Свидетели дают показания

Свидетели дают показания

Ирма Мельман бойко говорит заученные фразы о своих верноподданнических чувствах и негодует по поводу того, что я их не разделяю.

Старый дед Иван Яковлевич пытается это подтвердить, но тут же признается:

— Фрося все время работала и с нами у печки не сидела. Мельман лишь один раз ее о чем-то спросила, так Фрося ей на ходу что-то ответила и ушла.

Зовут Сашу Добужинского. У него до предела несчастный вид. Быть более бледным и более жалким просто невозможно! Он стоит, опустив голову, и чуть не плачет.

— Что вы можете сказать о подсудимой?

Казалось, ноги у него подкашиваются и он вот-вот упадет. Тем большее впечатление производят его слова:

— Керсновская была самым лучшим, самым честным, самым добросовестным работником. Более преданного своему делу труженика я не встречал.

И он еще ниже опускает голову.

Бедный Саша! Не знаю твоей судьбы и боюсь, что ты себе повредил тем, что не поступил согласно мудрому правилу: «Падающего — подтолкни!»[21]. Хотела бы от всей души пожать тебе руку. Храбр не тот, кто не боится, а тот, кто умеет побороть страх.

И вот защитник все же берет слово:

— Моя подзащитная принадлежит к помещичье-капиталистическому классу, а поэтому и по происхождению, и по воспитанию является классовым врагом, из тех, которые всюду и везде стараются причинить вред советской власти. Подобные враги всегда опасны, особенно теперь, во время войны. Но поскольку она враг в силу вышеуказанных причин, вне зависимости от личных качеств, то это нужно учесть и проявить снисхождение. А поэтому я прошу для моей подзащитной десяти годов исправительно-трудового лагеря и пяти лет поражения в политических правах.

Если это было слово защиты, то что тогда оставалось делать обвинению?

Мне было предоставлено последнее слово, и я не отказала себе в удовольствии им воспользоваться. Прежде всего я поблагодарила своего защитника:

— Я никогда раньше не видела своего защитника и знаю о нем ровно столько же, сколько и он обо мне. Не хочу быть голословной и утверждать, что, происходя от людей, неспособных мыслить, он в пользу своей подзащитной ничего более вразумительного сказать и не мог… Но если в числе здесь присутствующих есть, как я надеюсь, люди образованные, то напомню, что в Бессарабии с 1918 года не было ни классов, ни сословий. Все — от короля до цыгана — были равны перед законом, так что я росла, не зная классовых предрассудков, с которыми столкнулась только здесь. Я из небогатой семьи, с детских лет сама работала и умела уважать труд и тех, кто трудится. Я ценю не только труд, но и правду, а поэтому не стану скрывать, что никаких иллюзий не имею и знаю, что если к самым благонамеренным людям подходить с предвзятой враждебностью, то надеяться на справедливость не приходится!

В 11.30 эта пародия на суд была окончена и мне вынесли приговор. Как и следовало ожидать, 10 лет ИТЛ и пять «по рогам». Отныне я числилась рецидивисткой.

Опять мы шли тем же путем к подземелью. Теплая летняя ночь, очень темная, с тусклыми далекими звездами. В ближайшие время меня куда-нибудь угонят. В том лагере, где заработал второй срок, не оставляют. Если сразу отправят, значит, недалеко. А если буду дожидаться большого этапа, тогда на край света.

Но не от мыслей о своем будущем мне было грустно. Оттого ли, что, сталкиваясь с тупой жестокостью и человеческой глупостью, душа протестует? Ведь к несправедливости сколько ни привыкай, а больно. А может…

Далеко в Париже в это день, 24 июня 1944 года, умирал мой единственный брат. Умирал от последствий ранения в грудь, осложненного туберкулезом. Ранен он был под Даммартеном в 1941 году, сражаясь с немцами в весьма расстроенных рядах французской армии. Он защищал Францию. Париж был блокирован. Голод помогал туберкулезу. И брат умер. Французы его оскорбляли за то, что он был русским, а СССР и Германия были тогда друзьями. А мой брат всю жизнь ненавидел немцев! Чем не парадокс?

Вот и меня судили, и даже во второй раз, за то, что я «принадлежу к классу паразитов». А в Румынии меня преследовали, называя «большевичкой», за то что я была русской, умела ценить труд и презирала паразитов… Опять парадокс!

— Пришли! — сказал Дунаев. — Завтра утром распрощаемся. А ты их здорово! — добавил он тихо и мотнул головой, как лошадь, которую донимает муха.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Льюис Штраус И ВЕТРЫ ДАЮТ ИНФОРМАЦИЮ

Из книги Асы шпионажа автора Даллес Аллен

Льюис Штраус И ВЕТРЫ ДАЮТ ИНФОРМАЦИЮ Когда Соединенные Штаты в 1950 году оказались перед проблемой возможного поражения их территории ядерными ракетами, возник вопрос о необходимости подготовки контрмер. Правда, такая опасность грозила еще в отдаленном будущем. Но


Свидетели и соучастники

Из книги Лукашенко. Политическая биография автора Федута Александр Иосифович

Свидетели и соучастники Синицын Леонид по праву открывает наш список героев — собеседников и «соучастников». Депутат Верховного Совета БССР 12-го созыва, бывший строитель, ставший в разгар перестройки политиком. С парламентской трибуны старался не выступать,


К.И.Попов Дивизионы дают огня

Из книги Тогда в Египте... (Книга о помощи СССР Египту в военном противостоянии с Израилем) автора Филоник Александр

К.И.Попов Дивизионы дают огня Прошло больше тридцати лет с тех жарких в прямом и переносном смысле дней. Многое уже ушло из памяти, многие ушли из жизни. Забылись фамилии и даты, некоторые подробности. Но вот, оглядываясь назад, вспоминая и оценивая прошедшее, хочется


Свидетели дают показания

Из книги Сколько стоит человек. Повесть о пережитом в 12 тетрадях и 6 томах. автора Керсновская Евфросиния Антоновна

Свидетели дают показания Ирма Мельман бойко говорит заученные фразы о своих верноподданнических чувствах и негодует по поводу того, что я их не разделяю.Старый дед Иван Яковлевич пытается это подтвердить, но тут же признается:— Фрося все время работала и с нами у печки


5. ЗАМЕНЕ НЕ ДАЮТ ВИЗУ

Из книги Явка до востребования автора Окулов Василий Николаевич

5. ЗАМЕНЕ НЕ ДАЮТ ВИЗУ Летом 1976 года начальство информировало меня и резидента о том, что мне готовится преемник, и спрашивало, когда, по нашему млению, наиболее целесообразно, исходя из служебных и личных дел, провести замену. Посоветовавшись, ответили, что лучше это


И ВЫ — СВИДЕТЕЛИ СЕМУ

Из книги Вожделенное отечество автора Ерохин Владимир Петрович

И ВЫ — СВИДЕТЕЛИ СЕМУ (Рассказ моей сестры)"Прореки нам, Христос, кто ударил Тебя?"Убит отец Александр Мень. Сумрачным ранним утром он вышел из калитки своего дома, чтобы идти к станции, на электричку — обычный его путь к церкви, где в этот день его ждали к исповеди.Через


Свидетели многоразового использования

Из книги Алексей Пичугин - пути и перепутья (биографический очерк) автора Васильева Bepa

Свидетели многоразового использования На повторном судебном процессе по второму уголовному делу Алексея Пичугина доказательная база гособвинения не претерпела существенных изменений. Главными козырями Камиля Катаева и Киры Гудим остались Евгений Решетников,


Глава V Свидетели

Из книги И время ответит… автора Фёдорова Евгения

Глава V Свидетели Нечего и говорить, что в нашей камере никто не спал до утра. Рассказам и волнениям не было конца. Меня заставляли повторять двадцать раз одно и то же.Что нас ждет полное оправдание — не сомневался никто. Ни я, ни Галя, ни Раиса Осиповна. Раз подходят «по


«За одного битого сколько небитых дают?»

Из книги Екатерина Фурцева. Любимый министр автора Медведев Феликс Николаевич

«За одного битого сколько небитых дают?» Весьма любопытно свидетельство театрального критика Бориса Поюровского, касающееся характера, натуры Фурцевой, только что назначенной министром культуры. Поюровский написал статью для газеты «Советская культура» о состоянии


Глава 5 Дают – бери, не дают – отбери!

Из книги Проданная в рабство автора Уисааль Амани

Глава 5 Дают – бери, не дают – отбери! Я с трудом подняла веки. Голова жутко болела и меня тошнило. Я лежала на диване в квартире сестры, она по-прежнему сидела за столом, будто и не ложилась спать, хотя я отчетливо помню, как мы вместе рыдали в кромешной темноте, крепко


Глава 5 Свидетели

Из книги На островах ГУЛАГа. Воспоминания заключенной автора Фёдорова Евгения Николаевна

Глава 5 Свидетели Нечего и говорить, что в нашей камере никто не спал до утра. Рассказам и волнениям не было конца. Меня заставляли повторять двадцать раз одно и то же. Что нас ждет полное оправдание, не сомневался никто. Ни я, ни Галя, ни Раиса Осиповна. Раз подходят «по


Статисты и свидетели

Из книги Тайна гибели Лермонтова. Все версии автора Хачиков Вадим Александрович

Статисты и свидетели Рассказывая о пятигорском окружении Лермонтова, П. К. Мартьянов отмечает: «Число лиц, теснившихся вокруг поэта, было велико; перечислить их всех, за неимением точных данных, невозможно, да и нет надобности, так как участие их в деле постановки и ведения


СУТОЧНЫЕ ПУСТЬ ЕВРЕИ ДАЮТ!

Из книги Кот ушел, а улыбка осталась автора Данелия Георгий Николаевич

СУТОЧНЫЕ ПУСТЬ ЕВРЕИ ДАЮТ! Но стать солистом Омского хора мне не довелось. Кинорежиссер Андрей Кончаловский в Москве познакомил меня с крупным американским продюсером Менахемом Голаном. Менахема сюжет заинтересовал, и он предложил писать сценарий в Израиле. Я позвонил в


Живые свидетели

Из книги Четверть века без родины. Страницы минувшего автора Вертинский Александр Николаевич

Живые свидетели Русских в одном только Париже было тысяч восемьдесят. Все они жили, группируясь преимущественно по профессиям. Но общего русского центра в городе не было. Все попытки организовать какой-нибудь клуб провалились в самом начале. Причиной этому было, конечно,


Большая радость: нам в полк дают один Як-1

Из книги Сковать боем! автора Чалбаш Эмир Усеин

Большая радость: нам в полк дают один Як-1 После ночного происшествия, когда пострадал наш летчик Саша Калугин, мы продолжали свои тренировки на И-16 ночью еще несколько дней. Однажды перед ночными полетами к нам прибыло большое начальство: наш командир полка А.Н.


Глава 10. Все восхищаются, а петь не дают…

Из книги Муслим Магомаев. Преданный Орфей автора Бенуа Софья

Глава 10. Все восхищаются, а петь не дают… Тогда, когда Муслим понял и принял себя как начинающего певца, у него начался переходный возраст, повлекший с собой ломку голоса. Впрочем, сам процесс ломки голоса был для Муслима незаметен, ему казалось, что проблема мутации