Глава 3 Битвы. Сражения

Глава 3

Битвы. Сражения

Собрав на западном берегу озера Гарда все наши полки и получив приказ развернуть военные действия в Тироле, я направил свой второй полк и второй полк берсальеров в сторону Каффаро, чтобы захватить мост и сильную позицию у Монте Суэлло, что было выполнено мастерски и с молниеносной быстротой; после успешного сражения австрийцев прогнали.

Наша кампания начиналась очень удачно, и я с оставшимися полками уже приготовился вступить в Тироль вслед за нашим доблестным авангардом, когда произошло роковое сражение 24 июня[371].

Получив от генерала Ламармора извещение о злополучном исходе битвы 24 июня, а также приказ прикрыть Брешию (не рассчитывая уже на поддержку нашей армии, отступившей за Ольо), я отозвал из Тироля свой авангард и тут же решил, что необходимо сосредоточить возможно больше наших сил в Лонато, т. е. в пункте, который позволял одновременно решить тройную задачу: прикрыть Брешию и Сало, дать возможность собраться там всем рассеявшимся частям и стянуть туда военное снаряжение и все необходимое. Так я и поступил. Наши доблестные волонтеры, обладавшие в большом количестве одним лишь патриотизмом и энтузиазмом, по моему приказу форсированным маршем двинулись в сторону Лонато, но принимая во внимание, что они были вооружены малопригодными карабинами и лишены основных предметов первой необходимости, которые им приходилось добывать по пути, трудно было рассчитывать, что они быстро придут на место, особенно южные полки.

В первые же дни после злополучного 24 июня, мы заняли Лонато и Дезенцано, выдвинув аванпосты у Ривольтелла и бросив в дело сначала один, а затем несколько полков, которые по мере прибытия занимали боевые позиции, так как не было сомнения, что после отступления нашей армии австрийцы не станут зевать.

Несмотря на все прилагаемые усилия, южные полки не смогли бы вовремя поддержать нас, если бы враг, пользуясь своим преимуществом, бросился на нас. Кажется, что примерно 26 июня, в предполагаемый день появления неприятеля, мы располагали лишь не более чем восьмью тысячами людей, одной горной батареей и одним 24-миллиметровым орудием, взятым с флотилии и водруженным на вершине Лонато. Отсюда следовало, что решение защищать Лонато от победоносной вражеской армии, в случае ее наступления, было до некоторой степени рискованным предприятием, но тем не менее оно принесло большую пользу.

Итальянские волонтеры могут гордиться, а молодежь должна извлечь из этого урок: прежде чем отступать перед врагом, сколь сильным бы он ни был, необходимо по меньшей мере столкнуться с ним, прощупать его и спокойно, хладнокровно подумать о том ущербе и позоре, которые могут принести скоропалительное отступление.

Удерживая Лонато, Дезенцано, аванпосты у Ривольтелла и на правом фланге нашего фронта вплоть до Поццоленго, мы действительно прикрывали Брешию, согласно приказу, Сало с его арсеналом, складами и флотилией, и смогли! К нашей великой радости собрать отставшие части и военные обозы. Мне горестно бить лежачего и не хотелось бы, чтобы мои слова о людях, управлявших армией, истолковали как месть за те несправедливости и вред, которые эти люди нам принесли.

Но следует все же признать, что тогда все ожидали блестящих результатов от прекрасной армии, численно почти вдвое превосходящей вражескую, располагавшей огромными средствами, лучшей артиллерией мира, храбрыми, полными энтузиазма солдатами. И естественно, что для всех было страшным ударом, внезапным разочарованием видеть, как эта прекрасная армия в полном замешательстве, даже не преследуемая врагом, отступает на 30 миль за реку, оставляя без прикрытия всю Ломбардию — повторяю, что это был страшный удар для всех. Правда, главная армия отступила за Минчо к Ольо только после своего разгрома.

Но почему же отступил ее правый фланг у реки По, почему? Кто преследовал эту армию, насчитывавшую 90 000 человек, имевшую перед самым носом такую реку как По? Ведь неприятель располагал у Минчо армией в 80000 человек, которая, хотя и победоносно вышла из сражения с армией, численно ее превосходившей, не могла не иметь потерь — значит уменьшиться и сильно устать. Зачем было отступать от реки По вплоть до самых Апеннин? Никак не могу этого понять.

Я не знаю австрийского генерала, который в 1866 г. командовал неприятельской армией: но как бы то ни было, это был, несомненно, талантливый полководец, ибо он победил армию, вдвое превышавшую австрийскую, солдаты которой, бесспорно, были не хуже австрийских.

Победа прусской армии на севере, несомненно, остановила наступление австрийцев. Будь у австрийцев побольше твердости, они разгромили бы мои восемь тысяч солдат, даже без артиллерии, с легкостью проникли бы в сердце Ломбардии и Пьемонта, где могли отдохнуть и, по всей вероятности, добились бы мира на выгодных для себя условиях.

Однако среди наших волонтеров не было замешательства, страха или уныния. Всех опечалила эта национальная катастрофа, но ни у кого не зародилось чувство сомнения или недоверия к будущей судьбе родины; не заглох и энтузиазм, с которым эта славная молодежь покинула домашний очаг: напротив, он еще возрос, из-за нашего крайне двусмысленного и отчаянного положения.

Войны! Сражаться! — этого требовали все. Будь хотя бы месяц для организации, для полевого ученья, будь они должным образом вооружены, эти бойцы совершили бы чудеса. Спокойно взвесив причины поражения нашей армии, оставляя в стороне бездарность некоторых командиров и слабую заинтересованность солдат из крестьян к национальным интересам и делу борьбы за свободу и независимость Италии, можно с беспристрастностью историка смело сказать, что с самого начала план кампании страдал многими недостатками.

Мы всегда стремились разгромить наголову врага, пустив в ход лишь половину нашей армии; меж тем как австрийский генерал разгромил эту половину нашей армии всей своей армией. Такой способ действий всегда приносит победу тому, кто им пользуется, в истории военных сражений можно найти немало тому примеров.

Итальянская армия разделилась на две части: одна в количестве ста двадцати тысяч человек стояла у Минчо, другая в девяносто тысяч — у По; как видно, обе численно превосходили восьмидесятитысячную армию противника, защищенную сильными крепостями. Первая ошибка, допущенная нашим главнокомандующим, заключалась, по-моему, в том, что мы бросали в различные пункты, угрожая врагу, дивизии, или более того корпуса, а затем огромной армией, примерно в 180 000 человек, наносили решительные удары по главным силам неприятельской армии.

Я считаю, что устье реки По было наиболее подходящим местом для переправы нашей многочисленной армии, ибо там можно было найти любое количество пароходов и барж и это нам облегчило бы операцию. Овладев обоими берегами этой широкой реки, можно было бы сразу же за короткое время перебросить и остальную часть нашей армии и всю материальную часть. Тогда наступающий враг, по крайней мере, не имел бы поддержки со стороны грозного четырехугольника крепостей. Воспользовавшись нашими ошибками, австрийский генерал разумно сосредоточил все имевшиеся в его распоряжении силы в окрестностях Вероны и напал на нашу разделенную пополам армию у Минчо, которая первой перешла в наступление. Не так уж много лет прошло с тех пор, как Наполеон I совершил такой же маневр, когда, бросив осаду Мантуи, он разгромил одну за другой обе австрийские армии на обоих берегах озера Гарда. Они допустили тогда ошибку, разбившись на две части, с тем, чтобы атаковать французов с двух сторон озера, меж тем как великий полководец опередил их и разгромил поочередно.

После крупной битвы при Кустоце мы удерживали позиции в Лонато и Дезенцано, пока главное командование армии не приказало нам возобновить военные действия в Тироле, так как армия опять оказалась боеспособной и могла предпринять наступление.

Оставив второй полк для прикрытия Сало, флотилию и важнейшие пункты вплоть до Гарняно под командой генерала Авеццана и установив батареи для защиты западного берега, мы с первым и третьим полками и первым батальоном берсальеров вновь двинулись в сторону Каффаро. Тем временем, после нашего отступления из Каффаро, осмелевший от победы у Кустоцы враг сильно укрепил Каффаро и Монте Суэлло; тогда я решил внезапным ударом прогнать его, чтобы открыть себе дорогу в Тироль.

Выехав 3 июля на заре из Сало, я в полдень прибыл в крепость д’Анфо, где нашел полковника Корте, командовавшего тогда нашим авангардом, состоявшим из вышеупомянутых трех воинских частей. Он принял уже все меры к тому, чтобы отбросить неприятеля от наших границ.

Корте отправил майора Мосто с пятьюстами солдат в Баголино по горной дороге и по равнине к западу от д’Анфо, с целью совершить диверсию на правом фланге и в тылу противника.

Обнаружив из д’Анфо австрийский аванпост у Сант-Антонио на расстоянии примерно пушечного выстрела от крепости, мы предприняли попытки обойти этот аванпост, направив через горы отряд первого батальона берсальеров в распоряжение капитана Бецци. Вследствие тяжелой дороги и проливного дождя ни одна из посланных в обход частей не смогла выполнить задание. Возможно, что я слишком полагался на воодушевление моих доблестных волонтеров и мне следовало бы отложить атаку на следующий день, поскольку бойцы очень устали, промокли насквозь, а их оружие и боеприпасы находились в весьма жалком состоянии. Но полагаясь на эффект быстрой и внезапной атаки и особенно на энтузиазм людей, которые на моих глазах преодолевали гораздо большие трудности, я решил дать бой.

В 3 часа дня, когда капитан Бецци, дойдя через горную дорогу слева до условленного места, дал установленный сигнал, я приказал выделенной для атаки колонне, которая до этого находилась под прикрытием, чтобы с крепости ее не могли обнаружить, выступить форсированным маршем и атаковать врага. Во главе колонны, вместе со своими адъютантами, шел со свойственным ему хладнокровием полковник Корте, который вел отряд в атаку сомкнутым строем и с энтузиазмом, достойным итальянских волонтеров.

Некоторое время все шло для нас хорошо — враг отступил перед мужеством наших бойцов. Но, когда противник получил подкрепление из резервов, занимавших высоты Монте Суэлло, нашим пришлось преодолевать все более сильное неприятельское сопротивление, бурный натиск волонтеров был остановлен. Большое число раненых, ковыляющих по дороге в тыл с помощью своих товарищей, внесло некоторое замешательство в ряды нашей колонны. В этой операции погиб один из наших лучших офицеров, капитан Боттино, и много других доблестных бойцов. Разумеется, наших раненых было куда больше, чем неприятельских — обычная награда, которой Королевский совет удостаивает итальянских волонтеров, ибо они всегда вынуждены сражаться дрянным оружием против гораздо лучшего, имеющегося у неприятеля. А в данном случае пришлось иметь дело с тирольскими карабинами, поскольку наши враги все были жителями гор. Но наша армия не спасалась бегством. Страх не обуял наших молодых бойцов, но они были обессилены трудностями предыдущих переходов и атакой столь сильных позиций. Большинство, особенно третий полк, без патронташей, без единого сухого патрона, были вооружены плохими ружьями, часто дававшими осечку, а если раздавался выстрел, то пуля не долетала до врага, вооруженного великолепными карабинами, косившими наших.

В конечном счете исход битвы был неопределенный, и мы остановились на занятых позициях у подножия Монте Суэлло. Будучи ранен в левое бедро, я был вынужден удалиться с поля боя и передать командование полковнику Корте, который мужественно сопротивлялся в течение всего дня и удержал занятые позиции. Полковник Бруццези из третьего полка был его достойным помощником. Когда 4-го на заре враг отступил от горы Суэлло, ее занял наш батальон Кайроли из девятого полка, которому я накануне, встретив его по дороге в Барге, приказал продвинуться вперед. В тот же день мы заняли также Баголино и Каффаро. Остальные отряды волонтеров, не имевшие самого необходимого, продвигались вперед по направлению к Тиролю, но медленно, поскольку они были вынуждены на марше запастись всем необходимым. Ладроне и Дацио были заняты после слабого сопротивления, а затем мы захватили, наконец, Понте Дацио и Сторо, где и расположился мой главный штаб. Сторо, маленькая деревня, где смыкаются две долины Джудикариа и д’Ампола, могла стать важным опорным пунктом для нас. Но для этого нужно было предварительно занять высоты, господствовавшие над ней, особенно Рокка Пагана — высочайший пик, почти вертикально грозной стеной подымавшийся над Сторо. Поскольку нужно было затем проникнуть в Джудикариа, то необходимо было предварительно овладеть фортом д’Ампола, господствующим над долиной того же названия и ведущим в долину Ледро, откуда враг мог нахлынуть и, захватив Сторо и Понте Дацио, отрезать нас от нашего основного плацдарма Брешии. Так как заняв Кондино и западные возвышенности, мы прикрыли наш левый фланг, то теперь все наши усилия и старания были направлены исключительно на то, чтобы овладеть и окружить форт д’Ампола. В эти дни к нам прибыла прославленная 18-я бригада под командованием майора Дольотти с восемнадцатью великолепными 12-миллиметровыми орудиями. Получив эту прекрасную артиллерию, я, наконец, смог воочию убедиться, что собой представляет наша итальянская артиллерия, которой я горжусь и уважаю, так как она не уступает ни одной артиллерии мира. 16 июля противник попытался прогнать нас из Кондино. Вопреки моим приказам, наши волонтеры ринулись из Кондино вплоть до Чимего и захватили мост через реку Кьезе, не приняв мер для укрепления возвышенностей, крайне необходимых в этой гористой местности для защиты отрядов, стоявших в долине. Противник, имевший превосходящие нас силы и три вида оружия, выбил наших из Чимего, и не получи мы в те дни несколько превосходных артиллерийских орудий, этот день обошелся бы нам дороговато.

К счастью, наши потери не были значительны, но как всегда низкое качество наших карабинов послужило причиной наших потерь — они были куда больше вражеских. Майор Ломбарди, один из наших лучших и отважных офицеров участвовавший во всех сражениях за Италию, пал в этот день на поле боя.

В тот же день, когда я возвращался в карете из Кондино в Сторо, нас из засады обстрелял неприятель у Роккка Пагано, впрочем никого не ранил. В этот день особо отличился полковник Гуасталла.

Наши доблестные офицеры, генерал Хауг и майор Дольотти, которым была поручена осада форта д’Ампола, очень быстро и прекрасно справились со своей задачей. Волонтеры, вскарабкавшись на крутые склоны, господствовавшие над фертом, не дали осажденным возможности даже высунуть наружу голову и со всех сторон окружили форт.

Волонтеры и артиллеристы тащили наверх пушки на своих плечах или на веревках по отвесным скалам; вскоре эти пушки превратили в груду развалин не сами крепкие казематы, а примыкавшие к ним строения.

Много гранат, выпущенных нашими замечательными артиллеристами, попали через бойницы внутрь форта и вызвали у противника большие потери. Одна наша пушка, установленная мужественным лейтенантом Алазиа на дороге, на которой он погиб при этом, вызвала сильное замешательство в рядах неприятеля. Наконец, после нескольких дней осады, артиллерийского и ружейного обстрела, этот небольшой, но чрезвычайно для нас важный форт сдался.

Войну в Тироле, как и во всех гористых местностях, нельзя было вести, не владея высотами. Напрасны все попытки преследовать врага в долина даже при огромнейшем численном превосходстве в людях, ибо первоклассные стрелки противника, расположившись на вершинах и склонах гор, перебьют ваши войска, наступающие в долине.

Поэтому за исключением одного только боя у Монте Суэлло, где пожалуй, из-за нашего нетерпения мы не придерживались этого правила, в дальнейшем всем нашим горным операциям предшествовал захват близлежащих высот; и хотя тирольские стрелки имели большой опыт в такого рода военных действиях и были вооружены прекрасными карабинами, мастерски стреляли, отличались огромным мужеством, они тем не менее оказывались побежденными, когда мы овладевали господствующими вершинами: наше настойчивое продвижение вперед всегда увенчивалось успехом, несмотря на значительные потери, что всегда сопутствует захвату вражеских позиций, а высот в особенности. «Быть орлами» стало поэтому излюбленным лозунгом волонтеров, т. е. предварительно захватить высоты, а затем уже пойти в наступление в долине. Этого же принципа следует придерживаться и при отступлении, если, конечно, позволяют обстоятельства и характер местности.

Габриэле Камоцци. Фотография.

Музей Рисорджименто. Бергамо

Франческо Нулло. Полковник в отряде Гарибальди, участник польского восстания 1863 г.

Портрет работы художника-гарибальдийца Элеутерно Пальяно.

Музей Рисорджименто. Бергамо

Капитуляция форта д’Ампола и захват горной цепи, которая тянется от Рокка Пагана до вершин гор Бурелли, Джовио, Кадре и прочих гор, господствующих над обеими долинами Ледро и Джудикариа, легко открыли нам путь в долину Ледро и мы смогли продвинуть авангард нашей колонны с правого фланга вплоть до Тиарно и Бедзекка. Наше продвижение вправо, в долину Ледро, было тем более очень важно, что надо было с этой стороны прикрывать прибытие второго полка, который, вопреки моему приказу идти через долину Лорина к Ампола для участия в осаде, углубился через Монте Нота в направлении Пьеве, Молина и озера Гарда. Этот полк беспорядочно взял слишком вправо, подвергнув себя разгрому неприятеля, несмотря на то, что его отдельные роты мужественно сражались против превосходящего противника.

Выше я сказал, что второй полк был оставлен в Сало для защиты флотилии, арсенала и укреплений. Но потом его сменил десятый полк, а второй получил приказ отправиться через долину Вестоне направо от нас, подняться на этот горный хребет и спуститься через долину Лорина в Амполу. Велики были трудности и лишения в этом походе и немало полк совершил ошибок. Задержись сдача форта д’Ампола хотя бы на день, либо промедли мы с захватом Бедзекка, то этот полк, разумеется, погиб бы, как увидим из дальнейшего.

Я торопился поскорее захватить долину Ледро особенно потому, что стремился обеспечить прибытие второго полка и поэтому приказал генералу Хаугу передать майору Дольотти руководство осадой д’Ампола и отправиться в долину того же названия со всеми силами, которые можно было забрать у войск, осаждавших форт. Это была рискованная задача до сдачи форта и поэтому мой приказ не был выполнен. И действительно, бригаде Хауга, состоявшей из седьмого и второго полков, — причем седьмой был почти целиком занят на работах по осаде, а второй имел мало рот в Ампола, — все это трудно было выполнить. Как бы то ни было, я был обеспокоен судьбой второго полка; но как только форт сдался, я, не теряя ни одной минуты, бросил в долину Ледро пятый полк, единственный, оставшийся в резерве, несколько рот из других полков, способствовавших капитуляции д’Ампола и два батальона девятого полка, занимавшего вершины горы Джовио и других гор. Продвижение через долину Ледро было своевременным, так как враг стянул шесть тысяч своих лучших солдат в долину Концеи и через эту долину направлялся в Бедзекка с тем, чтобы отрезать от нас отряды второго полка и разгромить их. Долина Концеи, идущая с севера, скрещивается у Бедзекка под прямым углом с долиной Ледро.

20 июля, когда дорога на д’Ампола после сдачи форта стала свободной, авангард нашей колонны правого фланга занял эту деревню и ночью один батальон пятого полка под командованием Мартинелли был выслан на восточные вершины на рекогносцировку.

Этот батальон — не знаю по чьей вине, возможно, что случайно — оказался ранним утром окруженным значительными силами противника и был вынужден отступить, понеся большие потери. Преследуемые врагами, остатки батальона повернули к нашей главной колонне, занимавшей Бедзекка и соседние деревни к северу от него, где разыгрался серьезный бой.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 14. Жестокие сражения

Из книги Принцесса Диана автора Берри Венди

Глава 14. Жестокие сражения Из глубины дома доносились приглушенные рыдания. Это было поздним вечером в начале 1991 года. Я делала последний обход комнат, проверяя, выключен ли свет и закрыты ли двери на ночь. Не в силах больше выносить этого, я выглянула на лестницу, ведущую


Глава 12 БИТВЫ НА МОРЕ И НА СУШЕ

Из книги Фенимор Купер автора Иванько Сергей Сергеевич

Глава 12 БИТВЫ НА МОРЕ И НА СУШЕ Пока судебные инстанции разбирались с иском Купера к Дж. Уэббу, сам писатель завершал работу над «Историей военно-морского флота США». Еще 29 мая 1826 года на торжественном банкете в его честь перед отъездом в Европу Купер в ответной речи


Глава XIV. Идея священной войны – Первые применения ее: битвы при Бедре и Оходе

Из книги Магомет. Его жизнь и религиозное учение автора Соловьев Владимир Сергеевич

Глава XIV. Идея священной войны – Первые применения ее: битвы при Бедре и Оходе Дело Божие должно торжествовать на земле. Оно торжествует через добровольную преданность верных и через вынужденную покорность неверных. Добрые убеждаются проповедью посланника Божия, злые


Глава 6. Тяжелый Урок Битвы за Олбани

Из книги Мартин Лютер Кинг. Жизнь, страдания и величие автора Миллер Уильям Роберт

Глава 6. Тяжелый Урок Битвы за Олбани «Когда знаешь, что стал символом, ? сказал Мартин Лютер Кинг во время одного из телевизионных интервью в 1961 году, ? то это заставляет тебя постоянно копаться в своей душе, чтобы выяснить, насколько ты дорсс до тех высоких и благородных


Глава двадцать первая Накануне битвы

Из книги Генерал Багратион. Жизнь и война автора Анисимов Евгений Викторович

Глава двадцать первая Накануне битвы Ахиллесова пята у него слеваБои, которые вел Коновницын на подступах к Колоцкому монастырю, а потом наступившее на некоторое время затишье дали русским небольшую передышку. Она позволила командованию спокойно «ввести армию в


Глава 30 Командование эскадрой Монтевидео Речные сражения

Из книги Гарибальди Дж. Мемуары [Memorie] автора Гарибальди Джузеппе

Глава 30 Командование эскадрой Монтевидео Речные сражения С 18-пушечным корветом «Коститусьоне», бригантиной «Перейра», снабженной 18-дюймовыми пушками, и грузовой шхуной «Просида» меня послали в союзную провинцию Корриентес, чтобы оказать ей поддержку в военных


Глава 40. Подготовка в разведывательном отношении сражения на р. Пиаве

Из книги Разведка и контрразведка автора Ронге Макс

Глава 40. Подготовка в разведывательном отношении сражения на р. Пиаве С начала февраля 1918 г. стали множиться агентурные донесения об уходе англо-французских войск с итальянского фронта. Сообщения о том, что они полностью уводятся, вскоре оказались дезинформацией. К концу


Глава 22 ПОЛЕ БИТВЫ

Из книги Клод Моне автора Декер Мишель де

Глава 22 ПОЛЕ БИТВЫ В 1896 году Пурвиль мог похвастать многими знаменитостями. Здесь бывали поэт Жан Ришпен, автор книги «Мой рай», актриса Бланш Пьерсон, блиставшая в ролях инженю и кокеток в «Театр Франсе», искрометная Маргарита Югальд, срывавшая аплодисменты публики в «28


Глава 52 ПОСЛЕДНИЕ БИТВЫ ПЕРЕД ЗАКАТОМ (1796–1799)

Из книги Бомарше автора Кастр Рене де

Глава 52 ПОСЛЕДНИЕ БИТВЫ ПЕРЕД ЗАКАТОМ (1796–1799) Радость возвращения омрачилась материальными проблемами: эти страшные годы совершенно расстроили финансовые дела Бомарше, и если на бумаге его баланс оставался положительным, поскольку ему должны были гораздо больше, чем


глава 27 ЮВЕЛИРНЫЕ БИТВЫ

Из книги Ученица мага. Моя жизнь с Карлосом Кастанедой автора Уоллес Эйми

глава 27 ЮВЕЛИРНЫЕ БИТВЫ Она пыталась вспомнить, что же она ожидала. Надеялась ли она, что что-то, пусть очень немногое, могло измениться? И не вернуться назад, а измениться к лучшему. А Л. Баркер «Вовремя» Ни страдания, ни муки, ни магическое разрушение эго — ничто не могло


Глава 14 Канун Омдурманского сражения

Из книги Мои ранние годы. 1874-1904 [Maxima-Library] автора Черчилль Уинстон Спенсер

Глава 14 Канун Омдурманского сражения Ничего, подобного сражению при Омдурмане, не будет больше вовек. Оно стало последним звеном в длинной цепи тех зрелищных противоборств, чьей яркой и величественной картинности война в основном и обязана своей притягательностью. Все


Глава двенадцатая. ПЕРВЫЕ СРАЖЕНИЯ. ИТОГИ

Из книги Конев. Солдатский Маршал автора Михеенков Сергей Егорович

Глава двенадцатая. ПЕРВЫЕ СРАЖЕНИЯ. ИТОГИ Витебское и Смоленское сражения были для генерала Конева и его армии первыми сражениями в Великой Отечественной войне, и поэтому о них стоит рассказать подробнее. Будущий маршал, победитель Манштейна, начинал формироваться


Глава Х ЭФЕС: СТРАСТИ И СРАЖЕНИЯ

Из книги Апостол Павел автора Деко Ален

Глава Х ЭФЕС: СТРАСТИ И СРАЖЕНИЯ Когда истек зимний запрет на морские путешествия, по синей глади воды заскользили корабли, большие и малые. Ароматы, доносившиеся из Мегариды и Аттики, легкий ветерок, надувавший паруса, — все настраивало пассажиров на приятное


Глава XXII Последние сражения

Из книги Танковые сражения 1939-1945 гг. автора Меллентин Фридрих Вильгельм фон

Глава XXII Последние сражения Наступление в Арденнах Я не собираюсь подробно рассказывать о том, что произошло сразу же после смещения меня с должности начальника штаба группы армий «Г». Меня не только отстранили от должности, но и исключили из офицерского корпуса


Глава XXII Последние сражения

Из книги Бронированный кулак вермахта автора Меллентин Фридрих Вильгельм фон

Глава XXII Последние сражения Наступление в Арденнах Я не собираюсь подробно рассказывать о том, что произошло сразу же после смещения меня с должности начальника штаба группы армий «Г». Меня не только отстранили от должности, но и исключили из офицерского корпуса