36. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

36. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Милый Муни,

прости меня: ей-Богу, не мог писать. Меня донимали хлопоты по пустякам. Последнюю неделю, кроме того, я, собственно, провел у Верочки Брахман, высиживая у нее по 3–4 часа в день — и не в приемной, а на кресле. Несколько раз уставал почти до дурноты. Зато теперь у меня блестящая (даже буквально, ибо изнутри золотая) верхняя челюсть, ослепительной белизны, способная жевать вкусную пищу, не вынимающаяся, не мешающая — и, для полной иллюзии, даже слегка побаливающая: вспухли надкостницы над корнями, в которые она ввинчена. Но это пройдет.

Со вчерашнего вечера я в Гирееве, у Торлецких, где пробуду неделю. Нюра получила девятидневный отпуск и поехала в Царское Село, а оттуда в Финляндию к Валентине[151].

Внутреннего самочувствия у меня нет: попробую попитать тебя сплетнями.

Я послал Гершензону оттиск пушкинской своей статьи[152]. В ответ получил письмо, набитое комплиментами, похвалами, приветствиями и другими пряностями, но хорошее и простое. Старик мне мил. Он напечатал в «Невском Альманахе» (вышел такой, дряни в прозе, и в стихах») прекрасную статью о евреях[153].

Антибрюсовское ополчение растет и ширится. Бальмонт в Москве, негласно интригует. Я засветил лампаду и жду, чем кончится[154]. В столице на Неве поголовное Лукоморство[155]. Кузмин с Городецким играют в патриотическую чехарду. Бальмонт с ними. Блок и Чулков (?!)[156] к Суворину не пошли, Брюсова не звали. Остальные все там, кроме Мережковских, которые не там, ибо не сошлись насчет серебренников: меньше тридцати одного не берут. Меня (ого!) звали официально. Я отказался официально. Собственно, мне на всех наплевать, но: 1) Городецкого не люблю; 2) Рус<ские> Вед<омости> со временем дадут мне 32 серебренника. Нынче труд так вздорожал, что даже добродетель отлично оплачивается. Я же в Русских Ведомостях — вроде валдайской.….: Голос Москвы забыт.

В «Пользе» — реставрация Бурбонов: Васин и Трауб. Я им кончил 2-ю часть Пшибышевского романа, заглавный лист которого пожертвовал на выставку автографов (была такая на Пасхе). Какой-то кретин купил бумажонку за сорок целковых. Другая (А. П. Рерберг) купила яйцо с моим автографом за 25[157]. Безумие и ужас…

Ну, будь здоров. Утешать тебя не буду. Ты утешайся и служи, служи, служи вовсю, ибо: 1) тебе же выгоднее, 2) я не хочу осаждаться в немецкой колбе. Ну — для меня.

Целую тебя. Садовской[158] кланяется.

Гарик тоже. Нюра тебе напишет из Петрополя.

Твой Владислав.

Гиреево, 19 июня 915.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

В. ХОДАСЕВИЧ О МЕРЕЖКОВСКОМ[212]

Из книги Жизнь и творчество Дмитрия Мережковского автора Мережковский Дмитрий Сергеевич

В. ХОДАСЕВИЧ О МЕРЕЖКОВСКОМ[212] В только что вышедшей 32-й книжке «Современных записок» закончен печатанием исторический роман Д. С. Мережковского «Мессия».Если бы я всерьез начал свою статью такими словами — никому не пришло бы в голову возразить: общеизвестно, что


В. Ф. Ходасевич

Из книги «Встречи» автора Терапиано Юрий Константинович

В. Ф. Ходасевич В первый раз я увидел Владислава Фелициановича Ходасевича в мае месяце 1925 года на вечере Союза Молодых Поэтов и Писателей.Союз был тогда в самом начале своего существования; «младшее поколение» еще не успело завоевать себе признания.Быть напечатанным в


4. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги Легкое бремя автора Киссин Самуил Викторович

4. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Боже ты мой! Бывает же у Человека такой дар слова! Очень уж ты, Муничка, спросил хорошо: «Как тебе приходится?» Вот» то-то и есть, что именно «приходится», и невыносимо. Главное и вечное мое ущемление: деньги. Право, многое влечет оно за собой! А


6. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

6. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Здравствуй. Хотел ответить стихами, но решил не отвечать вовсе. Когда будешь в Москве, поговорим. Ответы у меня есть на все. Цель же этого письма — предупредить тебя, чтобы ты обязательно известил меня точно о дне, часе и месте, где можно тебя


7. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

7. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину 28 июля, вторник. <1909>Прости, что не смог поехать в Москву вчера: на дорогу грошей не было. В университете порядок такой: 5 и 7 опускаются бюллетени с заявлениями, что ты хочешь держать экзамены по таким-то предметам. Однако, это еще не запись.


12. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину

Из книги автора

12. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину 10 окт<ября> 09Свет очей моих! Писать я ей-Богу не мог, а не не хотел. Суди сам. Каков мой день? Утром, до 3-х, либо университет, либо гранки, чаще всего и то и другое. От 3–6 К<нигоиздательст>во. В 9 ужинаю, совершенно обалделый. А потом — либо


14. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину

Из книги автора

14. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину Здравствуй. Бога ради прости, что молчал. Но — клянусь — у меня не было свободной минуты. Сам посуди: университет, «Польза», «Ченчи»[109] (начал) + радость и работа: мне Владимир Михайлович заказал Пруса, пожалуй, даже для двойного выпуска.


16. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину

Из книги автора

16. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину Вена, 3/16 июня 1911 г.Увы, русский поезд опоздал, и я уеду отсюда только вечером[113]. Сейчас 1/2 первого. Я шлялся, шлялся — и пришел в кафе.Муничка, в Вене все толстые, и мне слегка стыдно. Часов в 9 встретил я похороны и задумался о бедном


17. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину

Из книги автора

17. В.Ф. Ходасевич — С.В. Киссину 22/9 июня 911 г.Муничка!Я не в Кави, а в Нерви. Это от Генуи сорок минут езды. Здесь очень жарко и очень хорошо. Окно мое выходит на море. С сегодняшнего вечера я сажусь работать. Кажется, это удастся, ибо на душе спокойно ровно настолько, насколько


20. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

20. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Флоренция. 11 июля/28 июня 911Завтра еду в Венецию, где буду жить долго. Это неизбежно по деловым причинам. Я жив, здоров и весел. Вот тебе Джоттова кампанила, которая, как вся Италия до Леонардо, Рафаэля и Мик<ел> Андж<ело> — ничуть не


28. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

28. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Милый Муни,ты прав, конечно, сердясь на меня за молчание. Впрочем, одно письмо, с месяц тому назад, я тебе написал. Получил ли ты его?Вся беда в том, что мне писать нечего. Я почти ничего не делаю и никого не вижу. Живу (и буду жить все лето) не в


36. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

36. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Милый Муни,прости меня: ей-Богу, не мог писать. Меня донимали хлопоты по пустякам. Последнюю неделю, кроме того, я, собственно, провел у Верочки Брахман, высиживая у нее по 3–4 часа в день — и не в приемной, а на кресле. Несколько раз уставал


37. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

37. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Петроград. 2/VII/1915.Милый Муни,я еду в Финляндию, к Вале, недели на две, и везу туда Эдгара — до осени. Жить мне скучно, к тому же я не очень здоров. В Москве ничего интересного. Гонение на «мэтра» продолжается. Говорят, Лернер его изругал


39. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

39. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Мос<ква>, 9 авг<уста> 915Милый, милый мой Муничка, я не пишу оттого, что плохо, оттого, что устал, и еще — черт знает отчего. Я не хочу сказать, что мне хуже, чем тебе, но когда плохо, так уж все равно, в какой степени. Ей-Богу, человек создан


40. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину

Из книги автора

40. В. Ф. Ходасевич — С. В. Киссину Муничка, ну когда я же не умею и не люблю писать писем! Это очень трудно. Кроме того, я ничего не делаю и занят в сутки 24 часа. Здесь нет, ей-Богу, ничего даже просто занимательного. Пишут плохо, говорят глупо. Один умный человек, да и тот — я.