ИДИЛЛІЯ КОНЧАЕТСЯ

Наше — по лагернымъ масштабамъ идиллическое — житье на третьемъ лагпункт? оказалось, къ сожал?нію, непродолжительнымъ. Виноватъ былъ я самъ. Не нужно было запугивать зав?дующаго снабженіемъ теоріями троцкисткаго загиба, да еще въ прим?неніи оныхъ теорій къ полученію сверхударнаго об?да, не нужно было посылать начальника колонны въ нехорошее м?сто. Нужно было сид?ть, какъ мышь подъ метлой и не рипаться. Нужно было сд?латься какъ можно бол?е незам?тнымъ...

Какъ-то поздно вечеромъ нашъ баракъ обходилъ начальникъ лагпункта, сопровождаемый почтительной фигурой начальника колонны — того самаго, котораго я послалъ въ нехорошее м?сто. Начальникъ лагпункта величественно просл?довалъ мимо вс?хъ нашихъ клопиныхъ дыръ; начальникъ колонны что-то вполголоса объяснялъ ему и многозначительно указалъ глазами на меня съ Юрой. Начальникъ лагпункта бросилъ въ нашу сторону неопред?ленно-недоум?нный взглядъ — и оба ушли. О такихъ случаяхъ говорится: "мрачное предчувствіе сжало его сердце". Но тутъ и безъ предчувствій было ясно: насъ попытаются сплавить въ возможно бол?е скоростр?льномъ порядк?. Я негласно и свир?по выругалъ самого себя и р?шилъ на другой день предпринять какія-то еще неясныя, но героическія м?ры. Но на другой день, утромъ, когда бригады проходили на работу мимо начальника лагпункта, онъ вызвалъ меня изъ строя и подозрительно спросилъ: чего я это такъ долго околачиваюсь на третьемъ лагпункт?? Я сд?лалъ вполн? невинное лицо и отв?тилъ, что мое д?ло — маленькое, разъ держать, значитъ, у начальства есть какія-то соображенія по этому поводу. Начальникъ лагпункта съ сомн?ніемъ посмотр?лъ на меня и сказалъ: нужно будетъ навести справки. Наведеніе справокъ въ мои расчеты никакъ не входило. Разобравшись въ нашихъ "требованіяхъ", насъ сейчасъ же вышибли бы съ третьяго лагпункта куда-нибудь, хоть и не на с?веръ; но мои м?ропріятія съ оными требованіями не принадлежали къ числу одобряемыхъ сов?тской властью д?яній. На работу въ этотъ день я не пошелъ вовсе и сталъ неистово б?гать по всякимъ лагернымъ заведеніямъ. Перспективъ былъ милліонъ: можно было устроиться плотниками въ одной изъ бригадъ, переводчиками въ технической библіотек? управленія, переписчиками на пишущей машинк?, штатными грузчиками на центральной баз? снабженія, лаборантами въ фотолабораторіи и еще въ ц?ломъ ряд? м?стъ. Я попытался было устроиться въ колонизаціонномъ отд?л? — этотъ отд?лъ промышлялъ разселеніемъ "вольно-ссыльныхъ" крестьянъ въ карельской тайг?. У меня было н?которое имя въ области туризма и краев?д?нія, и тутъ д?ло было на мази. Но вс? эти проекты натыкались на сократительную горячку; эту горячку нужно было переждать: "придите-ка этакъ черезъ м?сяцъ — обязательно устроимъ". Но меня м?сяцъ никакъ не устраивалъ. Не только черезъ м?сяцъ, а и черезъ нед?лю мы рисковали попасть въ какую-нибудь Сегежу, а изъ Сегежи, какъ намъ уже было изв?стно, — никуда не сб?жишь: кругомъ трясины, въ которыхъ не то что люди, а и лоси тонутъ...

Р?шилъ тряхнуть своей физкультурной стариной и пошелъ непосредственно къ начальнику культурно-воспитательнаго отд?ла (КВО) тов. Корзуну. Тов. Корзунъ, слегка горбатый, маленькій челов?къ, встр?тилъ меня чрезвычайно в?жливо и корректно: да, такіе работники намъ бы нужны... а статьи ваши?.. Я отв?тилъ, что статьями, увы, хвастаться нечего: 58-6 и прочее. Корзунъ безнадежно развелъ руками: "Ничего не выйдетъ... Ваша работа по культурно-воспитательной линіи — да еще и въ центральномъ аппарат? КВО — абсолютно исключена, не о чемъ говорить".

...Черезъ м?сяцъ тотъ же тов. Корзунъ велъ упорный бой за то, чтобы перетащить меня въ КВО, хотя статьи мои за это время не изм?нились. Но въ тотъ моментъ такой возможности тов. Корзунъ еще не предусматривалъ. Я извинился и сталъ уходить.

— Знаете что, — сказалъ мн? Корзунъ въ догонку, — попробуйте-ка вы поговорить съ "Динамо". Оно лагернымъ порядкамъ не подчинено, можетъ, что-нибудь и выйдетъ.