106

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

106

20 сентября 99-го года Полечке «Маленькой» (так в нашей семье называют мою сестру в отличие от сестры Анечки - Полечки «Большой») исполнилось семьдесят. Праздник отметили тепло и торжественно. Юбиляра пришли поздравить многочисленные друзья, все наши родственники, живущие в Баффало, и, что для неё было особенно важно, сын Боря с женой Таней и внуком Алёшей, которые совсем недавно приехали в Америку. Тамадой и главным организатором праздника был наш друг Женя, который стал и её хорошим приятелем.

Открывая торжество, я упомянул основные вехи из жизни Полечки, которую иначе, как человеком из легенды, назвать нельзя. У наших родителей, как я уже рассказывал, было четверо детей и самой младшей была Полечка. Может быть поэтому, а может потому, что среди нас она была единственной девочкой, все в нашей семье, многочисленные родственники и соседи её очень любили. Для этого были все основания: она была не по возрасту умна, способна и очень красива. Нельзя сказать, что мне и моим старшим братьям любви не досталось, но нам всегда казалось, и не без оснований, что младшую сестрёнку родители любят больше. Они как будто чувствовали, что им не хватит времени, чтобы отдать своему мизинцу положенную порцию любви и ласки.

Предчувствие их не подвело. Папы не стало, когда Полечке ещё пяти лет не было, а мама ушла ровно через два года, не успев даже отвести её в школу.

Эстафету любви к нашей любимице принял на себя старший брат Сёма, который унаследовал отцовский характер и в голодные тридцатые годы заботился о ней и обо мне до самопожертвования. Полечка отвечала на это послушанием, прилежностью, добротой и ответной заботой о братьях. Тогда она больше заботилась обо мне. Наверное, потому, что я был младшим из братьев. Эти качества у неё от родителей. Уже в детстве ей нужно было о ком-то самоотверженно заботиться.

Как и её старшие братья, Полечка была любознательной и отлично училась в школе. Никто не сомневался в том, что незаурядные умственные способности, доброта и отличные внешние данные обеспечат ей счастливое будущее. Этому помешала война.

Оказавшись одна в оккупированном немцами Немирове она изо всех сил служила соседям и окружающим её людям. Не все остались к этому равнодушны и две украинские женщины спасли её, еврейку, от неминуемой смерти.

После войны она встретила сержанта Володю, в которого влюбилась и посвятила свою жизнь заботе о нём и семье, не думая о своём будущем. С рождением детей, забота перешла на них, и всё остальное в её жизни, включая образование и приобретение специальности, оказалось второстепенным. Так продолжалось многие годы и не прекращалось никогда до самой её старости. Даже теперь, в свои 70 лет, когда дети в её помощи уже давно не нуждаются, она всецело отдана им, позабыв о своём здоровье и покое.

Мне, её брату, единственному родственнику, оставшемуся в живых из всей нашей большой семьи, было всегда обидно и больно за Полечку. Все послевоенные годы я убеждал её в необходимости позаботиться о себе, своём образовании, лечении, отдыхе. Единственное, о чём просил её и за праздничным столом - подумать о своём здоровье. К сожалению, мои убеждения не вписывались в её мировоззрение, в её жизненную философию. Не изменилось её поведение и теперь. Она и сегодня, разменяв восьмой десяток, думает и заботится в первую очередь только о детях. Это вызывает моё возмущение и заметно портит наши отношения, хотя я её по-прежнему очень люблю.

Застольную речь на юбилее своей сестрёнки, после пожеланий долголетия и здоровья, я закончил призывом: «Уймись Полечка! Жизнь не бесконечна и даётся нам только один раз».

Было много тостов на том празднике, обилие подарков, добрых слов и пожеланий. Все восхищались замечательными человеческими качествами юбиляра, её добротой, вниманием к людям, заботой о детях и внуках. Все веселились, обнимали и целовали Полечку, дарили ей цветы. Она всем улыбалась и сияла от счастья.

Мне же было очень грустно на том юбилее.