«В ночи непроходимой, беспросветной…»

«В ночи непроходимой, беспросветной…»

В ночи непроходимой, беспросветной

Являлась смерть больной душе моей

И говорила мне: — За мною следуй!.. —

И я молчал. И следовал за ней.

Я шел за ней до рокового края.

В пустое совершенство глубины

Вела стена — холодная, сырая.

Я осязал каменья той стены.

Подумал я в живой тоске последней,

Внушающей беспамятство уму:

«Неужто опыт мудрости посмертной

Я испытаю раньше, чем умру?»

Я видел тайну, и открытье это

Мне и поныне холодит чело:

Там не было ни темноты, ни света,

Ни тишины, ни звука — ничего.

1961