2

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

2

Толшевский монастырь стоял на самом берегу небольшой, но удивительно красивой реки Усманки. Кругом зеленел лес, высились необхватные вековые сосны, от которых, как говорили, и пошло название места – «Толши».

Привратник спросил у Кольцова, что ему надо, потом кликнул молодого послушника, велел ему убрать лошадь и проводить приезжего к отцу игумну.

Игумнов келейник, пожилой монах с плутоватыми глазками и огромной, величиной с куриное яйцо, шишкой на лысине, провел его в келью и, поклонившись, ушел. Навстречу Кольцову поднялся высокий, худой, с ястребиным носом и нависшими седыми бровями старик. Это и был Смарагд. Кольцов подошел под благословение и сказал, кто он и по какому делу.

– А вы что же, – глянул Смарагд пронзительными черными глазами, – у папаши как бы в поверенных?

Алексей объяснил, что дело у них с родителем общее, и принялся доказывать Смарагду несуразность монастырских требований, к что раз уж так получилось с приваловской землей, то монастырь должен взять у крестьян деньги, а никак не взыскивать их с Кольцовых второй раз.

– Искушение! – осудил Смарагд. – Суета… Нет бы о спасении души помыслить. Ведь с них, мил-человек, не возьмешь, с мужичков-то.

«Так они тебе и отдали, – усмехнулся про себя Алексей. – Оттягал землю, да еще и деньги тебе отдай!»

– Какое же, ваше преподобие, будет решение? Мы вам платить не станем. У нас за два года вперед заплачено.

– Не нас лишить хотите, не иноков убогих – господа бога нашего лишаете…

«Ох, лиса!» – подумал Кольцов.

– Так какое же решение ваше? – повторил он вопрос.

Смарагд сидел, перебирая кипарисовые четки и глядя куда-то поверх головы Кольцова.

– Придется, видно, вам скотинку согнать с землицы-то…

– Это ваше последнее слово? – поднимаясь, спросил Кольцов.

– Последнее-с, – ответил Смарагд.

Алексей откланялся и, покормив лошадь, отправился в обратный путь.