Кор и Соня (1977)

Соня познакомилась с Кором у нас дома. Ей было шестнадцать, ему двадцать. Некоторое время они дружили, а потом у них начался роман. Отец не позволил бы этого, и они встречались тайком — либо у нас, когда Лысый был на работе, либо в других местах. Когда Соня забеременела, Кор порвал с другой своей подружкой, и они стали жить вместе.

Как и мама, Соня хотела быть домохозяйкой. Домохозяйками стремились стать все женщины из Йордаана. Работающую женщину жалели — по всей видимости, у нее совсем никчемный муж, неспособный содержать семью. Мерой качества супруга являлся его доход. Судьба Сони в качестве чьей-то жены была предопределена. Еще в детстве она научилась домашним делам — стирке, уборке и застиланию постелей. Этим ежедневно занималась на моих глазах мама. Это считалось неотъемлемой составляющей женственности. Еще одной составляющей была готовность к побоям.

Поэтому я с детства отказывалась от любых домашних дел, а сейчас впадаю в панику при виде корзины с грязным бельем, неубранной кухни или пыли в гостиной.

Умение вести домашнее хозяйство — сильно недооцененный навык. Я понимаю это каждый раз, когда вижу, как моя сестра магическим образом превращает в сияющий чистотой мрамор унылую грязную поверхность столешницы своего кухонного гарнитура. Или когда ее стараниями моя гостиная преобразуется из хламовника в иллюстрацию из журнала о дизайне интерьеров. Это профессия, и Соня ее любит.

Сонина жизнь вращалась вокруг Кора, которому был посвящен каждый ее день. У нее был хронический «Коронарный» синдром. На протяжении всей их совместной жизни Кор делал что хотел, рассказывая Соне далеко не все. На любые ее расспросы он реагировал с юмором: «Меньше знаешь — крепче спишь».

В глазах Сони это часто выглядело подозрительно. Она не возражала против общения с уголовниками, но хотела быть уверенной, что он ей не изменяет. И выслеживала Кора, как ищейка.

Часто Соня брала меня с собой, и иногда ей даже удавалось отыскать мужа в каком-то из городских борделей. Он отшучивался: все было по-честному, он же предупредил проститутку, что женат.

Кор был не из тех, кто посвящает жену во все подробности своей жизни. Ему было вполне достаточно того, что о нем заботятся. Рабочие вопросы обсуждаются с мужчинами, это дело не женское. И они не смогут проболтаться о том, чего не знают. Бабы — источник риска, особенно бабы с детьми. На них могут надавить легавые, и они расколются как миленькие. Особенно если им скажут, что их мужик завел кого-то на стороне. Нет, женщинам — ни слова. И Соня не была исключением. То, что произошло, стало для нас полнейшей неожиданностью.

Шел ноябрь 1983 года. Я только недавно вернулась из Израиля и проводила большую часть времени у Сони. Годом раньше, забеременев от Кора, она стала жить вместе с ним на улице Стаалместерслаан. В феврале 1983 года появилась на свет их очаровательная дочурка Фрэнсис.

Кор обожал свою малышку, но был безумно занят делами. Они с Вимом вкалывали сутками напролет, появляясь у Сони только чтобы перекусить и потискать Фрэнсис. Соня привыкла к этому — если Кор был в деле с Вимом, домой он появлялся только поесть и поспать. Обычно я ужинала у Сони и как-то раз встретила там Кора и Вима.

Мы сидели за столом, когда со словами «держи, это тебе» Вим выдал мне стодолларовую купюру. Что бы это значило? Вим мне что-то дарит? Он отродясь этого не делал, если не считать пары мягких игрушек с ярмарки. Вим не отличался щедростью. Его карманы были набиты деньгами, но не для нас. Мама могла надрываться, работая по чужим домам, но ему и в голову не приходило дать ей хоть немного денег. А тут он дает деньги мне. Сто долларов? С какой стати?

— Ты не заболел ли? — спросила я.

— Будешь выпендриваться — заберу назад, — отрезал он.

— Ни в коем случае. Теперь это мое. Спасибо, братишка!

Это показалось мне странным. Обычно это выглядело так: он доставал из кармана пачку денег и спрашивал «Нужны?», а получив мой утвердительный ответ, убирал обратно со словами «Тогда ищи работу!».

Что-то было не так. Должна была быть причина такой неожиданной щедрости в мой адрес.

Что именно было не так, выяснилось очень скоро.