ЗА ЧТО ЛЮДИ СИДЯТЪ?

Вс? эти прорывы, кампаніи и прочая кровавая чепуха касались меня, какъ "экономиста-плановика", хотя я за все свое пребываніе на этомъ отв?тственномъ посту ничего и ни на одну коп?йку не напланировалъ. Въ качеств? же юрисконсульта, я, несмотря на оптимистическое мн?ніе Нас?дкина: "ну, вы сами разберетесь — что къ чему", — все-таки никакъ не могъ сообразить, что мн? д?лать съ этими десятками пудовъ "личныхъ д?лъ". Наконецъ, я сообразилъ, что, если я опред?лю мои никому неизв?стныя функціи, какъ "оказаніе юридической помощи лагерному населенію", то это будетъ н?что, соотв?тствующее, по крайней м?р?, моимъ собственнымъ устремленіямъ. На "юридическую помощь" начальство посмотр?ло весьма косо:

— Что, кулаковъ собираетесь изъ лагеря выцарапывать?..

Но я заявилъ, что по инструкціи ГУЛАГа такая функція существуетъ. Противъ инструкціи ГУЛАГа Богоявленскій, разум?ется, возражать не посм?лъ. Правда, онъ этой инструкціи и въ глаза не видалъ, я — тоже, но инструкція ГУЛАГа, даже и несуществующая, звучала какъ-то внушительно.

Отъ тридцати пудовъ этихъ "д?лъ" несло тяжкимъ запахомъ того же безправія и той же безграмотности. Зд?сь д?йствовала та же схема: осмысленная безпощадность ГПУ и безсмысленное и безграмотное рвеніе актива. Съ папками, прибывшими изъ ГПУ, мн? не оставалось д?лать р?шительно ничего; тамъ стояло: "Ивановъ, по стать? такой-то, срокъ десять л?тъ". И точка. Никакой "юридической помощи" тутъ не выжмешь. Городское населеніе сид?ло почти исключительно по приговорамъ ГПУ. Если и попадались приговоры судовъ, то они въ подавляющемъ большинств? случаевъ были мотивированы съ достаточной, по сов?тскимъ масштабамъ, уб?дительностью. Крестьяне сид?ли и по приговорамъ ГПУ, и по постановленіямъ безконечныхъ "троекъ" и "пятерокъ" — по раскулачиванію, по коллективизаціи, по хл?бозаготовкамъ, и я даже наткнулся на приговоры троекъ по вн?дренію в?точнаго корма — того самаго... Зд?сь тоже ничего нельзя было высосать. Приговоры обычно были формулированы такъ: Ивановъ Иванъ, середнякъ, 47-ми л?тъ, 7/8, №, 10 л?тъ. Это значило, что челов?къ сидитъ за нарушеніе закона о "священной соціалистической собственности" (законъ отъ 7 августа 1932 года) и приговоренъ къ десяти годамъ. Были приговоры народныхъ судовъ, были и мотивированные приговоры разныхъ "троекъ". Одинъ мн? попался такой: челов?ка засадили на 10 л?тъ за кражу трехъ картошекъ на колхозномъ пол?, "каковыя картофелины были обнаружены при означенномъ обвиняемомъ Иванов? обыскомъ".

"Мотивированные приговоры" были мукой мученической. Если и былъ какой-то "составъ преступленія", то въ литературныхъ упражненіяхъ какого-нибудь выдвиженца, секретарствующаго въ Краснококшайскомъ народномъ суд?, этотъ "составъ" былъ запутанъ такъ, что — ни начала, ни конца. Часто, зд?сь же рядомъ, въ д?л? лежитъ и заявленіе осужденнаго, написанное уже въ лагер?. И изъ заявленія ничего не понять. Соціальное происхожденіе, конечно, б?дняцкое, клятвы въ в?рности соціалистическому строительству и "нашему великому вождю", призывы къ пролетарскому милосердію. Одновременно и "полное и чистосердечное раскаяніе" и просьба о пересмотр? д?ла, "потому какъ трудящій съ самыхъ малыхъ л?тъ, а что написано у приговор?, такъ въ томъ виноватымъ не былъ".

Изъ такихъ приговоровъ мн? особенно ясно помнится одинъ: крестьянинъ Бузулукскаго района Фадд?й Лычковъ осужденъ на 10 л?тъ за участіе въ бандитскомъ нападеніи на колхозный обозъ. Зд?сь же къ д?лу пришита справка бузулукской больницы: изъ этой справки ясно, что за м?сяцъ до нападенія и полтора м?сяца посл? него Лычковъ лежалъ въ больниц? въ сыпномъ тифу. Такое алиби, что дальше некуда. Судъ въ своей "мотивировк?" признаетъ и справку больницы, и алиби — а десять л?тъ все-таки далъ. Зд?сь же въ д?л? покаянное заявленіе Лычкова, изъ котораго понять окончательно ничего невозможно. Я р?шилъ вызвать Лычкова въ УРЧ для личныхъ объясненій. Активъ сразу пол?зъ на ст?нку: я разваливаю трудовую дисциплину, я отрываю рабочую силу и прочее и прочее. Но за моей спиной уже стояла пресловутая "инструкція ГУЛАГа", въ которую я, въ м?ру элементарн?йшаго правдоподобія, могъ втиснуть р?шительно все, что мн? вздумается. На этотъ разъ Богоявленскій посмотр?лъ на меня не безъ н?котораго недов?рія: "что-то врешь ты, братъ, насчетъ этой инструкціи". Но вслухъ сказалъ только:

— Ну, что-жъ. Разъ въ инструкціи есть... Только вы не очень ужъ этимъ пользуйтесь.

Вызванный въ УРЧ, Лычковъ объяснилъ, что ни о какомъ нападеніи онъ, собственно говоря, р?шительно ничего не знаетъ. Д?ло же заключается въ томъ, что онъ, Лычковъ, находился въ конкурирующихъ отношеніяхъ съ секретаремъ сельсов?та по вопросу о какой-то юной колхозниц?. Въ этомъ соціалистическомъ соревнованіи секретарь перваго м?ста не занялъ, и Лычковъ былъ "пришитъ" къ бандитскому д?лу и по?халъ на 10 л?тъ въ ББК: не соревнуйся съ начальствомъ.

Въ особенно подходящій моментъ мн? какъ-то особенно ловко удалось подъ?хать къ Богоявленскому, и онъ разр?шилъ мн? переслать въ Медгору десятка полтора такихъ д?лъ для дальн?йшаго направленія на ихъ пересмотръ. Это былъ мой посл?дній усп?хъ въ качеств? юрисконсульта.