Конец зондеркоманды

Конец зондеркоманды

Это произошло в Блуденце, километрах в десяти от швейцарской границы. Здесь в уединенном доме укрылись Панвиц, Кент и несколько человек из зондеркоманды. Чтобы добраться до этого южного убежища, им пришлось преодолеть триста километров в потоке отступающих немецких частей, по дорогам, перекрытым полицейскими кордонами и эсэсовцами, готовыми расстреливать тех, кто поворачивался спиной к линии огня.

Но у криминальрата был документ, подписанный Гиммлером и генералом Йодлем, предоставлявший ему право свободного передвижения и реквизиции у гражданского населения и военных.

Укрывшись в шале, они прислушивались к грохоту боя, который становился все ближе. Части Первой французской армии были на подходе. И вот они появились здесь, в Блуденце; до шале доносилось глухое рычание танков. Панвиц и его подчиненные сожгли свои удостоверения личности; издерганные, раздраженные, они ждали развязки. Ожиданию не видно было конца. Они предвидели любые варианты, за исключением того, что за ними не придут. Прошло несколько недель, а они по-прежнему торчали в своем шале, в окружении цветущих лугов и весеннего щебетания птиц. Каждый вечер Кент выходил на связь с Москвой. А внизу, в Блуденце, люди возвращались к своим мирным делам. Зондеркоманда была в растерянности.

Ими заинтересовались лишь после того, как их соотечественник, берлинский беженец, донес на них французам. Однажды утром они увидели, как солдаты окружают шале и выдвигают на огневую позицию орудие 37-го калибра. Им предоставляли возможность сразиться в честном бою. Но криминальрат Панвиц был не настолько глуп, чтобы умереть за погибшее дело. Он помахал белой тряпкой, и его люди подняли руки. Молодой французский лейтенант вошел в дом с пистолетом в руке и, не удостоив их взглядом, бросился к фотографии фюрера, висевшей на стене, сорвал ее и разорвал, а в это время эсэсовцы косо поглядывали на железный крест, прицепленный к его поясу сзади и болтавшийся на ягодице. Панвиц взглянул на Кента. Тот выступил вперед и сказал: «Я представитель советских разведывательных служб, майор Красной Армии. Эти господа — участники немецкого движения Сопротивления и работают со мной уже давно». Поскольку ошарашенный лейтенант никак не желал в это поверить, он показал ему последние телеграммы, полученные из Центра, и сказал: «Разумеется, эти люди останутся в моем распоряжении, они нужны мне. Что же касается материальной части, — он указал на передатчик и личное оружие эсэсовцев, — все это принадлежит Красной Армии, и я прошу вас ничего не брать!»

Телеграммы Центра убедили лейтенанта. Он отдал честь и удалился; железный крест по-прежнему болтался у него на заду. Но через неделю этот взвод перевели в другое место. Новый лейтенант пришел в шале, приподнял брови, слушая Кента, но, учуяв возможный дипломатический конфликт, из осторожности решил как можно скорее избавиться от этого майора Красной Армии и участников немецкого Сопротивления; он отправил их в штаб-квартиру в Линдау. Панвица и Кента принял здесь перегруженный делами полковник. Между двумя телефонными звонками он спросил, не слышали ли они о гестаповской группе со странным названием «Зондеркоманда «Красная капелла». Панвиц заерзал на стуле и попросил уточнить. Полковник протянул ему телеграмму из ближайшей американской штаб-квартиры. Французам сообщали о том, что в этом районе находится зондеркоманда «Красная капелла», начальником которой является некий Хайнц Панвиц, и просили приложить все усилия для их поимки: по некоторым сведениям, они получили задание убить генерала Паттона.

Кент поспешил направить разговор в другое русло. Он назвал свое имя, чин и дал полковнику объяснения, подтверждающие его принадлежность к русским службам. Панвиц, в свою очередь, показал фальшивые документы и разглагольствовал о своих антигитлеровских убеждениях. Видимо, начинавший поддаваться, но до конца не поверивший им полковник решил, что стаканчик вина ни к чему не обязывает, и они весело провозгласили тост за победу союзников. После этого француз поспешил составить донесение генералу де Латтру де Тассиньи. Эсэсовец и Кент провели ночь в одной из общих комнат штаб-квартиры вместе с абсолютно безразличными к ним французскими солдатами.

На следующее утро Панвицу и Кенту объявили, что их отправляют в Париж, поскольку генерал де Латтр решил переложить заботы по выяснению этого дела на военное министерство. Таким образом они вернулись в Париж в сопровождении офицера, назначенного де Латтром, через десять месяцев после того, как поспешно бежали от солдат генерала Леклерка. С ними были десять чемоданов с личными вещами, пистолет Панвица все еще был при нем: никто не попросил его открыть набитый документами портфель, с которым он не расставался.

Озадаченное министерство связалось с советским представительством, разместившимся в бывшем посольстве Эстонии. Подполковник Новиков заявил, что охотно примет этого майора Красной Армии: в Париже он именно для того, чтобы помогать репатриации советских граждан; что же касается господина из немецкого Сопротивления, то он подумает, что можно для него сделать.

6 июня 1945 года на машине представительства Панвиц и Кент были доставлены в Бурже, где их ждал самолет. Оки вылетели в Москву с двумя чемоданами и портфелем с документами. Новиков оставил у себя только пистолет криминальрата.

Возможностей избежать плена было предостаточно. Не будем трогать швейцарскую границу: она, правда, находилась всего в двух часах ходьбы, но очень хорошо охранялась, перейти ее считалось почти невозможным. Однако совсем близко располагался Тироль, и сквозь его густые леса, бесчисленные лощины было очень легко уйти. Все спасавшиеся бегством нацисты проходили здесь, добирались до Италии и Генуи, откуда открывался путь в Южнуй Америку. В то время как Панвиц сидел в своем шале, десятки его коллег, задыхаясь, поднимались за проводниками по горным тропам.

Он не знал этого? Криминальрат, шеф зондеркоманды не знал этой важной детали? Допустим. Но весной 1945 года по территории Германии, подобно урагану, двигались бесчисленные орды людей. Насильно угнанные сюда — рабочие, отбывавшие трудовую повинность, заключенные всех национальностей — возвращались на родину; семьи, скрывавшиеся от бомбежек в сельской местности, снова шли в город; сотни тысяч беженцев из восточных регионов спасались от Красной Армии; дороги были забиты судетскими немцами (около миллиона человек), уносившими ноги от чешского возмездия; вермахт преобразился в длинные колонны пленных…

С продвижением, хотя и не очень стремительным, союзников все вокруг смешалось — такого хаоса Европа, наверное, не знала со времен великих нашествий…

У Панвица были фальшивые документы, деньги, внешне он ничем не выделялся. Но он не трогается с места, не окунается в водоворот, в котором мог бы затеряться. Ждет в шале, пока за ним придут.

Для Кента все еще проще: он — русский. Союзник. Стоит ему спуститься в Блуденц — всего в каких-нибудь трехстах метрах от шале, — и он становится либо военнопленным, сбежавшим из лагеря, либо депортированным, обретшим свободу; французы примут его с распростертыми объятиями. Они, конечно, попытаются переправить его на родину, но особенно усердствовать не станут, как стали бы делать это для майора Красной Армии, офицера секретной службы. Простому русскому рабочему, угнанному на работу в Германию, или второразрядному военнослужащему, бежавшему из плена, пришлось бы несколько месяцев ждать возвращения на родину — за это время представилась бы тысяча разных возможностей распорядиться своей судьбой.

Во всяком случае, каким бы неопределенным ни выглядело будущее, в тот момент по логике вещей он должен был бы стремиться к одному: не допустить, чтобы его арестовали вместе с эсэсовцами. Кенту следовало бы как можно скорее покинуть шале, бросив на произвол судьбы его «прокаженных» обитателей, уйти от них как можно дальше. Но нет. Он не трогается с места. Так же, как Панвиц, он ждет, когда за ним придут.

Учтем это.

За ними приходят. К счастью, они попали в руки западных союзников. Обыкновеннейший солдат вермахта, виновный только в том, что шесть лет провоевал на фронте, на коленях пересек бы всю страну, лишь бы не попасть к русским и стать пленником европейцев. Только не Панвиц. Он, наоборот, изо всех сил гребет в сторону России. Ибо с того момента, как Кент сообщил французскому лейтенанту о том, что он русский офицер, ясно, конечно же, что пунктом их следования станет Москва. Криммнальрат гестапо, гаупштурмфюрер СС держит курс на Восток — это уже странно. Руководитель Большой игры, в течение двух лет с необычайным рвением дезинформировавший Центр, рвется к тем, кого дурачил, это просто поразительно. По роду своей деятельности Панвицу лучше, чем кому бы то ни было, известно о напряженности, существующей между союзниками, немцы были даже склонны чрезмерно преувеличивать их разногласия. И он должен был понимать, что союзники не будут очень задеты, узнав, что он водил за нос русских, а может быть, их секретные службы даже проявят тайный интерес к этому делу. Но вместо того, чтобы обеспечить себе покой в их надежных объятьях, он сам бросается в лапы своего злейшего врага — Директора.

Что же касается Кента, то с ним и того хуже: он идет на эшафот. На пути из Блуденца в Линдау и из Линдау в Париж он десять раз мог бы бежать: ведь их везли не под конвоем, а просто сопровождали. Шаг в сторону — и он бы исчез. Но Кент продолжает идти прямо вперед, навстречу смерти.

Необъяснимо? Но не будем спешить…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Конец

Из книги Я летал для фюрера. Дневник офицера люфтваффе. 1939-1945 автора Кноке Хайнц

Конец До середины января я не мог выходить из дому. Снег и лед мешали мне отправиться в госпиталь.Я узнал, что капитан Войтке снова принял командование эскадрильей после выписки из госпиталя, но несколько дней назад погиб в бою. Мне прислали бортжурналы, официальное


Конец

Из книги Закорючки 1-ый том автора Мамонов Пётр Николаевич

Конец Конец, и Богу слава! Благодарю В. Кондрашова, семью свою и о. Димитрия Смирнова.П.


18. Конец

Из книги Пилот «Штуки» автора Рудель Ганс-Ульрих

18. Конец 7 мая, для того, чтобы обсудить план, только что разработанный Верховным командованием, в штабе группы Шёрнера проходит совещание офицеров Люфтваффе. Предложено постепенно отступать всем восточным фронтом, сектор за сектором, до тех пор, пока он не будет идти


18. КОНЕЦ

Из книги Пилот «Штуки» [Без иллюстраций] автора Рудель Ганс-Ульрих

18. КОНЕЦ 7 мая, для того, чтобы обсудить план, только что разработанный Верховным командованием, в штабе группы Шернера проходит совещание офицеров Люфтваффе. Предложено постепенно отступать всем восточным фронтом, сектор за сектором, до тех пор, пока он не будет идти


Глава V Отдельно об Одере и Берлине. Конец войны в Европе — конец Великой Отечественной. Парад Победы

Из книги Неповторимое. Книга 1 автора Варенников Валентин Иванович

Глава V Отдельно об Одере и Берлине. Конец войны в Европе — конец Великой Отечественной. Парад Победы Военно-политическая обстановка на фронтах. Некоторые подробности о втором фронте. Висла — Одер, небывалые темпы. Опять плацдарм, но у Кюстрина. И опять медсанбат. Впервые


Конец?

Из книги Против течения автора Морозова Нина Павловеа

Конец? Представьте себе, что мы находимся где-то в Италии. Время действия неопределённо, но Рим уже разрушен. Везувий по-прежнему курится белым дымом, а волны вечно шумящего моря, словно неутомимый любовник, целуют грудь земли. Во многих местах берега стоят омываемые водой,


КОНЕЦ

Из книги Рауль Валленберг. Пропавший герой автора Аландер Даг Себастьян

КОНЕЦ В начале декабря Красная Армия с боями прорвалась к восточным и южным предместьям Будапешта. Вот-вот город будет окружен и начнется осада. Никто не сможет выйти из города. Многие погибнут в ожесточенных уличных боях между советскими и немецкими войсками.Но для


КОНЕЦ

Из книги Смерть не заразна автора Бротиган Ианте

КОНЕЦ Биографы путаются в объяснениях, пытаясь понять, что привело отца к самоубийству. К этому же вопросу все время возвращаюсь и я. Изменить то, что уже произошло, невозможно, и я пытаюсь измениться сама. С годами это начинает получаться. Я научилась видеть его в темноте


Конец

Из книги Пятеро, что ждут тебя на небесах [Maxima-Library] автора Элбом Митч

Конец Это история о человеке по имени Эдди, и начинается она с конца, с того, как Эдди умирает в лучах солнечного света. Может показаться странным начинать историю с конца. Но ведь любой конец одновременно и начало. Мы просто сразу об этом не догадываемся.Последний час


XV Конец

Из книги Жизнь Бетховена автора Эррио Эдуард

XV Конец В августе 1826 года Карл покушался на самоубийство; если верить Шиндлеру, причиной было то, что племянник провалился на экзаменах. Приехав в Баден, он отправился к развалинам Рауэнталя и выпустил две пули себе в голову, не причинив иного вреда, кроме легкой царапины.


20. Конец

Из книги Диккенс автора Ланн Евгений Львович

20. Конец Итак, полгода в Америке, и теперь Диккенс снова у себя, в Гэдсхилле. Май… и снова поют птицы у самого окна швейцарской хижины. И Джорджина, и дочь Мэри — рядом; они с тревогой всматриваются в исхудавшее лицо и предупреждают все желания его… И старина Форстер,


Эпизод пятый Конец так конец

Из книги Неизвестный Алексеев. Неизданные произведения культового автора середины XX века (сборник) автора Алексеев Геннадий Иванович

Эпизод пятый Конец так конец Д. сидел за кульманом. В руке его был карандаш. Своим остриём карандаш упирался в бумагу. Д. не шевелился. Казалось, что он задумался, что он в сомнении, что он не знает, какую провести ему линию – вертикальную или горизонтальную, толстую или


Начало и конец чтения – начало и конец романа

Из книги Биография Белграда автора Павич Милорад

Начало и конец чтения – начало и конец романа Если я не ошибаюсь, дело было весенним утром 1979 года. Солнце заливало спальню, в которой стояла кровать, покрытая сиреневым бархатным покрывалом. На ней я разложил сорок семь листов бумаги. На каждом было написано одно из


ОСТ и его конец

Из книги По памяти и с натуры 1 автора Алфеевский Валерий Сергеевич

ОСТ и его конец Весной двадцать восьмого года в помещении Музея живописной культуры открылась четвертая выставка ОСТа. Музей размещался на Рождественке, в здании Вхутеина, на первом его этаже. Выставка эта у нас, студентов Вхутеина, вызвала живой интерес, нам нравилось


Конец

Из книги Мерилин Монро. Право сиять автора Мишаненкова Екатерина Александровна

Конец Мэрилин Монро умерла в ночь с 4 на 5 августа 1962 года. 19:00–19:15 – ей позвонил младший сын Джо Ди Маджо и рассказал о разрыве своей помолвки. На допросе он сказал, что Мэрилин была бодрой и жизнерадостной.19:30–19:45 – друг Мэрилин Питер Лоуфорд позвонил, чтобы пригласить ее


Конец

Из книги Гоголь. Воспоминания. Письма. Дневники автора Гиппиус Василий Васильевич

Конец Н. В. Гоголь – С. Т. Аксакову Москва. В конце 1851 года.Поздравляю вас от всей души. [С окончанием «Записок ружейного охотника», Аксаков и Гоголь условились выпустить свои книги («Зап. руж. охотника» и «Мертвые Души») одновременно.] Что же до меня, то хотя и не могу