Буйный, горячий, осатанелый ветер

Буйный, горячий, осатанелый ветер

Попал Леонов в 15-ю Инзенскую стрелковую дивизию, стоявшую в районе Гуляйполя, на родине батьки Махно.

Артиллеристов вооружили рапирами — немецкими шпагами.

В довершение к этому Леонова обрядили в матросскую рубаху с отложным воротником и дали высокие, как у д’Артаньяна, сапоги. Иные обуты были и в лапти, и даже в разномастные женские ботинки (Леонов запомнил эти казусы, потом использовал в «Барсуках») — на этом фоне его дартаньяновские сапоги смотрелись вполне себе ничего.

Красноармейцы выглядели что твои махновцы.

А махновцы как раз были неподалёку.

Нестор Махно тогда привычно находился в бурных взаимоотношениях с советской властью.

Ещё в январе 1919-го он заключил с Советами договор: его повстанческие полки вошли в Красную армию. Спустя месяц он даже заявил о том, что завязал с анархизмом и все силы отныне отдаст делу укрепления на Украине советской власти. Нестора Ивановича назначили командиром 3-й Заднепровской бригады одноимённой стрелковой дивизии. Махновцы героически штурмовали Мариуполь, сам Махно получил орден Красного Знамени — в числе первых героических военачальников Красной армии.

К апрелю 1919-го Махно и Советы вновь охладели друг к другу: батьку не устраивали ни продразверстка, ни комбеды. Махно написал открытое письмо Ленину (с которым, к слову, встречался ещё в 1918 году) и ушёл на Херсонщину.

Некоторое время он воевал и против белых, и против красных, за что последние в январе 1920 года объявили его вне закона.

Дисциплина в 15-й Инзенской дивизии была не на самом высоком уровне: красноармейцы то переходили к махновцам, то возвращались обратно в Красную армию.

Влияние Махно на красноармейские умы было очень велико: к осени он восстановил свою Повстанческую армию и бывшие красноармейцы составляли в ней не менее трети, а то и половину личного состава.

Красной армии нужна была качественная пропаганда.

Как раз в середине августа, в те дни, когда Леонов только-только прибыл, дивизии отдали приказ «в кратчайший срок привести себя в порядок, залечить раны последней операции и уничтожить недочёты и недостатки».

Леонид быстро завязал дружбу с политработниками дивизии. Образованный парень, да ещё с отменным журналистским, корректорским, редакторским опытом, глянулся им, и в августе его перевели в редакцию дивизионной газеты «На боевом посту» (10 октября ей дали имя попроще: «Бюллетень» политотдела 15-й дивизии).

Так и осталось неизвестным, успел ли артиллерист Леонов пострелять. Скорее всего нет. Сам он, по крайней мере, никогда об этом не вспоминал. Он вообще Гражданскую войну вспоминать не любил.

Политотделу было приказано «приложить весь максимум энергии в политработе в частях, обращая главное внимание на политическую подготовку красноармейского состава», а также «…обратить внимание на снабжение частей литературой и газетами».

В те дни познакомился Леонов с легендарной революционеркой, начальницей политотдела дивизии Александрой Янышевой, членом партии с 1910 года, подругой Коллонтай и Дыбенко, женой генерала Янышева, создавшего эту дивизию; с самой Янышевой писатель ещё увидится спустя полвека.

Эта, безупречного мужества и, кстати, красивая, женщина, водившая красноармейцев в атаку, запомнила Лёню таким: «Тоненький, стройный, толковый и расторопный, но очень скромный паренёк Леонов всем нам в политотделе пришёлся по душе. Быстрый и неутомимый, он всюду успевал».

В первую очередь Леонов успевал на позиции. Поначалу и политотдел, и редакция газеты размещались при административном штабе. Но потом был создан специальный полевой политотдел, чтобы его работники были ближе к народу. Там, среди красноармейцев, Леонов и очутился.

В начале сентября Инзенская дивизия заняла позицию на первой укреплённой линии Каховского плацдарма, по обе стороны большой дороги Каховка — Перекоп. Вскоре позиции были атакованы и смяты танковым ударом белых — в те времена бронированных уродцев красноармейцы называли «таньки» — «Таньки, таньки идут!»

В том же сентябре Москва снова озаботилась тем, как быть с Махно. Правитель Юга России и главнокомандующий Русской армией Врангель ещё был в силе, а уничтожить воинство Нестора Ивановича не получалось никак, и Ленин предложил пойти с ним на переговоры; так и сделали. 2 октября был заключен договор, согласно которому Повстанческая армия вошла в состав РККА в качестве самостоятельного «партизанского» соединения с подчинением высшему командованию Красной армии.

В определённый момент, вспоминал Леонов, в одной комнате делали газету «На боевом посту», а в соседнем помещении верстали своё издание махновские пропагандисты. Они, естественно, были знакомы, общались. Но Леонов об этом впоследствии никогда подробно не распространялся.

Зато предводитель повстанцев-«барсуков» — Миша Жибанда в романе «Барсуки» унаследовал некоторые черты Махно. Вспомним хотя бы парафраз знаменитых махновских чудачеств — в том эпизоде, когда бандит Жибанда появляется у дома, где идёт совещание исполкома и, подойдя к раскрытому окошку, просит уполномоченного Половинкина дать прикурить:

«— Всё заседаете? — сочувственно усмехнулся он. — Ну, заседайте! — Потом свистнул, лихо козырнул, и сразу его не стало.

Половинкин собрался было продолжить свои рассуждения о необходимости обыска, но поперхнулся словом, пугаясь оцепенелого вида остальных; Чмелёв переглядывался с Лызловым, Муруков никак не мог вытащить ручку из чернильного пузырька, точно держал её пузырёк зубами. Прочие имели вид такой, словно собирались вспорхнуть и улететь».

Махно был фигурантом нескольких историй подобного толка, и ещё больше легенд вилось вкруг его имени, о чём Леонов ещё в бытность красноармейцем был наслышан.

Надо сказать, что и Жибанда в своё время воевал за красных и первую пулю свою получил от колчаковцев.

Осталось лишь добавить, что отрицательным героем леоновского Жибанду назвать трудно.

Красноармейскую газету до Леонова редактировал некто Вл. Ципоркис, но молодой и хваткий Лёня глянулся начальству куда больше, и вскоре его назначили редактором. Согласно документам, это случилось 5 октября 1920 года, когда наступление белогвардейцев выбило красных с их позиций; по версии самого Леонова (скорее всего ошибочной) — чуть позже, накануне легендарного штурма Перекопа.

«На восемь человек печатников и ездовых в моей крохотной походной типографии приходилось две тачанки, три шинели да кожаная куртка одна; остальные шли пешком, кутаясь во что придётся или даже накрывшись одеялом…» — так Леонов описывал быт тех времён.

«Печатники мои были настоящими революционерами, и их работа была им очень дорога, — в другой раз рассказывал Леонов. — Нашу типографскую машину „американку“ мы берегли как зеницу ока».

«Бывший до Леонова редактором газеты Ципоркис и в частях не бывал, — говорила потом Янышева. — С приходом Леонова связи с частями укрепились, газета стала живее».

В селе Тягинка, куда в первой половине октября отошла 15-я Инзенская дивизия, Леонов стал свидетелем срочного прибытия Первой конной армии Будённого.

«В воздухе взметалась пыль, летели тачанки с пулемётчиками, мчались кони, гудела земля. У меня осталось впечатление буйного горячего ветра» — так говорил об этом Леонов годы спустя. Бог его знает, что думал он на самом деле и когда говорил, и когда видел всё это.

Писал в газету Леонов один: рассказы о боях, стихи, лозунги — всё было его работой, разве что врач из санотдела публиковал иногда медицинские заметки на тему «Как уберечься от переносчиков сыпного тифа» и т. п.

Во второй половине октября, когда врангелевское наступление захлебнулось и началось контрнаступление Южного фронта красных, Леонов вместе с дивизией двинулся на двух своих тачанках из Тягинки в Борислав, а оттуда путь лежал на Каховку.

Десятилетия спустя, по просьбе тех или иных собеседников, Леонов вспоминал всего несколько случаев из Гражданской войны, никогда, впрочем, не связанных с убийством или насилием.

«Какие бывали встречи! В небольшом городке делаю армейскую газету, — пересказывали речи Леонова мемуаристы. — Тут и редакционный стол, „верстаки“ и прочее. Однажды вечером сижу, пишу фельетон. Вдруг входят будённовцы. И знаете, головы их где-то за притолокой, ну совсем как у Гоголя. Из „Вия“. Впереди — богатырь с усами и в папахе — Шевченко. „Кто, — говорят, — тут начальство? Ага — ты? Мы у тэбэ ночевати будэмо“. Вошли, поскидали бурки, оружие сняли и в хате сразу повернуться негде стало.

„Только прошу ничего не воровать, — говорю. — Знаете, казённое имущество“.

Смеются, но обещают. „Старшой“ долго беседовал со мной перед сном. Никогда не забуду неповторимость, мощь и силу и лаконизм его насмешливой речи. „Ворвались мы в город N. Пилсудчиков порубали. Водки выпили и вперёд! Сейчас идём на Врангеля!“».

Или иную картинку Леонов не раз вспоминал, будто камертон, по которому настраиваются события тех лет: «Ночь, горит костёр, и какие-то люди в бурках осатанело пляшут, а на них алые отблески огня».

Все эти воспоминания, между прочим, шли в печать, хотя хитрый Леонов наверняка с закавыкой прицеплял к своей зарисовке словцо «осатанело»…

Ну а про иные жуткие моменты он не говорил десятилетиями.

Хотя было что вспомнить.

Архангельские чекисты, разобравшиеся в документации, сохранившейся после ухода белых, нашли конкретные данные по Леонову и по нескольким иным бывшим офицерам, мобилизованным в Красную армию.

Ещё до штурма Перекопа в Инзенскую дивизию пришла соответствующая депеша. На леоновское счастье, проходила она, естественно, через политотдел, к которому он был причислен.

Инструктором политотдела служила, как ни странно, бывшая княжна Софья Александровна Аргутинская-Долгорукая, вступившая в коммунистическую партию и пришедшая к большевикам. Она сверяла списки бывших офицеров, по которым нужно было провести расследование, направив их в дивизионный трибунал, и обнаружила там фамилию редактора «Бюллетеня».

Наверное, они были дружны — Софья Александровна и Лёня; ничем иным её жест объяснить нельзя: она просто вычеркнула его фамилию, и всё. Чем сберегла ему жизнь.

Остальных, попавших в список, немедленно арестовали и увезли. Больше Леонов их не видел.

Тогда Леонов во всей полноте осознал ужас раз и навсегда приговорённого к смерти: он начал понимать, что это клеймо будет на нём всю жизнь. И ещё неизвестно, долгой ли она окажется…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ВЕТЕР

Из книги Валентин Гафт: ...Я постепенно познаю... автора Гройсман Яков Иосифович

ВЕТЕР Ты, ветер, выветри всю дурь, Что в головах людей, Но пощади, предвестник бурь, Когда они в беде. Тому, кто выбился из сил, Ты в бурю не помог, И Белый парус погубил, Что был так


Горячий денек

Из книги У самого Черного моря. Книга II автора Авдеев Михаил Васильевич

Горячий денек — Сегодня, братцы, придется поработать «сверхурочно»…Произнося эту фразу, я не предполагал, насколько окажусь в данном случае пророком. Если бы существовали потусторонние силы, можно было предположить, что иные слова и фразы накликают беду. Но поскольку


ГОРЯЧИЙ ХЛЕБ

Из книги Мои универсамы [черновая версия, финальная] автора Логинов Святослав

ГОРЯЧИЙ ХЛЕБ Типовой универсам имеет три эстакады: гастрономическую, бакалейную и хлебную. На первой постоянно дежурит эстакадница, вторую открывают только по приходу машины, и тогда там дежурит зав бакалейным отделом или её заместитель. А хлебная… о ней разговор


3. Ветер перемен и ветер обратно

Из книги Достоверное описание жизни и превращений NAUTILUSa из POMPILIUSa автора Кормильцев Илья Валерьевич

3. Ветер перемен и ветер обратно Однако, вернемся к исторической реальности: альбом все-таки записали, и «Наутилус Помпилиус» явился в свет собранно, мелодично, пусть даже слегка выпивши. Важнее всего в тот момент для ребят было перейти из разряда рок-н-ролльных друзей в


Глава 29. Горячий след

Из книги Саша, Володя, Борис... История убийства автора Гольдфарб Александр

Глава 29. Горячий след “Когда появились первые сообщения об “Уотергейте”, Белый дом от них отмахнулся, назвав “малозначительным взломом”. А затем, шаг за шагом, начались дальнейшие разоблачения, и все это закончилось крахом Никсона, — сказал адвокат Джордж Мензис. —


Буйный, горячий, осатанелый ветер

Из книги Леонид Леонов. "Игра его была огромна" автора Прилепин Захар

Буйный, горячий, осатанелый ветер Попал Леонов в 15-ю Инзенскую стрелковую дивизию, стоявшую в районе Гуляйполя, на родине батьки Махно.Артиллеристов вооружили рапирами — немецкими шпагами.В довершение к этому Леонова обрядили в матросскую рубаху с отложным воротником и


ГОРЯЧИЙ СНЕГ ЮРИЯ БОНДАРЕВА

Из книги Почему не гаснут советские «звёзды» автора Раззаков Федор

ГОРЯЧИЙ СНЕГ ЮРИЯ БОНДАРЕВА 15 марта 2009 года российская патриотическая общественность отметила 85-летие со дня рождения замечательного русского писателя Юрия Бондарева. Когда-то имя и книги этого человека знала буквально вся страна. Сегодня это является уделом уже не


10. Горячий Ключ

Из книги Вестник, или Жизнь Даниила Андеева: биографическая повесть в двенадцати частях автора Романов Борис Николаевич

10. Горячий Ключ Горячий Ключ — поселок в предгорьях Кавказа к югу от Краснодара. Место курортное и живописное — горы, поросшие дубовыми лесами, речка Псекупс, приток Кубани, сбегающая с гор и успокоенно петляющая у их подножий по долине. Название поселку дал термальный


5 июля 1943 года Горячий денек

Из книги Американский доброволец в Красной армии. На Т-34 от Курской дуги до Рейхстага. Воспоминания офицера-разведчика. 1943–1945 автора Бурлак Никлас Григорьевич

5 июля 1943 года Горячий денек Нелегко было уснуть прошлой ночью и поспать хотя бы часа два. Наша вылазка за языком севернее железнодорожной станции Поныри, последовавший за ней странный допрос пленного и награждение участников операции — все это не позволило нам заснуть


Ветер с юга

Из книги Неувядаемый цвет. Книга воспоминаний. Том 1 автора Любимов Николай Михайлович

Ветер с юга И пред ним… Мир встает огромной птицей. Свищет, щелкает, звенит. Эдуард Багрицкий В один из ноябрьских дней 1931 года я очутился на лестнице самого высокого во всем Проезде Художественного театра (или, как он назывался раньше, Камергерском переулке), недавно


Глава 4 Горячий сентябрь в Ингушетии

Из книги Чеченский рецидив. Записки командующего автора Трошев Геннадий Николаевич

Глава 4 Горячий сентябрь в Ингушетии Начало осени 2002 года в Ингушетии выдалось жарким. Еще не успели остыть горячие предвыборные баталии. Напомню, что весной здесь прошли выборы Президента Республики. Победу одержал Мурат Зязиков. Многие жители Ингушетии, и я вместе с


Ветер

Из книги Южное седло автора Нойс Уилфрид

Ветер Цель была достигнута. Кое-кто мог бы сказать, что и рассказ, изложенный в книге, также должен здесь кончаться, в кульминационной точке надежд и грез, владевших нами в течение года. Но разве Илиада кончается вместе с победой Ахиллеса? Или, скажем, любое драматическое


«Деревья буйный ветер клонит…»

Из книги Нежнее неба. Собрание стихотворений автора Минаев Николай Николаевич

«Деревья буйный ветер клонит…» Деревья буйный ветер клонит, Срывая блеклый их наряд, И в мрачном небе тучи гонит Без устали за рядом ряд. Луга и нивы опустели, Чернеет мокрая земля, И скоро жуткий вой метели Встревожит тихие поля. Река оденется покровом Из льда, а следом


Горячий август

Из книги Тайны Конторы. Жизнь и смерть генерала Шебаршина автора Поволяев Валерий Дмитриевич

Горячий август Август девяносто первого года надвигался неотвратимо, тяжело, то, что он грянет обязательно, ощущалось давно, только никто не знал, что это произойдет именно в августе, горячем месяце (хотя погода была прохладная).Леонид Владимирович в своем дневнике


Из книги «Ветер северный, ветер южный»

Из книги Я диктую. Воспоминания автора Сименон Жорж

Из книги «Ветер северный, ветер южный» 29 ноября 1974Эта маленькая история всплыла у меня в памяти вчера, когда я смотрел по телевизору дебаты во французской палате депутатов по вопросу об абортах. Но я не собираюсь говорить об абортах.Это было в 1945 году. Во время войны я жил в


VI Людовик XV, горячий любовник

Из книги Великие любовники автора Дюфрен Клод

VI Людовик XV, горячий любовник Людовик XV своей известностью больше обязан любовным подвигам, нежели результатам своего правления, которые достойны скорее осуждения в народной памяти. Унаследовав трон от прадеда, Людовик XV получил прозвище «Горячо любимый», но очень