Несколько слов о вышедших книгах

Несколько слов о вышедших книгах

Ну а как же все-таки оцениваем мы сегодня роль «Красной капеллы»? Жиль Перро считает ее самой крупной и самой эффективной разведывательной сетью, действовавшей во время второй мировой войны во всей оккупированной нацистами Европе. Но не слишком ли пристрастен французский писатель к своим героям?

Отвечая на мой вопрос, Перро скажет:

— Вспомните слова адмирала Канариса, главы военной разведки «третьего рейха»: «Красная капелла» стоила Германии 200 тысяч солдатских жизней». Для ее ликвидации Берлин создал специальную зондеркоманду из лучших сыщиков страны, регулярно докладывавших самому фюреру. Руководитель сети, Треппер, был одним из тех, кто предупредил Сталина о готовящейся агрессии накануне 22 июня 1941 года. Наконец, даже гитлеровцы с невольным уважением окрестили его Большим шефом и «присвоили» звание генерала…

Но это оценка писателя. А каково мнение профессионалов? Отношения советских военных мы до сих пор не знаем, зато известно, что спецслужбы ряда стран, в частности Англии и Франции, глубоко проанализировали работу группы Треппера. Во всех их материалах «Красной капелле» дается высокая оценка. Французские специалисты характеризуют результаты ее работы как «значительные». Английские резюмируют, что «разведывательным группам удавалось получить те сведения, которых они искали». Леопольда Треппера именуют «агентом международного класса», «чрезвычайно изобретательным и способным разведчиком». В отношении его поведения в гестапо и французы и англичане пришли к выводу, что он не сотрудничал с немцами, а вел двойную игру, чтобы выиграть время и бежать.

Что касается радиоигры гестапо с Центром, то, по мнению британских и французских спецслужб, она успеха не имела. «Немцам не удалась эта игра, — говорится в одном из докладов, — так как, если бы даже русские и не получили предупреждения об обмане, у них все равно должны были возникнуть подозрения: слишком уж внезапно была восстановлена связь после всех трудностей, перенесенных обеими группами».

Увы, обо всем этом я даже не стал говорить с Перро: в том 1984 году, когда мы встретились в его родной нормандской деревушке, никакого продолжения беседы не могло и быть. Ни агентство печати «Новости», собственным корреспондентом которого я тогда работал в Париже, ни какая-нибудь иная газета, журнал, издательство Советского Союза — никто не интересовался историей уникальной разведгруппы.

Обидная в общем-то получилась история. Мы опять переводим книги с иных языков, хотя Треппер и кое-кто из его сотрудников жили не где-нибудь за тридевять земель, а среди нас или рядом с нами. Причем даже в застойные времена нашлись люди, которые хотели поведать миру о «запрещенных» героях.

«В годы большой войны» — так назвал Юрий Корольков двухтомную эпопею о борьбе разведчиков. В кастрированном однотомном сочинении, увидевшем все же свет в 1981 году, имя Леопольда Треппера даже не упоминается. Неоднократно встречался писатель с Большим шефом и вел подробнейшие записи многочасовых бесед с ним. Но все это так и осталось в его архиве. Я пишу «осталось», потому что Королькова больше нет с нами. Как нет и самого Треппера, умершего в 1982 году и похороненного в Израиле.

Но вот передо мной другая книга — «Забудь свое имя». Авторы — Ал. Азаров и Вл. Кудрявцев, «Политиздат», 1972 год. Это рассказ о них — о Треппере, о его бельгийской и французской сетях, о швейцарской группе, которой командовал другой советский разведчик, венгр Шандор Радо. К счастью, контакты последнего с членами разгромленной «Красной капеллы» все же не позволили немцам помешать информационному потоку, шедшему в Москву из нейтральной Швейцарии.

В книге Азарова и Кудрявцева мы тоже не встретим знакомых имен — все закодированы (Большой шеф именуется Сент-Альбером), кроме… гитлеровцев. Хотя пересказ реальных событий более или менее достоверен.

Однако попавший мне в руки экземпляр книги необычен. Страницы исчерканы красными и синими чернилами. Чья-то энергичная рука четким почерком вписала в текст слова-комментарии: «ложь», «придумано», «ерунда», «верно». Исправила имена и клички героев, названия городов и улиц, проставила галочки и крестики, добавила примечания.

Эта тоненькая книжица побывала в руках Большого шефа. И вроде бы складно написанная, выглядит теперь инвалидом — столько замечаний и исправлений внес в текст ее главный герой. А сохранил ценнейшую теперь книгу и передал ее редакторам журнала декан факультета журналистики МГУ Я. Засурский.

Есть, правда, на русском языке еще одно произведение, которому повезло чуть больше, — воспоминания Шандора Радо. Переведенные с венгерского и изданные «Воениздатом» в Москве в 1976 году, они названы «Под псевдонимом Дора». Эта книга куда точнее передает факты, но и она подверглась специальной цензуре. Вот, собственно, и весь список посвященной «Красной капелле» литературы.

Впрочем, чему здесь удивляться, если даже в официальном отзыве на мемуары Л. Треппера наши профессионалы воспользовались почти исключительно… характеристиками западных спецслужб. В печать до сих пор практически не попал еще ни один советский документ той поры, касающийся «Красной капеллы». Хотя никакого секрета эти события давно не представляют — это признано официально. Сколько же впереди у нас открытий!

* * *

Прежде чем закончить это послесловие, хочу выразить благодарность одному человеку и высказать одно пожелание. Поблагодарить хочу московского литератора Валентина Томина, сделавшего за последние годы очень многое для раскрытия тайны Треппера и его группы. Именно этот скромный человек дважды подтолкнул на десятилетия застывшее дело своими взволнованными обращениями в Центральный Комитет КПСС, Разумеется, порукой его успеху была перестройка.

А пожелание напрашивается само собой. Его уже высказывали на страницах газеты «Совершенно секретно»: герои заслуживают награды. Советскими орденами и медалями награждены лишь бойцы немецкой группы и швейцарской сети. Да и те, на мой взгляд, оценены недостаточно высоко. Нужно исправить длившуюся столь долго несправедливость и в отношении остальных.

По данным Большого шефа, сорок восемь членов его разведгруппы, арестованных в Бельгии и во Франции, погибли. Расстреляны или обезглавлены нацистами, покончили с собой, умерли в лагерях, пропали без вести. Двадцать девять человек выжило. Около тридцати сумели избежать ареста.

Сегодня в живых остались единицы. Пора, давно пора почтить борьбу и смерть, геройство и муку как павших, так и уцелевших — мы перед ними в долгу.

АЛЕКСАНДР ИГНАТОВ

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Несколько слов о терминологии

Из книги История танкового корпуса «Гроссдойчланд» – «Великая Германия» автора Акунов Вольфганг Викторович

Несколько слов о терминологии Не мни, переводя, что склад тебе готов: Творец дарует мысль, но не дарует слов. Сумароков. Наставление хотящим быть писателями Для руководства Третьего рейха (как для самого фюрера и имперского концлера Адольфа Гитлера, так и для многих его


Несколько вступительных слов

Из книги Джордж Элиот. Ее жизнь и литературная деятельность автора Давыдова Лидия Карловна

Несколько вступительных слов Жизнь Джордж Элиот не богата внешними событиями. Говорят, что счастливые народы не имеют истории, или, вернее, что их история неинтересна, а Джордж Элиот большую часть своей жизни была очень счастлива. Однообразие ее жизни, почти


Несколько вступительных слов

Из книги Адам Мицкевич. Его жизнь и литературная деятельность автора Мякотин Венедикт Александрович

Несколько вступительных слов Жизнь великих творцов литературы имеет обыкновенно сильное влияние на создаваемые ими произведения. Поэтому вполне понять и оценить эти последние возможно только после обстоятельного знакомства с событиями жизни писателя, с теми


НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ХРЕНОВЕ

Из книги Воспоминания автора Шаламов Варлам

НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ХРЕНОВЕ «Человек из песни» — Иулиан Петрович Хренов, которого звали уменьшительно то Ульян, то Ян, бывший директор Краматорского металлургического завода, репрессирован не в 1938 году, как полагает доцент Кемеровского института Борис Челышев


НЕСКОЛЬКО СЛОВ НАПОСЛЕДОК

Из книги Ким Филби автора Долгополов Николай Михайлович

НЕСКОЛЬКО СЛОВ НАПОСЛЕДОК Три раза стартовал в космос. Без малого год провел вне Земли. Наверное, больше не полечу. Но иногда так и тянет на орбиту. Как летчик скучает по небу, так и космонавт стремится в космос. У космонавтов есть проблема: чем заниматься дальше, когда свое


Несколько слов о кураторах

Из книги Портреты автора Ботвинник Михаил Моисеевич

Несколько слов о кураторах — Руфина Ивановна, как вы решили взяться за «Остров на шестом этаже»?— После долгих колебаний я, наконец, решилась написать книгу… Села за стол, задумалась — а в голове пусто. Была в отчаянии! Столько лет прожила с таким необыкновенным


Несколько слов о М.И. Чигорине

Из книги Поленов автора Копшицер М. И.

Несколько слов о М.И. Чигорине Первой шахматной книгой, которую я прочел, был «Шахматный листок» Чигорина за 1876-1877 годы. Изучение этого журнала принесло мне немалую пользу. Там очень хорошо были проанализированы Чигориным открытые дебюты; по мере того как я овладевал


Несколько слов об авторе

Из книги Человек СИСТЕМЫ автора Арбатов Георгий Аркадьевич

Несколько слов об авторе Я хорошо знал Марка Исаевича, дружил с ним последние тридцать лет его жизни. Нас сблизило многое: отношение к существовавшей тогда идеологии, сходство литературных вкусов, некоторая общность биографии (у обоих отцы были репрессированы в 1937 году)


Несколько слов в заключение

Из книги Воспоминания. От крепостного права до большевиков автора Врангель Николай Егорович

Несколько слов в заключение Я не знаю страны, в которой исторический процесс не был бы трудным, мучительным, не приносил бы много разочаровании и был скуп на сюрпризы и надежды. Но Россия, несомненно, относится к числу стран, к которым история проявляла особенно малую


Несколько слов о погромах

Из книги События и люди. Издание пятое, исправленное и дополненное. автора Рухадзе Анри Амвросьевич

Несколько слов о погромах Насколько я помню, погромы начались при Александре III, но только при Николае II они сделались неотложной принадлежностью русской цивилизации. Разносторонним версиям либеральной печати, что погромы создаются самой администрацией, я не верил и не


Несколько слов о В. Л. Гинзбурге

Из книги Фавориты у российского престола автора Воскресенская Ирина Васильевна

Несколько слов о В. Л. Гинзбурге Прежде чем рассказать о своих встречах с Виталием Лазаревичем Гинзбургом, не могу не вспомнить Игоря Евгеньевича Тамма, учителя (наряду с Л. И. Мандельштамом) всех теоретиков ФИАНа. Удивительную ауру создавал И. Е. Тамм вокруг себя. Любой


Несколько слов о фаворитизме

Из книги Дневник разведчицы автора Аверичева Софья Петровна

Несколько слов о фаворитизме В русском языке слово фаворитизм произошло от французского слова favoritisme, образованного от латинского favor (благосклонность). Оно вошло в русский язык через польский (fawor — w fawore) во времена Петра I (М. Фасмер). Слово «фавор» и теперь употребляется


Несколько слов об авторе

Из книги Гоголь автора Соколов Борис Вадимович

Несколько слов об авторе Дневник Софьи Аверичевой — суровая и достоверная повесть человека, избравшего в незабываемые дни Великой Отечественной войны одну из самых отважных и самых опасных военных профессий — профессию разведчика.Молодая актриса театра имени


«НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ПУШКИНЕ»,

Из книги Саша Черный: Печальный рыцарь смеха автора Миленко Виктория Дмитриевна

«НЕСКОЛЬКО СЛОВ О ПУШКИНЕ», статья, вошедшая в сборник «Арабески». Статья «О Пушкине» встречается уже в первоначальном плане «Арабесок», составленном в июле 1834 г.В январе 1835 г. Гоголь писал А. С. Пушкину, имея в виду, вероятно, в первую очередь статью Н. с. о П.: «Посылаю вам


НЕСКОЛЬКО ВСТУПИТЕЛЬНЫХ СЛОВ

Из книги автора

НЕСКОЛЬКО ВСТУПИТЕЛЬНЫХ СЛОВ Саша Черный интересен уже тем, что он — легенда. «Легенда в легенде», ведь в историю русской литературы он вошел знаменитым сатириконцем, одним из трех, наряду с Аркадием Аверченко и Тэффи. Журнал «Сатирикон» стал легендой, когда все его