Виктор Михеев

Виктор Михеев

О хорошей музыке я узнал довольно рано благодаря маме, приобщившей меня к классическому наследию рока, сначала «Биттлз, а потом к тому, что появлялось после них. Мама работала в знаменитом тогда магазине радиотехники у Пяти углов. Там продавцами были относительно взрослые ребята, уже окончившие школу, но ещё не ушедшие в армию. Они имели потрясающую возможность использовать находившиеся в магазине магнитофоны и проигрыватели для полноценного копирования фарцованных и привезённых дисков на магнитную ленту. Всё было свеженькое и чистенькое, а не какие-то там 25-е перезаписи. Мама, как и прочее начальство, закрывала на это глаза. А у меня появлялось всё, что душа пожелает.

Чуть позже, лет в одиннадцать, я начал слушать «голоса», то есть «вражеские» радиостанции. Естественно, что в том возрасте я отдавал предпочтение не политике, а музыке. О будущем я не думал совершенно, кем стать — не волновало, лишь бы меня не доставали и не мешали слушать то, что хочется. Такая потребительская позиция слегка скорректировалась, когда пришло время учиться играть на гитаре. А в те лохматые годы неумение взять на «банке» хотя бы пару аккордов считалось чем-то постыдным, вроде как ходить стриженым «под канадку».

Не желая испытывать подобные комплексы и стремясь упростить до минимума отношения с противоположным полом, я очень быстро научился чего-то «бацать». Но это был лишь суррогат. Ёжику ведь понятно, что заморские ребята играют как-то по-другому. Видимо, у них на руках по 20 пальцев, не говоря уже о качестве самих гитар, к которым стоит только прикоснуться — они сами ка-а-ак завоют-запоют… а здесь — только пальцы в кровь, и никакого звука…

Дома я принципиально из музыки ничего русскоязычного не держал. Хотя однажды мне дали послушать Макаревича с Ильченко (у них имелась совместная программа, которую они привозили в Питер), но я априори скверно относился к русскоязычному року. В англоязычной музыке для меня текст не нёс абсолютно никакой смысловой нагрузки, а исполнял роль ещё одного мощного музыкального инструмента. Да и как можно было сравнивать Led Zeppelin с какой-то «Машиной»? Однако ж плёнка пригодилась, и Макаревич опосредованно стал оказывать определённую финансовую помощь мне и моим друзьям, сам того не ведая. Дело в том, что в 17 лет меня пригласил в группу мой однокашник и барабанщик Лёша Закс, и мы часто «пилили» «до-поворотную» «Машину» на танцах в Токсово, но то была просто работа…

Весной 1979 года вернулся из армии Геннадий Митрофанов. Дело происходило в знаменитом своими мототусовками Ольгино. В Ольгино, в этом сумасшедшем и дивном месте, прошло моё дачное детство. Гена был местным, старше меня. Он слыл знатоком музыки, кем-то вроде местного гуру. По собственному признанию дембеля Митрофанова, его шокировало зрелище сидевшего на ольгинской платформе коротко стриженого Михеева с электрогитарой без чехла. Однажды, узнав, что у меня есть та самая «Машина» с Ильченко, Гена заблестел глазом из-под очков и предложил махнуться на какого-то Морозова. Кто помнит, были такие, самые маленькие бобинки по 100 с чем-то метров. «Машина» была у меня именно на такой. И Морозов оказался на таком же формате. Я посчитал обмен адекватным, и он состоялся.

Трудно передать словами шок, которому я подвергся. «Конформиста» я послушал раза четыре, пока не уяснил, что меня не глючит, а этот человек на самом деле поёт по-русски. Можно было переходить к следующей теме. Дальше оказалось ещё круче — «Не знаю, за что» — какой-то 3-й Zeppelin, никак не меньше Я понял, что заболел. Со всей пылкой юношеской наглостью я заявил, отхлёбывая портвейн: «Сдохну, но когда-нибудь я буду с этим Морозовым играть».

Потом Гена Митрофанов свозил меня к другому Гене, Зайцеву, и ореол мистического почитания Морозова от этого визита только усилился. Как же! Я встретился с человеком, который видел самого Морозова! Это покруче, чем рассказы дряхлых большевиков, видевших Ленина. Я начал трудоёмкий и интереснейший процесс коллекционирования Юриных записей.

Среди моих знакомых был человек, иногда выдававший такие перлы, в которые невозможно было поверить. Я лично считал его законченным вруном, но при этом неплохим парнем, к тому же прилично разбиравшемся в музыке. Его звали Олег Хорев. Где и кем он работал — я так и не смог до конца понять, да меня это особенно и не волновало. Тотальное недоверие ко всему, что рассказывал Олег, сыграло со мной несколько злых шуток. Однажды, приехав к нему домой и роясь в его коллекции бобин, я наткнулся на коробку с одним лаконичным словом «Морозов». Надо сказать, что Олега я никак не включал в число людей, которых надо знакомить с творчеством Ю.М. в обязательном порядке. А тут — на тебе! У него есть 525 м Морозова, и он молчит! Это был In Rock, который ещё больше повредил мою покосившуюся крышу. Я правильно предположил, что Олег не является поклонником Морозова, что оказалось мне на руку. Олег, спасибо ему за это, подарил мне ту запись. И на этом сюрпризы не закончились.

У Олега оказался Юрин домашний телефон… И он мне его дал. Я подумал, что это уже перебор, и у Олега опять начался приступ патологического вранья. Но где-то через неделю случился мой очередной день рождения, и я, весёлый и хмельной, зашёл в автомат, кинул 2 копейки и набрал 224-…

Голос на том конце провода был похож. Интонации похожи. Хмель слетел мгновенно. И я повесил трубку. А что я ему скажу? «Привет, я хрен с горы, и у меня день рождения»? От таких мыслей до депрессии полшага, а то и меныпе… День рождения был безнадёжно испорчен.

Потом тот же Хорев притащил меня сниматься в кино. Это была ещё одна злая шутка, зря я ему тогда не поверил. Впрочем, эту историю пересказывать не буду, к Юре она имеет весьма опосредованное отношение. В кино я работаю по сей день, а вот куда делся Олег, не знаю!

Режиссёр Пётр Солдатенков был старше меня ровно на 10 лет, снимал документальное кино, носил окладистую бороду с благородной проседью и являлся держателем бесценного архива съёмок Высоцкого. Это вызывало у меня чувство профессионального и человеческого уважения, хотя я работал на другой студии и никак с ним не пересекался. Мы были знакомы уже несколько лет, иногда встречались на премьерах или в компаниях, но никакого совместного творчества не планировали.

Но однажды Пётр обратился ко мне с просьбой провести «ликбез» по части русского рока. Он задумал делать «Игру с неизвестным», первоначально фильм назывался «Барды покидают дворы». Ему нужна была информация. И я целый день радостно крутил ему записи Морозова, «ДДТ», «Урфина Джюса», Башлачёва. А Пётр, как прилежный ученик, старательно записывал в тетрадку мои комментарии.

На дворе сильно пахло перестройкой, и планы Петра Яковлевича не казались такими уж бредовыми. Собственно, благодаря этому фильму и состоялось моё «очное» знакомство с Юрием Морозовым. К тому времени я уже много чего про него знал и сам шёл похожим путём. Но не в смысле подражания его творчеству, а в смысле реализации творческих замыслов. Поскольку денег обычно не было (я же работал в советском кино, «за искусство», так сказать), собрал дома из подручного хлама четырёхканальную студию, что-то друзьям подарил, на что-то денег наскрёб. Короче, стал я дома записываться. Через много лет, читая «Подземный блюз», особенно те места, где Юра описывает свои технические муки, я невольно улыбался — всё это знакомо до мелочей. Мои ощущения перед визитом Морозова ко мне домой легко могут понять абитуриенты перед самым важным экзаменом. Вроде бы я его сдал. С момента моей страшной клятвы прошло 10 лет…

Я представлял его совсем другим. Более хрупким, более темпераментным, по крайней мере внешне. Но это несоответствие между реальным и придуманным образом улетучилось в полчаса. Потрясла его воздержанность от пустопорожней болтовни, которой, увы, сам я страдаю. У него было всё лаконично, всё по делу. Возникало ощущение, что он не отпускает слова в бестолковое плавание по пространству, экономя их для каких-то иных, более значимых целей. Наверное, так и было.

Работалось легко, алгоритм нашёлся быстро. Юра записывал дома или в аппаратной капеллы основу своей новой песни под гитару, отдавал мне и Серёже Агапову (барабанщику и моему соседу), мы самостоятельно работали с этим материалом, потом показывали Мастеру. Удивительно, но он мало что менял в наших придумках. А старые песни мы и так знали наизусть. Юра только тональность показывал — и всё. Перед фестивалем «Аврора» мы репетировали всего четыре раза, не больше. Вот эта лёгкость, с которой из Юры лилась музыка, наверное, и запомнилась больше всего. Её количество — той, которую он успел записать, а ещё больше — не успел — не поражает, если знаешь, насколько органичен для него был процесс её появления на свет. И мне повезло. Я успел, пусть недолго, но побыть с ним рядом.

Что же касается сложных взаимоотношений Юры с Россией… С Россией всё так же непонятно, как и раньше. Это — мировая загадка, планетарная чёрная дыра — сведёт с ума ещё не одного мыслителя. Только сдаётся мне, что мыслителей с каждым годом в ней становится всё меньше. Как известно, если какая-либо функция человеческого организма остаётся невостребованной, она атрофируется, а на уровне смены поколений исчезает вовсе. Если сегодняшняя динамика сохранится, скоро никто уже не будет сходить с ума, глядя, в чём мы живём. Сходить будет нечему. Что же касается государства (не надо путать это понятие с понятием родины)… Ох, Василич бы оттянулся, я думаю, наблюдая происходящие в стране тандемократические процессы. Жаль только, что его отношение к совку и совкам, отношение свободного человека к рабству, которое он пронёс через всю свою жизнь, сегодня опять недоступно тем, кому адресовано. Пусть глухие песни поют…

Виктор Валерьянович Михеев — родился в Ленинграде 10 октября 1960 года. Отец — Михеев Валерьян Игнатьевич, по происхождении из казаков, по профессии — радиоинженер. Мать — Мирошниченко Галина Георгиевна, работник советской торговли, но диссидентствующая поклонница авторской песни. По окончании восьмого класса средней школы, Виктор пошел учиться в ПТУ по специальности слесарь-инструментальщик. Это решение было принято сознательно, хотя школьный аттестат позволял продолжить обучение в высшей школе. Повлияло желание держаться подальше от марксистско-ленинских теорий.

С семнадцати лет начал играть в различных музыкальных группах в качестве гитариста и бас-гитариста. В 1982 году попал в команду кинорежиссера Д. Асановой и снялся в эпизодической роли в её фильме «Пацаны». В том же году уволился из НПО «Красная Заря», где работал по окончании ПТУ, и начал работать на киностудии «Ленфильм» в качестве осветителя. В 1984 году перешел на работу в административную группу, а через год — в режиссерскую. Работал в качестве помощника и ассистента режиссера на кинокартинах: «Незнакомка» (режиссер Д. Асанова, фильм остался незаконченным); «Простая смерть» (реж. А. Кайдановский); «Как стать звездой» (реж. В. Аксенов); «Первая встреча, последняя встреча» (реж. В. Мельников), и ряде других.

В 1988 году уволился с «Ленфильма» по собственному желанию, уйдя в свободное плавание. В дальнейшем снимался в картинах: «Ад, или Досье на самого себя»; «Сон девственницы» (реж. Г. Беглов); «Васька» (реж. В. Титов); «Танго на Дворцовой площади» (где также — автор музыки, реж. О. Жукова); «Сикимоку» (соавтор сценария и автор музыки, реж. О. Жукова); «Черный ворон» (реж. И. Москвитин) и др.

В. Михеев является автором ряда сюжетов и режиссером видеомонтажа ряда рекламных роликов, в т. ч. «Президентская программа подготовки управленческих кадров» (по заказу Минэкономразвития), режиссером и автором сценариев (совместно с И. Долининой) короткометражных документальных фильмов «Дедов день» и «Леденец» в рамках проекта «Петербург-300» (Санкт-Петербургской студии документальных фильмов), режиссером документальных фильмов «Опасные праздники» и «Смертельный звонок» в проекте «Криминальная Россия» (телекомпания «Версия»); автором сценариев и режиссером цикла телепрограмм «Мужское начало» (Петербург — 5 канал и Рег. ТВ), ряда серий в проекте «Улицы разбитых фонарей», сценария сериалов «Решение проблем» (кинокомпания «Дельфин»); «Тени прошлого» («Феникс-фильм»); «Дорожный патруль-4» («Форвард-фильм»).

Музыкальная деятельность Виктора как бас-гитариста связана с группой «ПаNИкА», «foXboX», «ОГПУ им. Юрия Морозова», «Дельта Невы», «The СуВеаг» (автор проекта), «Meditation Bang».

Женат на Ирине Михеевой (Долининой).

Имеет детей; Ярослава (1990), Юлию (1990), Георгия (2003), Ирину (2006).

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Михеев

Из книги Фабрика здоровья автора Смирнов Алексей Константинович

Михеев Свои коллаборационисты куда страшнее иноземных захватчиков.Был у нас в институте молодого вида Михеев. Все, как в недавно помянутом гимне: "Сегодня, сегодня мы - студенты, завтра - настоящие врачи". Только в его случае "врачи" надо было для рифмы и достоверности


Михеев

Из книги Как уходили кумиры. Последние дни и часы народных любимцев автора Раззаков Федор

Михеев Свои коллаборационисты куда страшнее иноземных захватчиков.Был у нас в институте молодого вида Михеев. Все, как в недавно помянутом гимне: "Сегодня, сегодня мы - студенты, завтра - настоящие врачи". Только в его случае "врачи" надо было для рифмы и достоверности


ИЛЬЧЕНКО ВИКТОР

Из книги Нежность автора Раззаков Федор

ИЛЬЧЕНКО ВИКТОР ИЛЬЧЕНКО ВИКТОР (артист эстрады, выступал в дуэте с Романом Карцевым; умер 21 января 1992 года на 56-м году жизни).В первый раз Ильченко едва не умер в конце 70-х. Они с Карцевым работали тогда в московском Театре миниатюр и играли три спектакля. А когда режиссер


РЕЗНИКОВ ВИКТОР

Из книги Путешествие рок-дилетанта автора Житинский Александр Николаевич

РЕЗНИКОВ ВИКТОР РЕЗНИКОВ ВИКТОР (композитор: «Улетай, туча», «Бумажный змей», «Признание», «Солдатка», «Льдинка-льдинка» и др.; скончался 24 февраля 1992 года).Резников попал в автокатастрофу 21 февраля 1992 года и был доставлен в тяжелейшем состоянии в одну из


ЦОЙ ВИКТОР

Из книги Память, согревающая сердца автора Раззаков Федор

ЦОЙ ВИКТОР ЦОЙ ВИКТОР (певец, лидер рок-группы «Кино»; погиб 15 августа 1990 года в автомобильной катастрофе под Юрмалой на 28-м году жизни).24 июня 1990 года Цой дал свой последний в жизни концерт – вместе с группой «Кино» он выступил на Большой арене Лужников в рамках финала


Виктор ЦОЙ

Из книги Из-за парты — на войну автора Кравцова Наталья Федоровна

Виктор ЦОЙ За свою короткую жизнь (28 лет) Цой успел пережить два бурных романа. В первый раз это случилось на заре его карьеры рок-музыканта, когда группа «Кино» только появилась на свет. Его избранницей стала девушка на четыре года старше его – Марианна. Они познакомились


ВИКТОР ЦОЙ

Из книги Одна жизнь — два мира автора Алексеева Нина Ивановна

ВИКТОР ЦОЙ В. Цой (1962–1990 гг.) — лидер, вокалист, автор текстов и музыки ленинградской группы КИНО.Группа КИНО организовалась осенью 1981 г. и поначалу называлась ГАРИН И ГИПЕРБОЛОИДЫ. В ее первом составе кроме В. Цоя играли гитарист А. Рыбин и барабанщик О. Валинский. Вскоре


ЦОЙ Виктор

Из книги Год 1944-й. Зарницы победного салюта автора Автор неизвестен

ЦОЙ Виктор ЦОЙ Виктор (рок-певец, лидер рок-группы «Кино»; погиб 15 августа 1990 года в автомобильной катастрофе под Юрмалой на 28-м году жизни). 24 июня 1990 года Цой дал свой последний в жизни концерт – вместе с группой «Кино» он выступил на Большой арене Лужников в рамках


ВИКТОР

Из книги Книга воспоминаний автора Дьяконов Игорь Михайлович

ВИКТОР На этот раз Виктору предстоял долгий полет во вражеский тыл к партизанам.— Учтите, Ганченко, посадочная площадка очень мала: обычная поляна в лесу. Планер приземлиться может, а уж самолет никак. Сесть-то, пожалуй, сядет, а вот взлететь — гиблое дело. Ясно?Командир


Виктор

Из книги От фарцовщика до продюсера. Деловые люди в СССР автора Айзеншпис Юрий

Виктор После долгожданной речи Сталина зашел с женой друг моего детства, еще с Украины, один из маминых питомцев детского дома для беспризорных. Сейчас он был одним из инструкторов Московского комитета партии.Протягивая руки для пожатия, они в один голос


А. И. МИХЕЕВ, майор в отставке ОГНЕМ И ГУСЕНИЦАМИ

Из книги Виктор Цой и другие. Как зажигают звезды автора Айзеншпис Юрий

А. И. МИХЕЕВ, майор в отставке ОГНЕМ И ГУСЕНИЦАМИ Мне исполнилось восемнадцать лет, когда гитлеровцы напали на нашу Родину. Мы тогда жили в Душанбе. Я обратился в военкомат с просьбой послать меня на фронт.Сразу на передовую я не попал, а был зачислен курсантом


М. Михеев Предисловие

Из книги Подвиг. 1941—1945 автора Никитин Юрий Закиевич

М. Михеев Предисловие “И пойдет душа дорогой, вдаль под темною листвой,Вспоминая понемногу путь давно пройденный свой”И.М. Дьяконов. Белой ночью (1935)[1]."Книга воспоминаний" известного русского востоковеда, ученого-историка, специалиста по шумерской, ассирийской и


Цой. Виктор

Из книги Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XIX–XX веков. Том 1. А-И автора Фокин Павел Евгеньевич

Цой. Виктор В нашей жизни случается масса ненужных встреч, формальных ситуаций, когда тебя с кем-то знакомят, а ты думаешь, а зачем это нужно, это знакомство, какой смысл в общении и беседах с этим человеком??? И если этот контакт действительно бесполезен, после него остаются


Цой. Виктор

Из книги автора

Цой. Виктор В нашей жизни случается масса ненужных встреч, формальных ситуаций, когда тебя с кем-то знакомят, а ты думаешь — а зачем это нужно, это знакомство, какой смысл в общении и беседах с этим человеком??? И если это контакт действительно бесполезен, после него


А. Михеев ЧЕЛОВЕК ИЗ ЛЕГЕНДЫ

Из книги автора

А. Михеев ЧЕЛОВЕК ИЗ ЛЕГЕНДЫ В. В. ЖуравлевПожелтевший листок фронтовой газеты от 23 июля 1942 года. Скупые строчки рассказывают: «Советский самолет был подожжен огнем зенитной артиллерии противника. Пламя все больше распространялось, обжигая лица отважных летчиков,