Если б знал, где упасть…

Если б знал, где упасть…

Если Гейншу, да и всех прочих, мне было жаль, то менее всего внушала мне жалость и сочувствие некая Комиссарова — молодая и еще не успевшая стать изможденной женщина.

Она металась, как зверь в капкане, и все время твердила:

— Я невиновна, я больше не буду! Я на все согласна, лишь бы выпустили! Я искуплю! У меня дочь Зина, ей 6 лет. Мой муж убит, а мы не регистрированы, и на Зину ничего не дают… Ее отправят в детдом, и я ее потеряю. Боже мой, если б меня выпустили!

Я не сомневаюсь, что она продала бы и отца и мать, и она не могла себе простить, что не опередила того, кто на нее донес. Вот как это было:

— Мы, работники местной спичечной фабрики, собрались отметить именины одного своего сотрудника. Именины не удались — было мало самогона. Из чего его гнать-то? Ни муки, ни сахара, из свеклы что за вино? Уйти — хозяина обидишь. Танцевать? Да там и молодежи-то не было. Люди образованные, солидные, но все жмутся. Ни анекдота, ни прибаутки не скажешь, ведь все знают: пьяному, если и сболтнет что лишнее, с рук сойдет, а трезвому — всяко лыко в строку! Ну вот, стали разные фокусы показывать: кто на картах, кто что умеет. А один возьми да начни рассказывать про масонов. Они считали число «5» роковым, число «3» — магическим, а если из цифр можно составить число «15», то это приносит несчастье. К примеру, первая германская война началась в 1914 году. Если сложить все цифры, то получится: 1+9+1+4=15. Эта же — будь она проклята, эта война, — началась в 1941 году, опять получается: 1+9+4+1=15. Масоны говорят, что число «15», то есть 5х3, самое роковое. А вот в Апокалипсисе говорится, что есть такое «звериное» число «666» — оно, дескать, и есть самое роковое! Если это число из спичек составить — вот так, то как раз на это пойдет 15 спичек, опять же роковое число! И из 15 спичек — смотрите сами — получается слово «змей», а ведь в змея обернулся сам сатана — отец зла, искуситель! Уж и не упомню, кто, складывая все те же 15 спичек, получил имя «Ленин». Тут все друг на друга зашикали, на что-то другое разговор перевели и забыли. Или притворились, что забыли. Но кое-кто не забыл. Три дня прошло — вызывают и спрашивают про антигосударственную организацию по заданию врага. Не сразу я сообразила, о чем это они, а когда поняла, то было уже поздно. Вот и предъявили мне обвинение в недоносительстве…

Так мое образование продвигалось вперед. Я ушам своим не верила. Мне, в моей «европейской ограниченности», казалось, что привлечь к ответственности можно только за содеянное. С трудом до меня начало доходить, что здесь, в этой стране, преступлением считается и сказанное, но чтобы можно было угодить в тюрьму за услышанное? Нет, это превосходит все, что могли бы придумать в горячечном бреду сумасшедшие! Увы, очень скоро мне пришлось убедиться в том, что ты можешь быть признан виноватым за то, что подумал или мог подумать, поскольку не можешь доказать, что ты не думал.

Комиссарова оказалась для нас всех, и особенно для меня, полезной. Как местная жительница, она знала на слух гудки местных производств, и благодаря ей мы знали время:

— Это спичечная фабрика! Значит, восемь часов. Гудит маслозавод — 12 часов. Обед!

В три часа — гудок мебельной фабрики, а в четыре не помню уж чей. Казалось бы, не все ли нам равно? А на поверку выходит, что именно таким, как мы, заживо погребенным, очень хочется знать время.

Спасибо домовому! Благодаря ему я стала обладательницей юбки (часть туалета, откровенно говоря, никогда не пользовавшаяся у меня успехом). Впрочем, юбка мне не помешала. Бессменные мои штаны, несмотря на свою добротность, надо было приберечь, а валяться здесь, на камнях подземелья, можно было и в юбке… А моя «похоронная» полосатая юбка, и без того прелая, превратилась в ленты, пригодные разве что на костюм папуаса.

Итак, спасибо домовому, хоть лично я его так и не видала. Однажды утром я обратила внимание, что все тело Комиссаровой усеяно следами щипков с отпечатками ногтей. Я очень удивилась: она всю ночь спала рядом со мной — ни ее, ни меня не вызывали на допрос.

— Ах! — обрадовано воскликнула Комиссарова. — Это домовой нащипал: он меня «выживает» — значит, я выйду на волю! Ты это заметила. Даю обет: если выйду на волю, то принесу тебе передачу и вот эту юбку, что на мне. Я небогата. Но слово даю и сдержу его!

Я посмеялась: куда домовому пробраться во внутреннюю тюрьму, это не чердак и не конюшня. Но смех смехом, а в тот же день после обеда ее вызвали и через час дежурнячка сказала:

— Соберите вещи Комиссаровой.

Я передала ей пальто, полушалок и полотенце — все ее имущество. А в четверг, день передач, была удивлена, когда объявили:

— Керсновская — передача!

У нас передач никто не получал. Мне дали кулек вареной картошки, которую я разделила на всех, и юбку — серую, парусиновую, со встречными складками. Эта юбка и клетчатый платок составляли мой женский гардероб на долгие годы.

Самой комической фигурой, если вообще в этом заведении может быть хоть что-нибудь комическое, была Параска, обвиненная в шпионаже. Кого-нибудь менее подходящего для шпионажа трудно себе представить. Она привлекала к себе внимание отнюдь не своим очарованием: уродливая, как смертный грех, прыщавая, гнилозубая, с жирными прядями жидких волос, и в довершение всего, до того косоглазая, что, как говорится, один глаз — на вас, другой — на Кавказ.

От нее требовалось признание, что ее к нам заслали финны для сбора сведений, которые она им и передавала. С допроса она возвращалась до того избитая и истерзанная, что жутко было на нее смотреть. Но даже в камере она продолжала тупо повторять:

— Не знаю я ничего, не виновата я!

Однажды, вернувшись, она сказала:

— Я призналась. Сказала, что передавала сведения. «Как?» В конвертиках. «Какие конвертики?» — спрашивают. Говорю — беленькие. Теперь бить не будут, ага?

Вскоре ее вызвали с вещами. Тогда мы были уверены — на свободу. Но теперь я знаю, что тех, кто был обвинен по статье 58-6, не выпускали.

Я еще многого не знала. Например, не могла себе представить, что за каждого осужденного следователь получал премию, а за признавшего свою вину — двойную, вроде как за перевыполнение плана. Но я уже начинала понимать, что те, кто хотел оставаться в тылу, должен был доказать, что его работа плодотворна, а сам он незаменим.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Я ЗНАЛ, КОМУ ПОЮ

Из книги Спасибо, сердце! автора Утёсов Леонид

Я ЗНАЛ, КОМУ ПОЮ Ты нужен всем В этом счастье человека. Артиста Моя жизнь отдана зрителю, и мой зрительный зал – это вся наша страна. Я могу так сказать не только потому, что изъездил ее вдоль и поперек, – это право дали мне и письма, которые приходили ко мне со всех концов


Затирка кое-что знал

Из книги Изнанка экрана автора Марягин Леонид

Затирка кое-что знал Кинорежиссеру Ивану Пырьеву в сталинские времена выдали отрез синего бостона на костюм. Известный кинематографический портной Затирка почему-то отказался шить костюм из предложенного материала, и прекрасную двубортную пару соорудил Пырьеву другой


Я знал, что вы это знаете

Из книги Другой Пастернак: Личная жизнь. Темы и варьяции автора Катаева Тамара

Я знал, что вы это знаете Когда в 1931 году Пастернак отправил Женю с Женен-ком к родителям (и сестре с мужем) в Германию, будто бы развеяться, его целью было, чтобы родные забрали его бывшую жену с сыном к себе. Было бы, собственно говоря, логично – раз Борис завел себе новую


Если б знал, где упасть…

Из книги Сколько стоит человек. Повесть о пережитом в 12 тетрадях и 6 томах. автора Керсновская Евфросиния Антоновна

Если б знал, где упасть… Если Гейншу, да и всех прочих, мне было жаль, то менее всего внушала мне жалость и сочувствие некая Комиссарова — молодая и еще не успевшая стать изможденной женщина.Она металась, как зверь в капкане, и все время твердила:— Я невиновна, я больше не


Я ЗНАЛ ИХ

Из книги Сборник воспоминаний об И.Ильфе и Е.Петрове автора Ардов Виктор Ефимович

Я ЗНАЛ ИХ В записках этих рассказано больше об Ильфе. Евгения Петрова я знал не то чтобы меньше, чем Ильфа, но иначе. С Петровым я был хорош. А с Ильфом близок просто биографически — общая молодость. Отсюда некоторая количественная неравномерность в воспоминаниях. Только


Глава 4 На войне главное вовремя упасть на землю

Из книги Дневник офицера КГБ автора Никифоров Александр Петрович

Глава 4 На войне главное вовремя упасть на землю В голове расплавились мозги. Впереди пылища и ни зги! Дребезжит израненная «Волга», И до Кандагара еще долго! Автомат, в нем два рожка валетом. Ухают разрывы рядом где-то. Кишлаки уходят вбок и мимо, Сверху мины, снизу мины. А


ЗНАТЬ БЫ, ГДЕ УПАСТЬ .

Из книги Бизнес есть бизнес: 60 правдивых историй о том, как простые люди начали свое дело и преуспели автора Гансвинд Игорь Игоревич


«ВЕДЬ Я ЗНАЛ ЕГО»

Из книги Писательский Клуб автора Ваншенкин Константин Яковлевич

«ВЕДЬ Я ЗНАЛ ЕГО»


Упасть вверх Скульптор Вера Мухина

Из книги Четыре подруги эпохи. Мемуары на фоне столетия автора Оболенский Игорь

Упасть вверх Скульптор Вера Мухина Памятник «Рабочий и колхозница», созданный самым знаменитым в мире скульптором-женщиной, давно стал визитной карточкой не только города, но и, возможно, страны, в которой творила Вера Игнатьевна Мухина.Мухина прожила всего 64 года. За эти


9. «Если б я знал, что тебе говорить…»

Из книги Упрямый классик. Собрание стихотворений(1889–1934) автора Шестаков Дмитрий Петрович

9. «Если б я знал, что тебе говорить…» Если б я знал, что тебе говорить, Как твое гордое сердце смирить, Если б умел, как умеет весна, Душу будить от холодного сна Тихим мерцаньем и негой ночей, Теплою дрожью безмолвных огней, Музыкой, вкрадчивым пеньем ручья, Дивной зарей и


9. «Если б я знал, что тебе говорить…»

Из книги Сковать боем! автора Чалбаш Эмир Усеин

9. «Если б я знал, что тебе говорить…» Если б я знал, что тебе говорить, Как твое гордое сердце смирить, Если б умел, как умеет весна, Душу будить от холодного сна Тихим мерцаньем и негой ночей, Теплою дрожью безмолвных огней, Музыкой, вкрадчивым пеньем ручья, Дивной зарей и


Кто знал, как стреляет РС?

Из книги Алехин автора Шабуров Юрий Николаевич

Кто знал, как стреляет РС? Прошел слух среди личного состава о том, что нам привезли нечто особое: очень сильное и эффективное оружие, называется оно сокращенно РС (реактивный снаряд). Когда мы узнали подробнее, какое это сильное и замечательное оружие, с нетерпением стали


О ЧЕМ АЛЕХИН НЕ ЗНАЛ

Из книги Женщина фюрера, или Как Ева Браун погубила Третий рейх автора Грейгъ Ольга Ивановна

О ЧЕМ АЛЕХИН НЕ ЗНАЛ Мы уже говорили о предстоящем в 1946 году матче на первенство мира между Александром Алехиным и Михаилом Ботвинником. Небезынтересно проследить, как развивались события в стане претендента. Обратимся к книге М. Ботвинника «У цели», вышедшей в 1997


Глава 12. «Если бы Чемберлен знал историю этого дивана…»

Из книги автора

Глава 12. «Если бы Чемберлен знал историю этого дивана…» Утверждают, что после смерти в сентябре 1931 года племянницы Гитлера Гели Раубаль Ева Браун переняла характерные внешние черты покойной: сделала похожую прическу, стала носить подобные платья, и даже переняла манеру