Письмо-отзыв на экзаменационную работу студента из Иркутска:

Письмо-отзыв на экзаменационную работу студента из Иркутска:

19.12.91

Дорогой Алексей!

И я Вам пишу «отзыв» на Ваш «пзйпер» в жанре письма, потому что душе требуется тут излиться, в американской прагматической суши, — душе родной, ДРУГУ (не в американском смысле, как Вы хорошо расслышали разницу), а в нашем, а такими я Вас и Малику (она вчера приходила прощаться, и мы пили чай и говорили) почувствовал: какая-то единая душевная плазма, субстанция нас пронизывает, а мы, каждый, — ее ответвления и разные воплощения, — так что нам с полуслова понимание дается — в нашем, конечно, ключе и стереотипе тоже, ограниченном, но — родном… и теплом…

Простите и меня за ошибки — не туда попадаю иногда, а правая рука сохнет, и потому на машинке шпарю.

Во-первых, сам жанр, который Вы избрали — или сам собой он к Вам пришел (может быть, навеянный искренностью и моих «лекций»), жанр письма, — оказался естественен, чтобы отомкнуть и Вашу душу и дать мыслям излиться в свободном слове. И Вы так много точного и интересного высказали, сопоставляя нас и американцев, что обогатили мое понимание новыми элементами, Вашим опытом.

Но и мне требуется исповедаться и даже повиниться — вот в чем. Сейчас я читаю «пэйперс» студентов и в нашем русском классе, и в классе, что я вел по-английски, — и получаю, так сказать, плоды своего посева за эти три с половиной месяца. С одной стороны, я очень рад: такие интересные и на разнообразные темы: кто сравнивает национальные танцы, кто — еду, кто — столицы, кто — кино, кто — Ницше и Уитмена, кто — напитки и алкоголь и что они значат, и т. п. — и я чувствую, что я воспламенил мысль студентов, и они просто забрасывают меня своими яркими идеями и наблюдениями о «ментальности» разных народов и культур. Но, с другой стороны, я чувствую, особенно в нашем русском классе, что дал односторонний образ России и Русского образа мира и души, и характера русского человека. Все пишут о культе страданий у нас, бездеятельности, лени, апатии, обломовщине. А если и активность высокая — то лишь в Духе, как у подпольного и прочего героя Достоевского, и жизнь химерами, а в реальной — глупость и неприспособленность и скорей убежать — куда угодно, хоть в смерть…

Конечно, отчасти материал литературы, над которым мы работали, в этом «повинен»: русская дворянская классика XIX века, где персонажи оторваны от забот материального существования, так сказать, абстрактную жизнь лишь в Духе и Душе вести могут. И прямо оттуда — прыг-скок к бедственному состоянию России и Советчины через век, ныне, над чем мир смеется, слегка жалеет, а больше презирает и получает повод кичиться собой и своим достатком и «совершенством», — особенно американцы, в своем самодовольстве…

И вот-де, мол, нам, русским и советским, не остается ничего, чем бы «гордиться», как находить положительный смысл в своих бедствиях, выпадающих страданиях, хотя на самом-то деле мы завидуем-облизываемся на их благополучие и готовы бы отречься от всего, что было и есть с нами, и перенять ихнее, да — не укусишь!..

И мне тошновато — от этих торжествующих сравнений и выводов милых студентов нашего класса.

Вы помните: пытался я им показать советский период в его положительных мечтаниях и ценностях, но текстов они не читали, и пришлось проскочить — опять к разрухе нашей…

Хотя нет, не совсем я прав и в этом самоуничижении: самокритика и американских понятий и идеалов тоже очень сильно там, в работах студентов, звучит — и именно благодаря сравниванию с иными мирами. Так это особенно в моем другом классе, где я давал им и Германию, и Грецию, и Италию, и Англию, и Индию, и Еврейство, и Россию, и Америку…

Ладно. Уж душа нацелена на возврат. Но, конечно, замечательно полезный это был период жизни и опыт и расширение понятий. Радуюсь за вас с Маликой, что вам повезло это в молодые годы осуществить и тем расширить ваше миропонимание — и себя тоже развить.

Однако чувствую, как душа СУШЕЕТ тут. Даже впечатления и новые уразумения ума развивают какую-то поверхность существования человека, но не его сердцевину и душу и глубину — это все упрощается: верно, для того, чтобы эффективнее РАБОТАТЬ в разделении труда, профессионалом, — и чтобы душа, ее глубина и сомнения в ценностях («А НА Х-Я все это?») — не мешали бы? Так что с радостью возвращаюсь домой — в свою родную глубину и любовь семейную и разделять судьбу, и претерпевать вместе с ними и с чем-то НАШИМ, родным, хотя и не знаю, как обозначить: «народом»? «страной»?.. Обнимаю Вас и желаю всего благого. Напишите. Приезжайте.

Ваш Г.Д. Гачев


Следующая глава >>