ВВЕДЕНІЕ ВЪ ФИЛОСОФІЮ ХАЛТУРЫ

Теперь я передамъ, въ чемъ заключалась высказанная и невысказанная суть нашей бес?ды.

Само собой разумеется, что ни о какой мало-мальски серьезной постановк? физической культуры въ концлагер? и говорить не приходилось. Нельзя же въ самомъ д?л? предлагать футболъ челов?ку, который работаетъ физически по 12 часовъ въ сутки при ясно недостаточномъ питаніи и у самаго полярнаго круга. Не могъ же я въ самомъ д?л? пойти со своей физкультурой въ девятнадцатый кварталъ?... Я сразу намекнулъ Успенскому, что ужъ эту-то штуку я понимаю совершенно ясно — и этимъ избавило его отъ необходимости вдаваться въ не совс?мъ все-таки удобныя объясненія.

Но я не собирался ставить физкультуру всерьезъ. Я только обязался провести спартакіаду такъ, чтобы въ ней была масса, были рекорды, чтобы спартакіада была соотв?тствующе рекламирована въ московской пресс? и сочувствующей иностранной, чтобы она была заснята и на фото-пластинки, и на кино-пленку — словомъ, чтобы urbi et orbi и отечественной плотв?, и заграничнымъ идеалистическимъ карасямъ воочію, съ документами на страницахъ журналовъ и на экран? кино, было показано: вотъ какъ сов?тская власть заботится даже о лагерникахъ, даже о бандитахъ, контръ-революціонерахъ, вредителяхъ и т.д. Вотъ какъ идетъ "перековка". Вотъ зд?сь — правда, а не въ "гнусныхъ буржуазныхъ выдумкахъ" о лагерныхъ зв?рствахъ, о голод?, о вымираніи...

"L'Humanite'", которая въ механик? этой халтуры не понимаетъ ни уха, ни рыла, будетъ орать объ этой спартакіад? на всю Францію — допускаю даже, что искренно. Максимъ Горькій, который приблизительно такъ же, какъ я и Успенскій, знаетъ эту механику, напишетъ елейно-проститутскую статью въ "Правду" и пришлетъ въ ББК прив?тствіе. Объ этомъ прив?тствіи лагерники будутъ говорить въ выраженіяхъ, не поддающихся переводу ни на одинъ иностранный языкъ: выраженіяхъ, формулирующихъ т? пред?льныя степени презр?нія, какія завалящій урка можетъ чувствовать къ самой завалящей, изъ?денной сифилисомъ, подзаборной проститутк?. Ибо онъ, лагерникъ, онъ-то знаетъ, гд? именно зарыта собака, и знаетъ, что Горькому это изв?стно не хуже, ч?мъ ему самому...

О прозаическихъ реальныхъ корняхъ этой халтуры будутъ знать вс?, кому это надлежитъ знать — и ГПУ, и ГУЛАГ, и Высшій Сов?тъ Физкультуры, и въ глазахъ вс?хъ Успенскій будетъ челов?комъ, который выдумалъ эту комбинацію, хотя и жульническую, но явно служащую къ вящей слав? Сталина. Успенскій на этомъ д?л? заработаетъ н?который административно-политическій капиталецъ... Могъ ли Успенскій не клюнуть на такую комбинацію? Могъ ли Успенскій не остаться довольнымъ нашей бес?дой, гд? столь прозаическихъ выраженій, какъ комбинація и жульничество, конечно, не употреблялось en toutes lettres и гд? все было ясно и понятно само собой...

Еще довольн?е былъ я, ибо въ этой игр? не Успенскій используетъ и обставитъ меня, а я использую и обставлю Успенскаго... Ибо я точно знаю, чего я хочу. И Успенскій сд?лаетъ почти все отъ него зависящее, чтобы, самъ того не подозр?вая, гарантировать максимальную безопасность моего поб?га...