Н. И. Коронкевич, И. А. Клюканова[36] Человек редкого мужества
23 февраля 2010 года исполнилось 90 лет со дня рождения одного из крупнейших исследователей аридных территорий, прежде всего в географо-гидрологическом плане, незаурядного человека редкого мужества Николая Тимофеевича Кузнецова.
Родился он в Москве. Отец, Тимофей Сергеевич, как указано в анкете, до революции был служащим, после нее рабочим, как и мать, Ксения Михайловна. После окончания школы в 1938 году Н.Т. поступил в Московский гидромелиоративный институт им. Вильямса. В сентябре 1942 года с 4 курса был призван в армию и направлен слушателем в Высший Военный гидрометеорологический институт Красной армии, который окончил в июле 1944 года по специальности инженер-гидролог.
Через этот Институт, в котором преподавали Я. Е. Джоган, Б. А. Аполлов, М. И. Львович и другие крупнейшие специалисты того времени, прошли многие известные затем гидрологи и климатологи. Здесь Н. Т. Кузнецов познакомился, в частности, с А. И. Субботиным и И. С. Соседовым, с которыми поддерживал дружеские и творческие контакты многие последующие годы.
В 1944–1945 гг. Н. Т. Кузнецов служил в действующей армии и в составе Степного фронта форсировал Днепр, а в составе войск 1-го Белорусского фронта – Вислу и Одер. Был начальником рекогносцировочных гидрометеорологических партий и отрядов на территории Польши и Германии. В 1945–1946 гг. возглавлял гидрометеорологическую станцию во Франкфурте-на-Одере. В 1946 году демобилизовался из армии и продолжил обучение в Московском гидромелиоративном институте. Ушел с 5 курса и, проработав некоторое время инженером по оборудованию Главного дорожно-мостового управления РСФСР, в конце 1947 года пришел в Институт географии АН СССР, с которым были связаны 50 последующих лет его жизни.
![](https://storage.yandexcloud.net/wr4img/481620_i_148.jpg)
Участники советско-китайской экспедиции, Урумчи,1957 г. Слева направо: Э. М. Мурзаев, Н. Т. Кузнецов, А. А. Юннатов, Б. А. Федорович и их китайский коллега.
Николай Тимофеевич работал в разных подразделениях Института – в отделах климатологии и гидрологии, гидрологии, Среднеазиатской экспедиции. Последнюю он возглавил в 1972 году после смерти СЮ. Геллера. В 1977 году в связи со структурными преобразованиями в ИГАНе Н. Т. Кузнецов пришел в Комплексную экспедицию по проблемам переброски стока, возглавляя в ней работу по Аральской тематике. Этим же он занимался и в составе лаборатории комплексных географических прогнозов. Последние годы жизни до своей кончины 10 декабря 1996 года Н. Т. Кузнецов проработал в лаборатории горной геоэкологии.
Н. Т. Кузнецов – автор более 300 опубликованных и рукописных работ, в т. ч. 8 книг. Основные темы, которыми он занимался: гидрография и гидрологический режим Центральной Азии, проблемы Арала и Приаралья, геосток, особенно такая его составляющая как вещественный состав взвешенных наносов.
Исследования Центральной Азии он начал с Монголии, куда неоднократно выезжал на полевые работы в период с 1949 по 1968 гг… В конце 1950-х годов поездками был охвачен и северо-западный Китай – область Синцзян. Экспедиционные работы, проводимые совместно с монгольскими и китайскими учеными, позволили ему досконально изучить особенности формирования и функционирования гидрологических систем в специфических условиях аридных территорий и на всю жизнь «прикипеть сердцем» к ним.
До Н. Т. Кузнецова существовали весьма фрагментарные представления о гидрографии и водном режиме Центральной Азии. Именно Кузнецову первому удалось создать целостную гидрологическую картину данного региона, построить первую достоверную карту стока, определить ресурсы стока Центральной Азии в размере 152 км?/год. Поскольку данных непосредственных наблюдений было очень мало, ему пришлось широко использовать косвенные данные, например по осадкам, применять методы географической аналогии. Значительное внимание Н. Т. Кузнецов уделял вопросам палеогидрографии. В частности, в одной из своих книг он писал, что не подтверждаются выводы В. М. Синицина и Э. М. Мурзаева о том, что в период максимального оледенения выпало много осадков, и сток рек был очень большим. Интересно, что ответственным редактором книги был Э. М. Мурзаев, с которым Н. Т. Кузнецова связывали многолетние дружеские отношения. Как видим, это не мешало выяснению истины.
Н.Т. показывает, что во многих случаях в аридных районах можно избежать обмеления рек при интенсивном использовании водных ресурсов. Для этого нужно создавать орошаемые массивы на месте дикой влаголюбивой растительности или ограничивать площади последней.
Работы Н. Т. в Центральной Азии во многом носили пионерный характер и не только в гидрологии. Своеобразным подтверждением этого служит такой факт. В одном из краеведческих музеев на границе Бурятии и Монголии в одном ряду стоят фотографии Пржевальского, Мурзаева, Кузнецова. Именно к Кузнецову в свое время обращались редакции БСЭ, ряда зарубежных энциклопедий с заказом на написание статей о водных объектах Центральной Азии.
Как уже отмечалось, еще работая по Центральной Азии, Н.Т. неоднократно обращался к рекам и водоемам Средней Азии как аналогам для объяснения ряда гидрологических явлений и процессов. Поэтому вполне логично его последующее переключение на Среднюю Азию и особенно бассейн Арала. Но при этом на смену в значительной мере индивидуальному способу проведения исследований пришел принципиально иной. Кузнецову дирекцией ИГ АН СССР было поручено возглавить работы по исследованию Аральской проблемы. Напомним, что постановлением ГКНТ Институт географии был назначен головным по данной проблеме и должен был организовать и курировать работу десятков организаций – соисполнителей. Основная тяжесть всей этой работы свалилась на плечи Н. Т. Конечно, за этой работой пристально следил директор ИГАНа академик И. П. Герасимов. Конечно, у Н.Т. были прекрасные помощники – А. С. Кесь, М. Е. Городецкая, Е. Н. Минаева, Р. В. Николаева, К. Н. Аргасова и многие другие. Постоянные консультации давали Э. М. Мурзаев, В. Н. Кунин, представители среднеазиатских и казахстанских организаций. И все же нагрузка была колоссальной, а тут еще и тяжелая болезнь. Но Н. Т. блестяще справился с заданием. Впервые удалось дать действительно комплексную оценку ситуации в столь крупном регионе антропогенного опустынивания, по существу экологического бедствия, выявить причины и механизмы данного явления, количественно оценить произошедшие изменения окружающей человека среды, выявить их медико-географические, социально-экономические последствия и разработать концепцию решения проблемы. К сожалению, сводной монографии по итогам исследований по проблеме Арала и Приаралья Н. Т. создать не удалось. Видимо, сказались болезнь и стремление сосредоточиться на вопросе, составляющем научный интерес для него. Указанный же пробел в монографическом подведении итогов работ по Аральской тематике был отчасти восполнен вышедшей позднее, в 1990 году, книгой Н. Ф. Глазовского «Аральский кризис» под редакцией Н. Т. Кузнецова.
Личный же научный интерес для Н.Т., начиная с 1970-х годов и по существу до конца жизни, составили проблемы геостока (в понимании С. Д. Муравейского) и такая слабоизученная составляющая геостока как вещественный состав взвешенных наносов. Напомним, что под геостоком Муравейский понимал совокупность жидкого, твердого и химического стока.
Н.Т. обосновал особую перспективность изучения геостока в аридных районах, где чрезвычайно сложны процессы его природной и антропогенной трансформации, а значения общего выноса веществ составляют огромные величины. Достаточно сказать, что по этому показателю Амударья занимает первое место среди всех рек бывшего СССР. В последние годы жизни Н.Т. занимался вещественным составом наносов рек Кавказа. Его чрезвычайно интересовал сравнительный анализ по этому признаку кавказских и среднеазиатских рек.
Н.Т. был очень эрудированным человеком. О широте его взглядов свидетельствуют, в частности, большое число опубликованных им популярных изданий, среди которых видное место занимают книги и статьи о самых разнообразных вопросах рационального использования и охраны водных ресурсов.
Обратите внимание на то, что за период с 1954 по 1968 гг. вышли 6 книг, написанных Н.Т. лично. Что было бы, если бы не болезнь?
Более 20 лет Н. Т. Кузнецов был инвалидом – перенес тяжелую операцию горла, лишился голоса, у него было больное сердце. Но и в это время он продолжает неустанно трудиться. Помимо руководства аральскими работами, подготовки отчетов, статей им написаны в соавторстве 2 книги.
Конечно, болезнь крайне затрудняла общение с Н. Т. Не все могли понять, что он пытался сказать. С большинством людей он общался с помощью записок. Когда нервничал, писал неразборчиво. Но и во время болезни Н.Т. сохранил свои лучшие черты. Без преувеличения можно сказать, что последние годы его жизни были настоящим подвигом. Н.Т. был исключительно работоспособным. Работа была его «хобби». В нее он вкладывал все силы, которых с годами становилось все меньше. А в молодости энергия била из него ключом. Он был жизнелюбом, прекрасно танцевал. Особенно в своей стихии он чувствовал себя в экспедициях.
Н.Т. был смелым, принципиальным, неравнодушным человеком. Не боялся сказать правду, самоотверженно бросался на защиту обиженных. Будучи секретарем парторганизации ИГАНа в конце 1940-х – начале 50-х годов, он уберег многих в Институте, когда были попытки найти «врагов народа» и сделать в географии то, что произошло в биологии.
Н.Т. принадлежал к разряду щедрых людей, которым доставляло удовольствие помогать другим советами, а подчас и материально. При этом он был скромен, ненавязчив. У него было много друзей, единомышленников. Среди них Э. М. Мурзаев, В. Н. Кунин, С. Ю. Геллер, многие ныне здравствующие сотрудники нашего Института, масса людей из других организаций, в т. ч. среднеазиатских, казахстанских.
Н. Т. Кузнецов был крупным ученым, во многом первооткрывателем, и замечательным человеком.