Диалог Чингисхана м Чжамухи Спор между долгом и своеволием

Диалог Чингисхана м Чжамухи

Спор между долгом и своеволием

После разгрома найманов их союзник Чжамуха, личный враг Темучжина, монгольский анти-Цезарь, потеряв всех своих людей, был вынужден вести жизнь изгнанника. С пятью оставшимися при нем наперсниками он укрылся на горе Танлу, чьи лежащие между 2000 и 2900 метров вершины сверкают никогда не тающими снегами. Обретаясь там, беглец, по сути, находился у границ родины, ибо названный горный хребет является межой, разделяющей бесцветную сухую степь, характерную для окрестностей озера Кобдо, от густой сибирской тайги верхнего Енисея.

То был край, богатый дичью, а в его кедровниках, зарослях лиственницы, пихты и ольхи водилось зверье; там сибирский олень жил бок о бок с монгольским маралом, а мускусная лань была соседкой дикого козла и степного кулана.

Обреченный жить звероловством и удачей, Чжамуха вел существование, полное опасностей и неожиданностей, одна из которых и определила его судьбу. Однажды, убив дикого козла, он собрался было им поужинать, но тут пятеро его товарищей вдруг напали на него, связали и отвезли к Чингисхану.

Иллюзий относительно своего будущего у пленника не было, и все же он обратился к Завоевателю с речью, достойной царя. Прежде всего он попросил покарать своих вассалов-предателей.

— Черные вороны, — произнес он, — вздумали поймать селезня. Рабы вздумали поднять руку на своего хана. У хана, анды моего, что за это дают?

Чингисхан, как известно, предателей ненавидел, и верность слову была для него главным принципом. Вероятно, в глубине души он еще сохранял какую-то любовь к другу детства и юности, вот почему его первейшим желанием было удовлетворить просьбу Чжамухи.

— Мыслимо ль оставлять в живых людей, поднявших руку на своего природного хана? И кому нужна дружба таких людей? — сказал он и повелел: — Аратов, поднявших руку на своего хана, истребить даже до семени их!

Все пять предателей были обезглавлены в присутствии Чжамухи.

Сверх того Чингисхан со свойственным ему великодушием простил своему анде все его вины. Интриги, предательства, постоянное недружелюбие, сделавшие из вождя джаджиратов зачинщика всех враждебных Завоевателю союзов, — все это Герой готов был забыть. Ему хотелось помнить только их детскую дружбу, совместные походы и особенно ту войну, когда Чжамуха, такой же молодой человек, как и он, помог вернуть ему красавицу Борте.

Сдерживая волнение, Чингисхан вспомнил минувшие дни и в благородном порыве предложил побежденному врагу восстановить былую дружбу:

— Вот мы и сошлись с тобою. Сделавшись второю оглоблей у меня, ужели снова будешь мыслить иначе со мною?.. Будем приводить в память забывшегося из нас, будить заспавшегося. Как ни расходились наши пути, ты всегда оставался моим счастливым, священным другом. В дни смертных битв болел ты за меня и сердцем и душой. Как ни иначе мыслили мы, но в дни жестоких битв ты страдал за меня всем сердцем. Напомню, как это было. Во-первых, ты оказал мне услугу во время битвы с кераитами при Харахалчжин-элсте, послав предупредить меня о распоряжениях Ван-хана; во-вторых, уведомил меня о том, как напугал найманов, умерщвляя словом, убивая устами.

В этом диалоге в духе трагедий Корнеля Чжамуха отвечает сыну Есугая-баатура отказом с восхитительным благородством:

— В далекой юности, в урочище Хорхонах-джубур, в ту пору, когда братались мы с ханом, другом моим, ели мы пищу, которая не сварится, говорили речи, которым не забыться, делились одним одеялом. Но вот подстрекнули нас противники, науськали двоедушные, и мы навсегда разошлись… «Мы же говорили друг другу задушевные речи», — думал я, и будто бы кожу содрали с моего темного лица, я не терпел к нему прикосновения, я не мог выносить горячего взгляда хана, анды моего. Ныне, хан, мой анда, ты милостиво призываешь меня к дружбе. Но ведь не сдружился я с тобой, когда было время сдружиться. Теперь ты замирил все окрестные царства, объединил народы; тебе присудили и царский престол. К чему тебе дружба моя, когда перед тобою весь мир? Я ведь стал вошью у тебя за воротом или колючкой в подоле. Ведь я буду сниться тебе темными ночами и тяготить твою мысль средь бела дня. У друга моего — умная мать. Сам он витязь от роду. У друга моего братья с талантами. У тебя в дружине 73 орлюка — 73 мерина; вот чем ты победил меня. А я, я остался круглым сиротой с одной лишь женой — сказительницей старины. Вот почему ты победил меня.

Если меня поскорей ты отправишь,

Сердце тогда ты свое успокоишь.

Если казнишь, то казни ты меня

Лишь без пролития крови..[38]

Смертным забудусь я сном.

Мертвые кости в Высокой Земле

Будут потомкам потомков твоих

Благословеньем вовеки.

Ныне ж скорей отпусти ты меня!

Вот вам совет мой последний.

Выслушав Чжамуху, Чингисхан грустно произнес:

— Как ни различны были наши пути, но не слышно было как будто бы ни об оскорбительных речах моего друга — анды, ни о покушениях на самую жизнь…

Уплатив дань памяти о былом, попытавшись спасти друга юности и приняв теперь как неотвратимое отказ от сделанных им предложений, Чингисхан снова стал политиком и даже, я бы сказал, скрупулезным законником.

— И мог бы человек исправиться, — проговорил он, — да не хочет… Гадали о предании его смерти, но жребием то не показано. Не должно посягать на его жизнь без основательной причины. Скажите ему: «Друг Чжамуха, помнишь ли ты, как некогда загнал меня в Цзереново ущелье и навел тогда на меня ужас? Ты тогда несправедливо и коварно поднял брань, в связи с угоном табунов, между Джучи-Дармалой и Тайчаром. Ты напал, и мы бились в урочище Далан-бальчжиут… А теперь не хочешь принять ни предложенной тебе дружбы, ни пощады твоей жизни. В таком случае да позволено будет тебе умереть без пролития крови…» Но не бросайте на позорище его праха, а с подобающей почестью предайте погребению.

И стало так. Монгольский анти-Цезарь, человек, в какой-то момент поколебавший власть Чингисхана, был погребен по-царски на холме, чтобы, как утверждают алтайские шаманы, с его вершины зорко следить за потомством своего победителя и оберегать его.

Так гласят источники той поры.

Народное же предание столь меланхоличной развязкой не удовлетворилось и предложило финал более драматичный. Рассказывают, будто Чингисхан, не решившись убить экс-побратима собственноручно, поручил заняться этим своему племяннику Элжидаю-нойону, и будто бы тот подверг несчастного жуткой казни. «Говорят, что он приказал Чжамуху четвертовать, и якобы тот заявил, что он сам поступил бы так со своими врагами, когда бы судьба отдала их ему в руки. Торопя экзекуцию, он сам подставлял свои члены палачам».

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

«СЧИТАЮ СВОИМ ДОЛГОМ…»

Из книги Моя миссия в Армении. 1992-1994 автора Ступишин Владимир

«СЧИТАЮ СВОИМ ДОЛГОМ…» «Место Армении в политике России». Так называлась моя записка, которая начиналась словами: «Считаю своим долгом доложить о следующем». Дальше шел такой текст:«Армения и Нагорный Карабах имеют ключевое значение для России. Это каменная преграда


Империя Чингисхана

Из книги Тамерлан автора Ру Жан-Поль

Империя Чингисхана Монгольская империя Чингисхана рухнула. Она была создана в период, несомненно, самого ужасного из всех катаклизмов, известных истории, средствами самой свирепой жестокости горсткой людей, знавших, куда они шли и что хотели; целью же их было построить


Женитьба Чингисхана

Из книги Чингисхан: Покоритель Вселенной автора Груссе Рене

Женитьба Чингисхана Темучжин уже достаточно поправил свои дела, чтобы задуматься о женитьбе. Он помнил, что ему, еще девятилетнему, отец сосватал Борте, дочь Дэй-сечена, вождя унгиратов. Уже тогда эта девочка выделялась красотой среди своих «прекрасноланитных»


Великодушие Чингисхана

Из книги Статьи из еженедельника «Профиль» автора Быков Дмитрий Львович

Великодушие Чингисхана Попавшему в беду Ван-хану пришлось умолять о помощи все того же Темучжина, которого всего несколько дней назад он вероломно бросил. Тот вполне мог отомстить предателю или, по меньшей мере, потребовать большую плату за помощь, но избрал образ


Слезы Чингисхана

Из книги Батый автора Карпов Алексей

Слезы Чингисхана Солнце садилось за горы. Монголы ехали домой. Они могли назвать себя победителями, но бой оказался страшно тяжелым, и их потери были не меньшими, чем у кераитов. Герой Хоилдар был тяжело ранен. Схватка прекратилась только из-за спустившихся сумерек и


«Жалоба Чингисхана»

Из книги Сугубо доверительно [Посол в Вашингтоне при шести президентах США (1962-1986 гг.)] автора Добрынин Анатолий Фёдорович

«Жалоба Чингисхана» Чингисхан разбил свои шатры на берегах небольшой речки Тунге, где-то между Буиром и озером Колен. Его конница набиралась сил на полях, поросших редким тальником и питаемых подземными водами. «Стою на восточном берегу речки Тунге. Травы здесь


Потомок Чингисхана

Из книги Личная спецслужба Сталина автора Жухрай Владимир

Потомок Чингисхана Датой своего рождения Бадмаев во всех документах называл… 1810 год (умер он в 1920-м). Дочь его, появившаяся на свет в 1907 году, уверяла, что на момент ее рождения отцу было сто лет! Требуя выпустить его из тюрьмы, куда он в 1920 году попадал неоднократно (впрочем,


Наследие Чингисхана

Из книги Неизведанный Гиндукуш автора Эйзелин Макс

Наследие Чингисхана Знание своей родословной — основа существования любого кочевого сообщества. Встречаясь в степи с незнакомцем, кочевник должен был точно определить своё отношение к нему, выяснить, не является ли тот его родичем — пусть даже очень далёким, высчитать


Индо-пакистанский конфликт и негласный диалог между Москвой и Вашингтоном

Из книги От Мадрида до Халхин-Гола автора Смирнов Борис Александрович

Индо-пакистанский конфликт и негласный диалог между Москвой и Вашингтоном В начале декабря произошло резкое обострение индо-пакистанского конфликта. Начались военные действия.Правительство США занимало позицию скрытой поддержки Пакистана, и, когда военное положение


Смерть Чингисхана

Из книги Герои Первой мировой автора Бондаренко Вячеслав Васильевич

Смерть Чингисхана — 9 мая я встретил в Москве. К сожалению, это был первый раз в жизни, когда я выпил. В войну я курил только. Был такой табак «Золотое руно», у нас на пикировщиках была прекрасная кормежка, а за то, что я трезвенник, мне вручали лишнюю пачку курева.Полтора


ПО СЛЕДАМ ЧИНГИСХАНА

Из книги Андрей Первозванный — апостол для Запада и Востока автора Коллектив авторов

ПО СЛЕДАМ ЧИНГИСХАНА Во второй половине дня мы подъехали к разветвлению реки Бамиан. Здесь был древнейший очаг буддизма. Спускаемся по теснине реки Бамиан. На обратном пути мы не забудем посетить Бамиан и вырубленные из монолитной скалы более чем пятидесятиметровые


Через вал Чингисхана

Из книги Военная контрразведка. Эпизоды борьбы автора Терещенко Анатолий Степанович

Через вал Чингисхана До начала совещания оставалось всего несколько минут, а в зале заседаний Наркомата обороны все еще стоял гул разговоров. Многие из нас давно не виделись друг с другом, и за это время почти у всех на гимнастерках появились боевые ордена.Многих из


АЛЕКСЕЙ БРУСИЛОВ: «Считаю долгом совести и чести действовать на пользу России»

Из книги Кто написал «Тихий Дон»? [Хроника литературного расследования] автора Колодный Лев Ефимович

АЛЕКСЕЙ БРУСИЛОВ: «Считаю долгом совести и чести действовать на пользу России» Род потомственных дворян Брусиловых был включен в 6-ю часть родословной книги Орловской губернии. Это означало, что он был причислен к дворянству до 1685 года. Описание герба Брусиловых в Общем


Йоханнес Эльдеманн. Диалог между Востоком и Западом: опасность или возможность? От «псевдоморфоза» к «обмену дарами»

Из книги автора

Йоханнес Эльдеманн. Диалог между Востоком и Западом: опасность или возможность? От «псевдоморфоза» к «обмену дарами» Размышляя о значимости апостола Андрея для христианской ойкумены, многие из нас, возможно, вспомнят икону, на которой изображены апостолы Петр и Андрей в


Глава вторая Долгом и честью венчанный

Из книги автора

Глава вторая Долгом и честью венчанный Сослуживец автора по Особому отделу КГБ СССР в Прикарпатском военном округе» бывший сотрудникСмерша полковник Константин Павлович Анкудинов в далекие 1980-е гг. делился воспоминаниями о минувшей войне. Он был не столько свидетелем,


Глава первая. «На Плющихе в долгом переулке…»

Из книги автора

Глава первая. «На Плющихе в долгом переулке…» Глава первая, которая начинается с воспоминаний юности, объясняющих личный интерес автора к Шолохову, побудивший его обратиться к умиравшему писателю с несколькими вопросами о его прошлом, на которые были получены короткие,