Грустная судьба зеленого золота Кавказа

Грустная судьба зеленого золота Кавказа

Лес — наше богатство… И как же безобразно оно используется! Сколько раз с горечью приходилось убеждаться, что с лесами у нас обращаются бессердечно и глупо.

Там, куда уже проведены дороги, на месте прежних лесов, украшавших Кавказ, виднеются пустоши, поросшие жиденьким кустарником — осиной главным образом. «Утюжат» их лавины, ничему не давая возможности расти, а вешние воды смывают с крутизны всю землю, и там, где рос лес, где журчали ручейки, остается голый, безнадежно голый камень.

Это там, куда проведены дороги, но вот здесь, вдоль речки Долры, по склонам гор и дороги-то нет. А лес?.. Во что превращен лес?!

Скажут — «в деловую древесину».

Я обследовала весь путь этой деловой древесины. «И железная лопата в каменную грудь… врежет страшный путь». И врезала: узким карнизом вьется подобие дороги. От дороги вверх — лес уже уничтожен; бревна покотом спускаются вниз. Те, что задержались на этой дороге, будут погружены на сани (да, именно сани, запряженные волами, ибо иной вид транспорта здесь не принят по причине бездорожья), сброшены в Ингур и мулем сплавлены вниз по течению. Те же бревна, что не остановились на дороге, а перескочили ее, останутся там гнить, даже если они совсем рядом, потому что снизу вверх никто их грузить не станет.

Мы «богаты»: мы используем лишь то, что можно взять без усилий, и таким путем достигаем «высокой производительности труда»! А какова дальнейшая судьба сплавленного леса? В низовьях Ингури, в городе Зугдиди, столице Мингрелии, реку перегораживают цепи. Лес вылавливают, доставляют на местный лесопильный завод и превращают в эту самую деловую древесину. Но между теми полноценными бревнами, что были сброшены в реку в ее верховье, и теми, что будут выловлены в Зугдиди, огромная разница. Ингури — бурная, горная река: пороги, скалы, водопады — все в ней бурлит, грохочет, и сброшенные в реку бревна до того обтачиваются, что от них остаются «рожки да ножки». Весь залив Очамчиры, куда впадает Ингури, покрыт слоем щепы. Говорят, что много бревен, проскочив заграждение в Зугдиди, уходят в море, где опускаются на дно.

Об этой грустной судьбе зеленого золота рассказал мне лесник из местечка Местия. И этот рассказ в немалой степени способствовал тому, что настроение у меня основательно испортилось.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

В лапах зеленого змия

Из книги автора

В лапах зеленого змия Кожух на кровати, бардак на столе и… пустой штоф из-под водки – вот что, прежде всего, бросилось в глаза поэту Полонскому в меблировке шевченковского жилища[11]. Захаживавший примерно в то же время к Кобзарю художник Микешин отметил еще шмат сала в


Грустная история Найдёныша

Из книги автора

Грустная история Найдёныша 1Тем летом, ближе к осени, мы частенько ходили в лес. Грибное выдалось лето, урожайное — с пустыми руками мы не возвращались. Мама днями сушила и солила наши лесные «трофеи», варила вкусные грибные супы, уговаривала:— Да хватит вам ноги-то бить,


От Лиссабона до Островов Зеленого Мыса

Из книги автора

От Лиссабона до Островов Зеленого Мыса Мы покинули Рештелу 8 июля 1497 года. Пусть Господь Бог наш позволит нам завершить это путешествие во славу его. Аминь!В следующую субботу [15 июля] показались Канарские острова. Ночью с подветренной стороны[18] миновали остров Лансароте.


Грустная песня

Из книги автора

Грустная песня На лобовом стекле щётки танцуют твист. Серый поток машин, серое небо. Ветер унёс октябрь, как пожелтевший лист. Вот он мелькнул и – нет. Был или не был? Может – нет, может – да… День за днём, как льдинки, тают. И вода – в никуда Утекает, утекает. Вроде всё как


Грустная судьба (В. Н. Волошинов)

Из книги автора

Грустная судьба (В. Н. Волошинов) Впервые я узнал имя Валентина Николаевича Волошинова (1895–1936) в 1972 г., уже будучи кандидатом наук. Под грифом нашего Института востоковедения был издан сборник переводов западных лингвистических работ, куда вошла и знаменитая статья


Грустная судьба зеленого золота Кавказа

Из книги автора

Грустная судьба зеленого золота Кавказа Лес — наше богатство… И как же безобразно оно используется! Сколько раз с горечью приходилось убеждаться, что с лесами у нас обращаются бессердечно и глупо.Там, куда уже проведены дороги, на месте прежних лесов, украшавших Кавказ,


Глава 7 НОЧНОЙ БОЙ У ОСТРОВОВ ЗЕЛЕНОГО МЫСА

Из книги автора

Глава 7 НОЧНОЙ БОЙ У ОСТРОВОВ ЗЕЛЕНОГО МЫСА «Шеер» шел по новому курсу прямо на восток. Бронированные борта карманного линкора, спешившего к своей цели, вибрировали. Мощный нос корабля разрезал глубокое синее море, освещенное солнцем на идеально чистом небе. Проходил день


Глава 50. Грустная радость

Из книги автора

Глава 50. Грустная радость «Кого позвать мне? С кем мне поделиться Той грустной радостью, Что я остался жив?» Сергей Есенин Подобно Дантову аду с его «кругами», ГУЛАГ тоже делится на части. Эти части отличаются одна от другой как тяжестью принудительного труда, качеством и


Глава 5. Изгнание «зеленого змия»

Из книги автора

Глава 5. Изгнание «зеленого змия» Всенародной любви к «вождям» в Советском Союзе не было никогда. Демонстрация ее — да, была: на лицемерие верхушки народ умело отвечал своим лицемерием. Хотя были и фанатики «начальстволюбия», но их хватает во всех странах и во все


Повседневность созидания. «Обретение» золота и судьба Алтая

Из книги автора

Повседневность созидания. «Обретение» золота и судьба Алтая Вернемся к короткому периоду Акинфиева триумфа — к году с небольшим после памятного ему июльского дня 1744 года, когда императрица Елизавета Петровна взяла его в «протекцию и защищение». Все это время на Урале


Глава 1. У врат Зеленого ада

Из книги автора

Глава 1. У врат Зеленого ада Изо всех сил я сжимал тонкое гибкое тело, желая вырвать из него хоть один стон. Напрасно. Мне всегда вспоминалось потом это тело, изгибавшееся в руках, послушное и недоступное, как будто бы я обнимал прекрасную девушку и змею…Я договорил и


Герои зеленого острова

Из книги автора

Герои зеленого острова 1Зеленый остров. Старые деревья с размытыми корневищами. Редкие кусты терновника и свербиуса. Просмоленные днища баркасов. Белые и синие киоски на пляжном песке. Каменистый шлях с телеграфными столбами. И Дон — прославленная в песнях река.Ранней


Самая грустная зима

Из книги автора

Самая грустная зима Наступившая вскоре зима была самой печальной зимой в жизни Джованнино. Умерла бабушка, а 18 – летний Антони все больше отдалялся от семьи. Взрывы гнева повторялись все чаще. В последние дни октября Маргарита вспомнила о возможном обучении Джованнино