздраженно, но сд?лалъ видъ, что о политическомъ значеніи онъ понимаетъ все. Разспрашивать меня и, сл?довательно, признаваться въ обратномъ — было бы неудобно: какой же онъ посл? этого членъ партіи?

Профессоръ въ полномъ изумленіи забралъ свои пожитки, былъ перевезенъ на Вичку, лежалъ тамъ на солнышк?, удилъ форель и съ совершенно недоум?ннымъ видомъ спрашивалъ меня потомъ:

— Послушайте, тутъ, кажется, вы что-то врод? зав?дующаго... Объясните мн? ради Бога, что сей сонъ значитъ?

Объяснять ему — у меня не было никакой возможности. Но въ воздаяніе за курортъ я попросилъ профессора выучить меня уженью форели. Профессоръ поучилъ меня дня два, а потомъ бросилъ.

— Простите, я выдвиженцами никогда не занимался... Извините, пожалуйста, но такой бездарности, какъ вы — еще не встр?чалъ... Сов?тую вамъ никогда и въ руки удочки не брать. Профанація!

Юра въ своемъ новомъ чин? инструктора спорта медгорскаго отд?ленія ББК ОГПУ лазилъ по лагпунктамъ и потомъ говорилъ мн?: тамъ, на шестомъ лагпункт?, бухгалтерша одна есть... Кандидатура бухгалтерши подвергалась обсужденію, и женщина изъ обстановки голоднаго дв?надцатичасоваго рабочаго дня, клопиныхъ бараковъ и всяческихъ понуканій, не в?ря глазамъ своимъ, перебиралась на Вичку...

Я сейчасъ заплатилъ бы н?которое количество денегъ, чтобы посмотр?ть, какъ посл? нашего поб?га Успенскій расхлебывалъ мою спартакіаду, а Поккалнъ расхлебывалъ мой вичкинскій курортъ. Во всякомъ случа? — это былъ на р?дкость веселый періодъ моей жизни.