Ноях Лурье[243] ЗИМОЙ В ГОЛИЦЫНЕ

Ноях Лурье[243]

ЗИМОЙ В ГОЛИЦЫНЕ

Зимой 1939–1940 года, живя в Голицыне, я ежедневно встречался с Мариной Цветаевой, которая, как и я, одно время жила,[244] а затем столовалась в Доме творчества. Марина Ивановна любила поговорить, говорила интересно, подчас весьма язвительно. Помню ее импровизированные, совершенно блестящие, беспощадные наброски портретов Андрея Белого и Ремизова. У нее была злая хватка мастера, голос — громкий, резкий. Но за уверенностью тона и суждений чувствовалась растерянность и страшное одиночество. Муж и дочь были арестованы, с сыном у нее, по моим наблюдениям, не было общего языка. Писатели избегали общения с ней как с бывшей эмигранткой. В глазах этой седой женщины с незаурядным лицом иногда вдруг появлялось такое выражение отчаяния и муки, которое сильнее всяких слов говорило о ее состоянии.

После обеда, после ужина я часто присаживался к ней. Она рассказывала о жизни русских писателей за границей. О своих встречах с Маяковским, которого она считала большим «органически-революционным» поэтом, но «почему-то не очень счастливым, несмотря на то что у него, казалось, было все, что нужно для счастья: согласие с временем, талант, дерзание и даже такая житейская черта, как отсутствие щепетильности».

Марина Ивановна, по-видимому, ценила эти наши беседы, огорчалась, когда, случалось, я проводил досуг не с нею, играл в шахматы и т. п.

Одна наша встреча мне особенно запомнилась. Как-то, проработав с утра часа три, я после завтрака предложил Марине Ивановне пойти прогуляться. День был чудесный, солнечный, безветренный, при легком морозце. Мы долго бродили сначала по террасе, затем по заснеженному лесу, лишь изредка обмениваясь несколькими словами. Зная по себе, какой целительный покой приносит душе подобная прогулка, я старался не отвлекать мою спутницу разговорами. Но душевная, неурядица тревожившая эту замечательно одаренную женщину, была, видимо, слишком велика, чтобы успокоить ее такими средствами.

— Нехорошо мне, Н. Г., — неожиданно заговорила она со свойственной ей прямотой и резкостью. — Вот я вернулась. Душная, отравленная атмосфера эмиграции давно мне опостылела. Я старалась общаться больше с французами. Они любезны, с ними легко, но этого мне было мало. Потянуло домой — сама не знаю, что я себе при этом представляла. Но смотрите, что получилось. Я здесь оказалась еще более чужой, чем там. Мужа забрали, дочь забрали, меня все сторонятся. Я ничего не понимаю в том, что тут происходит, и меня никто не понимает. Когда я была там, у меня хоть в мечтах была родина. Когда я приехала, у меня и мечту отняли.

Так приблизительно она говорила. Я пытался ее успокоить. Положение трудное, напряженное. Бдительность вырождается в неоправданную, даже болезненную подозрительность. Со временем, будем надеяться, это пройдет. Она была безутешна.

— Боюсь, мне не справиться с этой путаницей. Уж разумнее было бы в таком случае не давать таким, как я, разрешения на въезд.

На обратном пути, когда мы уже вошли в поселок, нам встретился старик, очевидно из местных жителей, коренастый, сильный мужик с очень выразительным умным лицом, и вдруг Марина Ивановна, глубоко задышав, жарко, словно в бреду, прошептала:

— Какой он зрячий! Я его как родину люблю….

Конец 1950-х годов

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Праздники остроумия Голицыне 1960-1980-е

Из книги Тарковские. Отец и сын в зеркале судьбы автора Педиконе Паола

Праздники остроумия Голицыне 1960-1980-е Из воспоминаний Александра Лаврина Арсений Тарковский был потрясающе остроумен; это видно и по большому количеству шуточных и пародийных стихов, адресованных друзьям и близким – жене, дочери Марине, пасынку Алеше, Юлии Нейман и


Ф. М. Лурье НЕЧАЕВ: СОЗИДАТЕЛЬ РАЗРУШЕНИЯ

Из книги Нечаев: Созидатель разрушения автора Лурье Феликс Моисеевич

Ф. М. Лурье НЕЧАЕВ: СОЗИДАТЕЛЬ РАЗРУШЕНИЯ Автор выражает глубочайшую благодарность сотрудникам Государственного архива Российской Федерации, Российского государственного исторического архива, Рукописного отдела и Музея Института русской литературы РАН, Отдела


Зимой в Токио. Все впервые

Из книги Кто держит паузу автора Юрский Сергей Юрьевич

Зимой в Токио. Все впервые Мне представили моих будущих сотрудников. Раньше я знал только бывавшую в Москве и хорошо известную у нас актрису Комаки Курихару. В данном случае она была не только исполнительницей главной роли, но и продюсером – впервые в жизни. Еще двое


Глава XI 1921–1923. Евгения Лурье

Из книги Борис Пастернак автора Быков Дмитрий Львович

Глава XI 1921–1923. Евгения Лурье 1 Первый год десятилетия всегда знаменуется для Пастернака резкой сменой занятий, стиля, круга общения. Выход из кризиса был невозможен без новой любви. На этот раз он спасся во многом благодаря знакомству, а потом и браку с Евгенией


Зимой

Из книги Записки автолюбителя автора Фридман Лев Михайлович


ВОЛГА — ЗИМОЙ

Из книги Маяковский едет по Союзу автора Лавут Павел Ильич

ВОЛГА — ЗИМОЙ Отклонив все намеченные мной маршруты, Владимир Владимирович предложил волжские города. Это было в январе 1927 года. Я советовал дождаться навигации, чтоб соединить полезное с приятным. «Сейчас морозные дни. Придется передвигаться и в бесплацкартных вагонах.


ВЕНЕЦИЯ ЗИМОЙ

Из книги Мне скучно без Довлатова автора Рейн Евгений Борисович

ВЕНЕЦИЯ ЗИМОЙ Было бы так легко вспоминать, если бы не хронология. С ней всегда какая-то дьявольская путаница, чья-то ухмылка. Поди, отличи 1966 год от 1968-го, или что-нибудь в этом роде. Есть, конечно, исключения — какой-нибудь 1953-й или, скажем, 1956-й ни с чем не перепутаешь.Так


Сосед (о Сергее Голицыне)

Из книги Писательский Клуб автора Ваншенкин Константин Яковлевич

Сосед (о Сергее Голицыне) Он жил со мной в одном доме, правда, не с самого начала. Я лишь последние годы обратил на него внимание: знакомое лицо. Но где я его видел? В Союзе, что ли? Так мы с ним, сталкиваясь во дворе, все поглядывали друг на друга. Немолод, но не скажешь, что


«Лев зимой»

Из книги Я. Истории из моей жизни автора Хепберн Кэтрин

«Лев зимой» Спенсер умер 10 июня 1967 года. В шестидесятые годы у меня было совсем мало работы. После его кончины, в Калифорнии, я вместе с Филлис Уилбурн, ныне моей секретаршей, отправилась в Эдгартаун на «Виноградник Марты» навестить семью Кэнинов — Гэра и Рут. Они жили в


ЗИМОЙ

Из книги Вспомнить, нельзя забыть автора Колосова Марианна

ЗИМОЙ На крыльцо, засыпанное снегом, Выходил высокий человек; Выбегала в сад его собака, Тщательно обнюхивая снег. Из трубы дымок неторопливый Крышу кутал в темную вуаль. А собака лаяла тоскливо И тревожно вглядывалась вдаль. И стоял подолгу неподвижно На крыльце


Вера Лурье{180} Воспоминания

Из книги Николай Гумилев глазами сына автора Белый Андрей

Вера Лурье{180} Воспоминания Когда я хочу представить себе Петроград, тот Петроград, из которого в туманный дождливый вечер, как я писала, попав за границу, «…унес меня в чужие страны одноцветный длинный эшелон», то я вижу перед глазами набережную Невы, где я, бывало, стояла


Каждый день, зимой и летом…

Из книги Моя жизнь автора Шагал Марк

Каждый день, зимой и летом… Мои родители. 1910-е. Бумага, тушь.Каждый день, зимой и летом, отец вставал в шесть утра и шел в синагогу.Помянув непременной молитвой покойных родственников, он возвращался домой, ставил самовар, пил чай и уходил на работу.Работа у него была


Лев зимой

Из книги Эйнштейн. Его жизнь и его Вселенная автора Айзексон Уолтер

Лев зимой Милева Марич, чье здоровье было подорвано несколькими следовавшими один за другим микроинсультами, все еще жила в Цюрихе. Она старалась ухаживать за их находившимся в больнице сыном Эдуардом, поведение которого становилось все более неустойчивым и


ЛУРЬЕ Артур-Оскар-Винцент Сергеевич

Из книги Серебряный век. Портретная галерея культурных героев рубежа XIX–XX веков. Том 2. К-Р автора Фокин Павел Евгеньевич

ЛУРЬЕ Артур-Оскар-Винцент Сергеевич наст. имя и отчество Наум Израилевич;2(14).5.1892 – 12.10.1966Композитор, музыкальный критик, мемуарист. В 1910-е примыкал к футуристам. Участник представлений в литературном кафе «Привал комедиантов». Автор двух опер на пушкинские сюжеты – «Пир


Глава 5 Мертвецы зимой

Из книги Сэлинджер автора Шилдс Дэвид

Глава 5 Мертвецы зимой Граница Бельгии и Люксембурга, зима 1944–1945.Неожиданное контрнаступление немцев в Арденнах ударило и по понесшему страшные потери Двенадцатому пехотному полку Сэлинджера, боевые порядки которого смешались. Многие части были отрезаны или


Самуил Лурье. Опыт понимания умом

Из книги Том 1. Драма великой страны автора Гордин Яков Аркадьевич

Самуил Лурье. Опыт понимания умом Жанр: философская эссеистика. То есть такая проза, в которой идеи живут как самостоятельные сущности, как действующие лица, наравне с людьми (впрочем, те, как правило, гибнут – за идеи либо из-за).Область исследуемых фактов: