Пётр Солдатенков

Пётр Солдатенков

Юрий Морозов многое написал о себе сам. Вспоминая наши с ним редкие встречи и такие же нечастые разговоры, я ловлю себя на мысли, что читаю страницы его романов «Подземный блюз» или «Догоняющий ночь».

Знакомство наше произошло, скорее всего, осенью 1986 года в ленинградской Капелле, в узкой небольшой комнатке, где находился огромный студийный магнитофон МЭЗ и стол, заваленный электрическим ломом. Привёл меня туда Виктор Михеев, который в то время работал ассистентом режиссёра на «Ленфильме». Именно здесь я увидел воочию полки, уставленные бобинами магнитной плёнки — Юриными музыкальными циклами, «концертами», как тогда принято было говорить. Их было множество! Мне показалось — это десятки больших, «километровых» коробок магнитной ленты.

Здесь я впервые услышал его музыку. Поразительную музыку с поразительными, сплошь запрещёнными словами, главным из которых было — «Бог». И ещё я узнал, что весь этот «оркестр инструментов», сопровождавший голос солиста, а то и нескольких «солистов», состоял из одного музыканта и певца Юрия Морозова. Это был «человек-оркестр» — и с таким наименованием он попал в мой сценарий музыкального фильма, «Барды покидают дворы», принятого на студии им. Довженко.

Простота и даже обыденность были для Юрия естественной формой существования на людях. Скромность его не являлась следствием застенчивости, а скорее отражала самонаполненность натуры, самодостаточность знавшего себе цену человека, не очень-то стремившегося привлечь к себе внимание окружающих.

Если бы его простое, круглое лицо поместить в оправу рыжей бороды, с серьгой в ухе, с трубкой в зубах — и в этом случае можно было бы твёрдый взгляд его серо-голубых глаз, когда в них мерцали искорки, назвать демоническим. Но нет, в жизни его глаза смотрели спокойно, прямо, с некоторым ироническим оттенком, как будто он ждал, что выкинет его собеседник в следующую минуту.

Так уж сложилось, что я не видел Юрия в его окружении. Это окружение я видел отдельно — директора «Мелодии» (Л. П. Кобрину), милейшую женщину, говорившую о Юре, осторожно выбирая слова и с такой интонацией, словно не хотела повредить ему похвалой, коллег-звукорежиссёров студии, располагавшейся в Лютеранской церкви на углу Большого проспекта и Первой линии Васильевского острова, для которых он был метром; ну, и, конечно, музыкантов-рокеров. Сквозь словесный туман их циничного трёпа проступало такое же уважение, какое свойственно деткам в отношении к своему родителю в приличном семействе.

Мне были симпатичны в Юрии его сосредоточенность, сдержанность в выражении мыслей и эмоций и, конечно, абсолютная самостоятельность мнений. Но раздражало, когда он становился уклончивым, не спешил высказаться, тем более — согласиться с собеседником, словно не очень доверяя ему. Юра не любил «прожекты» — непродуманные, неподготовленные, на слабых основаниях или внутренне неинтересное ему дело.

В галерее музыкальных образов «Autodafe» (альбом 1984-85 гг.) поражает страстной мощью — песня «Плохая копия» (альбом «Золотой век», 1986-87 гг.) — отчаянием попытки и замечательной музыкой.

Книги его мне интересны прежде всего тем, что это его книги. Он сам, Юрий Морозов, был мне интересен своей человеческой загадкой. «Парашютисты» и «Подземный блюз», прочитанные мной при его жизни, помогали мне его понимать. И ещё — очень интересны мне его суждения о современности и современниках — пристрастные, едкие, но часто справедливые.

Собственно литература — интрига, язык да и философия автора — меня не занимала. Я понимаю, что для него это-то и было главным, так он выплёскивал свой жизненный опыт. А я следил за перипетиями с неосознанной тревогой и даже лёгкой досадой, словно свидетель игры в жмурки, ожидающий, когда же наконец нерасторопный галящий схватит чью-то вёрткую фигуру, и сдёрнет с глаз повязку. Его «Голубой мессершмитт» и «Догоняющий ночь», которые я прочитал впоследствии, также не оставили меня равнодушными — там я увидел Юрино нереализованное, территорию снов и круг несбывшихся идей. И пророчество о самом себе. Но опять-таки я не могу относиться к этим его романам как к литературе — для меня это свидетельства его жизни.

Однажды, в конце 80-х, мы встретились на канале Грибоедова, у Спаса на крови. Юра перекрестился на купола, тогда ещё реставрируемые, и сказал, что делает это всякий раз, поминая убиенного императора Александра И, как известно, погибшего от взрыва бомбы на этом месте. На Юру оглянулся кто-то из прохожих, и он с улыбкой заметил, что каждый раз, крестясь здесь, вызывает недоумение людей, иногда — милиционеров. Но в конечном счёте его это мало волнует. Меня вдруг поразила мысль о том, что Юра совершенно спокойно существует в своём внутреннем мире, независимом от мира внешнего. Конечно, и раньше это было понятно, но вот так отчётливо — именно тогда.

Что касается совместного творчества, то главным событием для меня остаётся участие Юры в моём фильме «Игра с неизвестным». При всех принципиальных ограничениях, которые он внёс в наши совместные планы, связанные с его съёмками и его песнями, Юрий оказался предельно дисциплинированным человеком. Раз уж мы договорились, очертили круг, внутри которого предстояло действовать, — все дальнейшие мои предложения и даже распоряжения Юра выполнял неукоснительно, хотя и не всегда с удовольствием, мягко говоря. Но я искал паритета, понимая, что его волнует. Мне кажется, ему в принципе был чужд — чужероден — «артистизм» такого рода, который имеет своей целью пиар, хорошее впечатление. И на сцене с инструментом в руках он был сдержан в проявлении эмоций. Его творческое состояние и «выразительные средства» предполагали внешний аскетизм.

Основные съёмки происходили в Павловске летом 1987 года. В развалинах так называемого «дворца графини Самойловой». Внутри стен под открытым небом был сооружён помост — импровизированная сцена. Для съёмок клипа песни «Плохая копия» была воссоздана атмосфера концертного выступления. Одни зрители сидели внутри дворцовых стен, вдоль длинного стола из досок и у горящего очага, другие за сценой, на лугу. На этот раз мои ленивые и вороватые администраторы, работники студии Довженко расстарались: были привезены полтора мужских манекена (вместо требуемых Морозовым трёх) и доставлено пианино.

Но шли дожди, съёмку пришлось отложить, и выгруженное на сцену подъёмным краном пианино стояло, прикрытое лишь лёгкой полиэтиленовой плёнкой. А когда через пару деньков композитор ударил по клавишам — они погрузились в основание клавиатуры, да так и остались там. Инструмент отсырел, и дерево разбухло. Конечно, никто не собирался играть на нём — для этого и нашли такое пианино, какого уже не жалко. Съёмка должна была проводиться под фонограмму записанной в студии песни. Однако на «правду жизни» западающие клавиши повлияли и доставили Морозову дополнительные трудности.

В целом ситуация на съёмках складывалась таким образом, что приходилось отчаянно снимать во что бы то ни стало, пренебрегая иногда элементарными требованиями здравого смысла. И Юра это понимал, выполняя свою работу добросовестно. Кстати сказать, песня в этом эпизоде фильма производит на многих зрителей, которые делились со мной, впечатление необыкновенное: «Это же гениальный парень… песня фантастическая… автор и исполнитель не имеет себе равных»…

Как-то мы вместе оказались в Харькове — Юрий Морозов с концертом, в компании с Александром Бровко, а я с фильмом «Игра с неизвестным», где оба музыканта на экране. Но воспоминания мои погибли в алкогольном дыму, хотя всю ночь говорили много и горячо. Кстати сказать, Юра выпивал весьма дозированно, а скорее — мало, что позволило ему более полно обрисовать наши посиделки в номере гостиницы. И он посвятил этому абзац в «Подземном блюзе». Вот что он написал на титульном листе этой книги в 1994 году: «Пётр Яклич, очень рад нашей дружбе и что бы там ни говорил Эн-подлец по пьяни, надеюсь, будем дружить и дальше. Ю. Мор». Думается, его юмор был «английского» свойства, несколько рассудочный.

В своём осмыслении жизни Юрий шёл от философии к христианству, изгоняя из себя раба. К России всегда относился критически и во многом был прав.

Критический склад ума отразился и на его отношении к людям. Безусловно, общение происходило по-разному. Однако ещё в своих детских мечтах став всемогущим повелителем земли, он даровал всем людям вечный мир и рай. Он был добрым и отзывчивым человеком — для меня. У кого-то могут быть, естественно, и другие мнения.

По поводу «русского рока» им было сказано много смешного и горького, и в то же время справедливого. Но он сам — тоже «русский рок». Если он критиковал музыку, то он имел на это право, будучи замечательным музыкантом. Если критиковал людей, то он критиковал нравы, общественные дурные привычки, тоталитаризм душевный, а не само движение людей, которые хотели играть такую музыку.

Солдатенков Пётр Яковлевич — кино-режиссёр-документалист, член Союза кинематографистов России (Санкт-Петербург). Родился 27 апреля 1951 года в г. Челябинске. В юности занимался фотографией, сотрудничал с областными газетами.

После окончания службы в армии в 1971 г, работал кинооператором-корреспондентом на Челябинской студии телевидения.

В 1981 году закончил ВГИК и начал работать на Ленинградской студии документальных фильмов. С 1987 года стал осуществлять собственные проекты на различных киностуднях, а с 2000 года является руководителем Автономной некоммерческой организации «Киностудия ПС» в Санкт-Петербурге.

Направление деятельности — производство авторского документального кино, литературная и сценарная работа.

П. Я. Солдатенков — автор сценариев и режиссёр следующих кинофильмов:

«Визит к счастливому человеку», ВГИК, 1981

«Игра с неизвестным», кс им. Довженко, 1987-88

«Я не люблю», Свердловская кс, 1988

«Постскриптум», кс «Ленфильм» — «ФКЛ», 1991

«Возвращение художника Райшева», Свердловская кс, 1992

«Опыты о Гражданской войне» «СТВ», 1991–1993

Телевизионного цикла фильмов о Владимире Высоцком:

«Памяти Владимира Высоцкого», три серии по заказу «5-й канал» СПб., 1998

«История любви, история болезни» — две серии по заказу ОРТ, 1998

Документальных видеофильмов:

«Нестор Махно — Петрушка русской революции (грант «Интерньюс, 1997)

«Завещание Александра Галича», по заказу ОРТ, 1998

«Дело» Артура Макарова», Студия «Остров» — «Киностудия ПС», 2000

«Мой отец Сергий» «Киностудия ПС», 2004

«Стойкий Оловянный Солдатик Булата Окуджавы», «Киностудия ПС», 2005

«Монологи на фоне красного кирпича», «Киностудия ПС», 2007 «Моление о царице Тамаре», по заказу фонда Т. Ф. Макаровой, «Киностудия ПС», 2007

«Александро-Невская Лавра. XX век», «Леннаучфильм», 2009

«Эх, мама, выручай!», «Киностудия ПС», 2010 «Первосвятители», «Леннаучфильм», 2010

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ПЁТР I ВЕЛИКИЙ (ПЁТР I АЛЕКСЕЕВИЧ РОМАНОВ) 1672-1725

Из книги 100 великих военачальников автора Шишов Алексей Васильевич

ПЁТР I ВЕЛИКИЙ (ПЁТР I АЛЕКСЕЕВИЧ РОМАНОВ) 1672-1725 Последний русский царь и первый российский император. Полководец, основатель русской регулярной армии и флота.Младший сын царя Алексея Михайловича от второго брака с Н.К. Нарышкиной получил домашнее образование. Особую роль


Н. Солдатенков «Кино» без Цоя?

Из книги Виктор Цой. Стихи. Документы. Воспоминания [без иллюстраций] автора Житинский Александр Николаевич

Н. Солдатенков «Кино» без Цоя? «Столкновение автомобиля «Москвич-2141» темно-синего цвета с рейсовым автобусом «Икарус-280» произошло в 12 час. 28 мин. 15 августа 1990 г. на 35-м километре трассы Слока — Талси. Автомобиль двигался по трассе со скоростью не менее 130 км/час, водитель


Петр I в Париже

Из книги Памятное. Книга вторая автора Громыко Андрей Андреевич

Петр I в Париже Хозяева-французы спросили:— Не хотели бы вы ознакомиться с тем, что оставил потомкам после своего визита в Париж Петр I? Я сказал:— Постараюсь, если смогу найти для этого время.С интересом я узнал и по рассказам хозяев, и после осмотра ряда


Петр I

Из книги А. С. Тер-Оганян: Жизнь, Судьба и контемпорари-арт автора Немиров Мирослав Маратович

Петр I Решительно осуждаем А.С.Тер-Оганяном — за недостаток упорства.Ведь он же сначала — юг начал воевать, Азов, Таганрог. И столицу — сначала именно туда хотел перенести!— Так и нужно было стоять на этом до конца! — считает Оганян. — И насколько вся другая была бы


Петр АЛЕЙНИКОВ

Из книги Досье на звезд: правда, домыслы, сенсации, 1934-1961 автора Раззаков Федор

Петр АЛЕЙНИКОВ Петр Алейников родился 12 июля 1914 года в белорусском селе Кривель Могилевской области. Он был третьим, самым младшим ребенком (были еще сестра Катерина и брат Николай) в бедной крестьянской семье Алейниковых. В 1920 году, когда Петру Алейникову было шесть лет,


20. НОВЫЙ «ПЁТР»

Из книги Беринг автора Чуковский Николай Корнеевич

20. НОВЫЙ «ПЁТР» Наконец растаял снег, с гор хлынули мутные бурные потоки, долины зазеленели травой, появилось множество новых птиц.«Как только сошёл снег и из земли показались зелёные растения, — пишет Ваксель, — мы стали собирать различные травы и варили из них чай.


ПРОСКУРИН Петр

Из книги Память, согревающая сердца автора Раззаков Федор

ПРОСКУРИН Петр ПРОСКУРИН Петр (писатель: «Горькие травы» (1964), «Исход» (1966), «Судьба» (1972), «Имя твое» (1977), «Отречение» и др.; скончался 26 октября 2001 года на 74-м году жизни). Проскурин скончался от обширного инфаркта миокарда в Центре кардиохирургии имени Бакулева. Писателя


РЕПНИН Петр

Из книги Горячие точки автора Автор неизвестен

РЕПНИН Петр РЕПНИН Петр (актер театра, кино: «Из искры пламя» (1924; сыщик Свистулькин), «Мисс Менд» (1927; бандит), «Капитанская дочка» (1929; капитан Миронов), «Пышка» (1934; господин Каррэ-Ламадон), «Вражьи тропы» (1935; Бутяшкин), «Степан Разин» (1937; князь Орлов), «Девушка с характером»


ЩЕРБАКОВ Петр

Из книги След в океане автора Городницкий Александр Моисеевич

ЩЕРБАКОВ Петр ЩЕРБАКОВ Петр (актер театра, кино: «Повесть о первой любви», «Они встретились в пути» (оба – 1957), «Страницы былого» (главная роль – Алексей Корень), «Добровольцы» (главная роль – Слава Уфимцев) (оба – 1958), «Первый день мира» (1959), «Битва в пути» (1961; секретарь


Петр ИЛЮШКИН

Из книги 50 знаменитых убийств автора Фомин Александр Владимирович

Петр ИЛЮШКИН


ПЕТР III

Из книги Мужчины, изменившие мир автора Арнольд Келли


ПЕТР III

Из книги Гоголь автора Соколов Борис Вадимович

ПЕТР III   Немецкий принц Карл-Петр-Ульрих — сын герцога Голштейн-Готторпского Карла Фридриха и Анны Петровны, внук Петра I. Переехал в Россию в 1742 году по настоянию Елизаветы Петровны. Российский император с 1761 года. Свергнут в результате переворота, организованного его


Пётр Великий

Из книги Русские предприниматели. Двигатели прогресса автора Мудрова Ирина Анатольевна

Пётр Великий Пётр I Великий – последний царь всея Руси и первый Император Всероссийский, родился 30 мая (9 июня) 1672 года, а умер 28 января (8 февраля) 1725 года.Петр взошел на престол в 1682 году, когда ему было всего десять лет, а самостоятельное правление, без помощи регента, Петр


СЕМЕНЕНКО Петр,

Из книги Владимир Высоцкий. Жизнь после смерти автора Бакин Виктор В.

СЕМЕНЕНКО Петр, польский священник, в прошлом — артиллерийский офицер, участник Польского восстания 1830–1831 гг., после подавления которого эмигрировал. Осенью 1837 г. вместе с И. Кайсевичем приехал в Рим, где в начале 1838 г. познакомился с Гоголем.17 марта 1838 г. С. писал Богдану


П. Солдатенков – «История любви, история болезни»

Из книги автора

П. Солдатенков – «История любви, история болезни» Нет ничего скучнее, чем разговоры о чужих болезнях и чужом блуде. Анна Ахматова Мне не нравится, когда солидные творческие люди рассказывают, как он пил. Я понимаю, что он пил, но они выставляют это на передний план, как