Пастернаку

Пастернаку

Он доживал в стране как арестант,

Но до конца писал всей дрожью жилок:

В России гениальность — вот гарант

Для унижений, казней и для ссылок.

За честность, тонкость, нежность, за пастель

Ярлык приклеили поэту иноверца,

И переделкинская белая постель

Покрылась кровью раненого сердца.

Разоблачил холоп хозяйский культ,

Но заклеймив убийства и аресты,

Он с кулаками встал за тот же пульт

И тем же дирижировал оркестром.

И бубнами гремел кощунственный финал,

В распятого бросали гнева гроздья.

Он, в вечность уходя, беспомощно стонал,

Последние в него вбивались гвозди.

Не много ли на век один беды

Для пытками истерзанного мира,

Где в рай ведут поэтовы следы

И в ад — следы убийц и конвоиров.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг:

ПИСЬМА Б. Л. ПАСТЕРНАКУ[299]

ПИСЬМА Б. Л. ПАСТЕРНАКУ[299] 15/I-47в МосквеДорогой Борис.Мне кажется, что осенью я уже говорила тебе, что пишу тебе письмо в течение целого года, с той весны. Пишу — и либо не дописываю, либо не отправляю. Наверное, это смешно, но недели три-четыре назад, когда мы с А.


Пастернаку

Пастернаку Он доживал в стране как арестант, Но до конца писал всей дрожью жилок: В России гениальность — вот гарант Для унижений, казней и для ссылок. За честность, тонкость, нежность, за пастель Ярлык приклеили поэту иноверца, И переделкинская белая постель Покрылась


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Борис Леонидович.Примите эти две книжки,[1] которые никогда не будут напечатаны и изданы. Это лишь скромное свидетельство моего бесконечного уважения и любви к поэту, стихами которого я жил в течение двадцати лет.В. Шаламов.Адрес мой, если


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку 24-XII-52. Кюбюма.Дорогой Борис Леонидович.Только неделю назад Ваше чудесное летнее письмо оказалось в моих руках. Я проехал за ним 1 1/2 тысячи километров в морозы свыше 50°, и только позавчера я вернулся домой. Спасибо Вам за сердечность, за доброту


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Озерки, 3 мая 1954 г.Дорогой Борис Леонидович.Вы меня вовсе забыли и бросили. Я хотел бы, если уж нельзя Вас видеть — передать Вам давно готовую книжку (не книжку, а просто несколько десятков стихотворений), надеясь, что Вы найдете время


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку 22 июня 1954 года, Озерки.Дорогой Борис Леонидович.Только теперь добралось до меня Ваше, как всегда сердечное, чудесное письмо. В нем очень много душевного, дорогого, родного мне — всего, что меня бесконечно радует и укрепляет.Для меня ведь


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку 24 октября 1954 г., Туркмен.Дорогой Борис Леонидович.Осмелюсь напомнить Вам о своем существовании и просить, если позволит Ваше время, о личном свидании. И о всем обещанном, если Вы не забыли (синяя тетрадка). Вы, я убежден, и роман закончили, и


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 29 декабря 1954 г.Дорогой Борис Леонидович.Сердечно и горячо поздравляю Вас с Новым годом. Ведь будет же день, когда время вспомнит, чем являются Ваши стихи для него; поймет, что Ваши работы — это и есть то, чем может гордиться страна;


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 19–11—55Дорогой Борис Леонидович.Кажется, вечность прошла с того времени, как получил последнее Ваше письмо. Некому сообщить хотя бы о Вашем здоровье — ни о чем больше.Мне было легче жить, зная что-либо о Вас. Сейчас — труднее, когда


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 18апр. 1955Дорогой Борис Леонидович.Спасибо Вам за телефонный звонок, за Ваш сердечный разговор. Бесконечно рад, что Вы в бодром здравии и «форме». Меня так тревожило Ваше молчание.Счастлив слышать о переиздании Ваших стихов и еще


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 22 мая 1955Дорогой Борис Леонидович.По многим причинам хотел бы Вас видеть. Главных три:1) целых полтора года мы не встречались, и порой думается, видел ли я Вас вообще. Для меня слишком большое значение имели те немногие встречи с Вами,


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 19-XII-55Дорогой Борис Леонидович.Благодарю за письмо Ваше.Поздравляю Вас и 3. Н. с Новым годом и от всего сердца желаю счастья и здоровья.Поздравляю с окончанием романа, верю в Ваш интерес к моему скромному мнению о нем и радуюсь этой


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 8 января 1956 г.Дорогой Борис Леонидович.Благодарю за чудесный Новогодний подарок. Ничто на свете не могло быть для меня приятней, трогательней, нужней. Я чувствую, что я еще могу жить, пока живете Вы, пока Вы есть, — простите уж мне эту


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку Туркмен, 12 июля 1956 г.Дорогой Борис Леонидович.День 24 июня был одним из самых больших дней всей жизни моей. Более 25 лет назад я себе выдумал смелую сказку — что когда-нибудь я буду читать свои стихи у Вас в доме. Это было одно из самых скрытых,


В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку

В.Т. Шаламов — Б.Л. Пастернаку 12 августа 1956 г.Дорогой Борис Леонидович.Позвольте мне еще раз (в тысячный раз, вероятно, если подсчитать все мои заочные разговоры с Вами) сказать Вам, что я горжусь Вами, верю в Вас, боготворю Вас.Я знаю, Вам вряд ли нужны мои слабые слова, знаю,


ПАСТЕРНАКУ

ПАСТЕРНАКУ Он доживал в стране как арестант, Но до конца писал всей дрожью жилок: В России гениальность – вот гарант Для унижений, казней и для ссылок. За честность, тонкость, нежность, за пастель Ярлык приклеили поэту иноверца, И переделкинская белая постель Покрылась