ДВѢ СИЛЫ

Если попытаться предварительно и, такъ сказать, эскизно, опред?лить тотъ процессъ, который сейчасъ совершается въ Россіи, то можно сказать приблизительно сл?дующее:

Процессъ идетъ чрезвычайно противор?чивый и сложный. Властью созданъ аппаратъ принужденія такой мощности, какого исторія еще не видала. Этому принужденію противостоитъ сопротивленіе почти такой же мощности. Дв? чудовищныя силы сц?пились другъ съ другомъ въ обхватку, въ безприм?рную по своей напряженности и трагичности борьбу. Власть задыхается отъ непосильности задачъ, страна задыхается отъ непосильности гнета.

Власть ставитъ своей ц?лью міровую революцію. Въ виду того, что надежды на близкое достиженіе этой ц?ли рухнули, — страна должна быть превращена въ моральный, политическій и военный плацдармъ, который сохранилъ бы до удобнаго момента революціонные кадры, революціонный опытъ и революціонную армію.

Люди же, составляющіе эту "страну", становиться на службу міровой революціи не хотятъ и не хотятъ отдавать своего достоянія и своихъ жизней. Власть сильн?е "людей", но "людей" больше. Водоразд?лъ между властью и "людьми" проведенъ съ такой р?зкостью, съ какою это обычно бываетъ только въ эпохи иноземнаго завоеванія. Борьба принимаетъ формы среднев?ковой жестокости.

Ни на Невскомъ, ни на Кузнецкомъ мосту ни этой борьбы, ни этихъ жестокостей не видать. Зд?сь — территорія, уже прочно завоеванная властью. Борьба идетъ на фабрикахъ и заводахъ, въ степяхъ Украины и Средней Азіи, въ горахъ Кавказа, въ л?сахъ Сибири и С?вера. Она стала гораздо бол?е жестокой, ч?мъ она была даже въ годы военнаго коммунизма, — отсюда чудовищныя цифры "лагернаго населенія" и непрекращающееся голодное вымираніе страны.

Но на завоеванныхъ территоріяхъ столицъ, крупн?йшихъ промышленныхъ центровъ, жел?знодорожныхъ магистралей достигнутъ относительный вн?шній порядокъ: "врагъ" или выт?сненъ, или уничтоженъ. Терроръ въ городахъ, резонирующій по всему міру, сталъ ненуженъ и даже вреденъ. Онъ перешелъ въ низы, въ массы, отъ буржуазіи и интеллигенціи — къ рабочимъ и крестьянамъ, отъ кабинетовъ — къ сох? и станку. И для посторонняго наблюдателя онъ сталъ почти незам?тенъ.