Рейс на купол «С»

Рейс на купол «С»

К середине января летная работа вошла в привычную колею, и у меня появилось время, чтобы привести в порядок свои командирские дела, оформить нужные бумаги, заняться административно-хозяйственной деятельностью. Почти месяц Антарктида никак не проявляла себя, давая возможность работать в пределах «штатных» погодных условий, характерных для этой поры года. Но меня это мало утешало — я знал: как только где-нибудь возникнет нештатная ситуация, она покажет себя во всем блеске и вывалит из мешка запас тех сюрпризов, которые копила так долго. Предчувствие меня не обмануло. 13 февраля из «Мирного» пришла срочная радиограмма: «Возникла необходимость выполнения санрейса к поезду на купол «С» на удаление 1200 километров для вывоза тяжелобольного. Поезду даны указания по подготовке полосы санями, тягачами. Жду ваших рекомендаций. Скляров. Сердюков».

«Началось, — подумал я, доставая карту района, где должен был находиться санно-гусеничный поезд Володи Татиташвили. — Теперь только держись...» Шансов на то, что экипаж сможет найти в абсолютно безориентирной местности поезд, ушедший за 1200 километров от «Мирного», очень мало. А что такое этот поезд? Две «хохлухи» — вездеходы «Харьковчанка» и санный прицеп — балок. Помочь экипажу в поисках этих трех точек никто не может — ни одного радиопривода там нет. Случись что-нибудь с машиной, вынужденную посадку придется выполнять неизвестно где. Куда ни кинь — риск, риск, риск...

Но рейс-то — «санитарный»... У Валентина Горбачева из НИИРА — острейший аппендицит. Этот полет выполнял экипаж Валерия Радюка с проверяющим Евгением Скляровым.

Позже, когда мы встретились с Женей в «Молодежной», он рассказал:

— Когда Валентину стало худо, поезд стал. Но ни хирургических инструментов, ни нужных медикаментов для операции у них не было. Пока они дергались по этой пустыне, стравили весь кислород и порвали гусеницы. Мы стали долбить их телеграммами с просьбой накатать ВПП, чтобы я сел и увез больного. Они шлют ответ: полосу сделать невозможно, потому что когда сбиваешь заструг, под ним открывается сухой фирн — перемороженный снег, в котором тягач утопает по самое «брюхо». А время поджимает, больному становится все хуже. Надо лететь «на сброс».

Топлива залили «под пробки», поэтому взлетали тяжело. Раннее утро, темно. Огни на полосе мелькнули, и мы повисли в черноте. С погодой вначале везло — ясно, тихо, видимость отличная. Часа два шли, как на прогулке, а потом началось...

Подошла магнитная буря и связь пропала. Мы не слышим ни их, ни «Мирный», ни «Молодежку» — никого... А тут еще туманы горнодолинные. Вот в зону инверсии мы и попали. Только из одного «блина» вылезешь, тут же в другой влетаешь...

— Трепало?

— Пока к поезду шли — все было нормально. Он тонкий, этот слой — 100-200 метров. Но на обратном пути нам досталось. Только влезешь в него, ка-а-к долбанет! Машина скрипит, лед хватает... Но пока туда шли — Бог миловал.

— Как же вы их нашли?

— Экипаж Радюка ты знаешь — очень опытные ребята, Саша Воронков — отличный штурман. Но туда никто никогда не летал, поэтому я и пошел с ними. Валера в левом кресле, я — в правом. Залезали на этот купол «С», высота 3200 метров, идем... Вначале облачность была с разрывами, а потом все гуще, гуще и вот уже смотрим — «зонтик» повис, белизна началась. Подошли к хребту, видим перед собой ледовый барьер, а на нем «Мирный» стоит. Сопку Радио видим, ВПП... Откуда за тысячу километров «Мирный»? Потом эта рефракция исчезла. А под собой ничего не видим, хотя идем на высоте 150-200 метров над ледником. Воронков говорит: «Пришли. Они где-то здесь». Стали галсами ходить. В эфире пусто, вокруг тоже пусто — ни одной зацепки. Помнишь, в 24-й САЭ наш экипаж однажды заблудился? Штурманом Казаков был...

— Помню. Ждем вас в «Мирном» — нет и нет.

— Мы тогда потеряли дорогу. Белизна. Чувствуем, не туда едем. Поставили Ил-14 под 90° к курсу этой самой дороги и поехали. Прошло час и десять минут пока какую-то рябь впереди увидели. Дорога! Вот так и в этом полете — я рябь на горизонте заметил. Подворачиваем туда — точно, след поезда. Прошли по нему — вот они, стоят. Прогудели над ними, чтобы они нас услышали. Вышли... Заходим на сброс, что за черт! Ничего не видим — в свой же инверсионный след влезли. Пришлось под него подныривать и бросать ящики. Но за раз не успели, сделали несколько заходов — и домой.

Воронкову досталось... Радио нет, солнце закрыто. Но он молодец. Мы промахнулись совсем немного — выскочили к морю между горой Гаусберг и «Мирным».

— А топливо? Вы же должны были его на куполе сжечь...

— На красных лампочках уже шли. Когда поняли, где дом, я винты затяжелил, снизились и доползли. А тут и циклон подоспел. Только мы сели — загудело. Опоздали бы минут на 20 и не знаю, где бы пришлось садиться...

— Хорошо, что с вами связи не было, — я улыбнулся. — Ты же знаешь, как тяжело ждать пока кто-то вернется из такой вот передряги.

— Знаю. Потому сам и полетел. Но как только сели, тебе сообщили сразу же — подошел циклон и связь появилась.

— Да, а что с Горбачевым?

— Татиташвили сделал ему операцию. Заштопал. Когда вернулись в «Мирный», нам банкет устроили...

Не успел я облегченно передохнуть, получив известие о том, что санрейс на купол «С» благополучно завершен, как тут же 16 февраля приходит новая радиограмма: «Борт 61793 произвел вынужденную посадку на «Комсомольской» из-за неисправности двигателя. Для выяснения состояния Ил-14 и устранения причины высылаем тех бригаду во главе со старшим инженером Шереметьевым. Скляров». Экипаж Юрия Скорина дотянул до станции и благополучно посадил машину. Когда вскрыли отказавший мотор, обнаружили «задир» цилиндра.

Четыре дня наши авиатехники и инженеры пытались вернуть Ил-14 к жизни, но в природе всему есть предел — произвести качественный ремонт двигателя при морозе в 47 градусов, на высоте 3520 метров, когда каждый вдох, каждое движение требует от человека немалых усилий, а к металлу нельзя прикасаться голыми руками, — не удалось. И хотя ремонтная бригада снова и снова предпринимала попытки восстановить машину, сделать этого не смогла. Ил-14 подошли к тому рубежу, о котором мы предупреждали всех и вся еще на Большой земле, — машины изношены до предела, вот-вот они начнут «сыпаться» и процесс этот станет необратимым.

Осень. Погода резко ухудшалась на глазах, начинались сильные метели. Законсервировали и поставили Ил-14 на якоря, но все мы хорошо понимали, что еще один наш верный товарищ ушел на покой и станция «Комсомольская» будет ему вечной стоянкой. Так оно и вышло — никогда больше Ил-14 борт 61793 в небо не поднимался.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Последний рейс

Из книги Генерал Дима. Карьера. Тюрьма. Любовь автора Якубовская Ирина Павловна

Последний рейс У каждого из нас есть характер. В большей или в меньшей степени. Что определяет его твердость? Умение постоять за себя, сказать «нет» или чувство собственного достоинства. Этим качеством Дима наделен в избытке.Вспоминая сегодня историю своего конфликта с


На ледяной купол

Из книги Фритьоф Нансен автора Кублицкий Георгий Иванович

На ледяной купол Итак, за краем обрыва перед ними на сотни километров простирался материковый лед Гренландии. Никто не мог сказать, как высок и крут его гигантский купол, изрезан ли он трещинами, метет ли неистовая пурга снег по его поверхности или там в неподвижности


Первый рейс

Из книги Полярный летчик автора Водопьянов Михаил Васильевич

Первый рейс Самолёты на Дальнем Востоке нужны были, как нигде. Расстояния здесь огромные. Попасть из одного места в другое очень трудно.Поездка на остров Сахалин была, например, очень сложной и рискованной. На Сахалине, служившем при царском правительстве местом ссылки,


19. Рейс "Антилопы".

Из книги Zвуки Времени автора Харин Евгений

19. Рейс "Антилопы". После выдворения из строительного техникума, Чиж трудился в"Медтехнике". Когда там потребовался третий работник, он предложил меня. К тому времени я почти два года не состоял на государственной службе, начиная все более смахивать на бездельника,


РОГАТЫЙ РЕЙС

Из книги Авиакатастрофы и приключения автора Шуткин Николай Петрович

РОГАТЫЙ РЕЙС Всякий раз, встречая простоватую, добродушную «тетю Машу» – жену начальника аэропорта Нелькан Николая Соломатина, обязательно влетаю в какую-нибудь невероятную историю. Вот и на этот раз, едва успели со вторым пилотом Володей Вагановым хлебнуть крепкого


Глава 9 Последний рейс

Из книги Я сражался в Красной Армии автора Константинов Дмитрий Васильевич

Глава 9 Последний рейс


Инспекционный рейс

Из книги С Антарктидой — только на "Вы": Записки летчика Полярной авиации автора Карпий Василий Михайлович

Инспекционный рейс На обустройство времени нет: побросали вещи и — на аэродром. Всю ночь готовили самолет, днем облетали. Израэль с командой специалистов рвется в «Новолазаревскую», но погода не выпускает нас с «Молодежной». Антарктида разгулялась во всей своей красе —


Рейс в неизвестность

Из книги Избранное. Том третий. Никогда не хочется ставить точку автора Куваев Олег Михайлович

Рейс в неизвестность Несмотря на развеселившуюся не в меру Антарктиду, в начале февраля мы все-таки сумели сделать несколько вылетов, но 10-го числа, приземлившись на оставшемся осколке нижнего аэродрома, снова стали «на прикол» и четыре дня не летали. Из Москвы потоком


Рейс по Чауну

Из книги Хроники. От хулигана до мечтателя автора Билан Дима

Рейс по Чауну 12. VI. Странное совпадение. Ровно 25 лет назад, 12 июня 1934 г. С. Обручев, тоже на моторной, шел вверх по Чауну. Ветер в низовьях. Наша шаланда качалась и прыгала, а в довершение всего заглох мотор. Пристали, 2 часа заводили.2. VII. 2 часа ночи. Перемеряли продукты. 37


Рейс на Айон

Из книги Язык мой - друг мой автора Суходрев Виктор Михайлович

Рейс на Айон 16. VIII. Давно не брал карандаш в руки. А зря! Кончается уже (кончается ли?) рейс на Айон. После долгих споров и сомнений выбрали из всей дряни полукилевую посудинку. Несмотря на ограниченные размеры, вес ее весьма и весьма солиден. Вчетвером (именно вчетвером) на


Рейс Мира

Из книги Боевые самолеты Туполева [78 мировых авиарекордов] автора Якубович Николай Васильевич

Рейс Мира В какой-то момент стало известно, что Хрущев решил отправиться в Нью-Йорк морем, на теплоходе. В своих мемуарах он объясняет данное решение тем, что якобы с самолетом произошли какие-то неполадки. Думаю, это не так. Никиту Сергеевича наверняка уговорили. Видимо,


Последний рейс

Из книги Поєдинок з абвером автора Ткаченко Андрій

Последний рейс В следующем году[7] мы проплыли по Уралу на лодках около тысячи километров. В Кардаиловке, куда нас дотащили от Оренбурга двугорбые верблюды, погрузились мы на лодки в конце августа. В здешних краях сентябрь и октябрь — лучшее время года: комаров уже нет,


Ту-143 «Рейс»

Из книги автора

Ту-143 «Рейс» Комплекс, предназначенный для ведения воздушной разведки на глубину в 60–70 км от линии фронта, создавался на основании августовского 1968 года постановления правительства с предъявлением на госиспытания в варианте фоторазведчика в 1970-м и с телевизионным


РЕЙС НА СХІД

Из книги автора

РЕЙС НА СХІД Комендант невеликої польської станції Бжег зачинився в кабінеті. Світла кімната, до якої звик за півтора роки роботи, тепер здавалась йому незатишною й тісною. Він не помічав, що портрет Гітлера на стіні перекосився, а в широкому венеціанському вікні