35. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

35. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

11/VI <1915>

Владя! Единственное письмо, которое я от тебя здесь получил, было помечено 13 маем. Я тебе написал с тех пор не менее трех писем. Неужели ни одно к тебе не дошло? Выражаясь по-одесски — сказать, чтоб мое положение было да, хорошо, так нет. Я устал, как устаем, как можем уставать мы, те самые мы, кои суть литераторы, репортеры, художники, корректора, газетчики и всякая иная сволочь, которая иногда ходит в театр, бывает у Грека или в Эстетике, которая «безумно кутит»… на два с полтиной, и которая все-таки в тысячу раз лучше, воспитанней (хотя где она воспитывалась?) и умней, чем провинциальные и военные врачи, питерский чиновник из пуришкевичских прихвостней, сестры милосердия из каких-то недоделков, потому что ни тебе они эсдечки, ни тебе они эсерки, ни тебе они эстетки, ни тебе они бляди.

Мне нужна неделя отдыха, неделя житья в Москве для того, чтобы быть в состоянии далее работать, а так я ни за что не ручаюсь. Заурядвоенные чиновники теперь разжаловываются автоматически, как только перестают занимать должность, все равно по причине ли негодности, дурного поведения, шестинедельной болезни или упразднения самой должности. Во всяком случае, ежели мне еще предстоит карьера рядового пехотного полка, я хотел бы быть на Кавказском фронте, не потому что мне немцы страшнее турок, — ведь в строю мне все равно головы не сносить, — а потому что мне этот фронт осточертел.

Единственное в моей этой жизни — а ведь сколько она может продлиться, только Бог знает; во всяком случае, если меня не разжалуют и не убьют, она будет длиться годы, — единственное в ней удовольствие — это письма. А ты ничего не пишешь! Я ужасно хорошо вижу человека, который пишет, вижу, может быть, ясней, чем в жизни, ну, прямо, как в театре. Ежели ты думаешь, что твое письмо о том, что тебе скучно, что под окошком едет трам, что башмаки в починке, а сам ты переводишь Пшибышевского, было мне неинтересно, ты ошибаешься. Суди о моей жизни хотя бы по тому, что я его сегодня, это письмо о том, что скучно и нечего писать, перечитывал. Пиши, пиши. А что же Нюра? Может, она добрее тебя? Ведь, кажется, все кошки, бегавшие между нами, подохли и мы в самом деле друг к другу хорошо относимся. Ну, пишите же. Целую Вас обоих и Гарика.

Муни.

[Поперек страницы] В Москву не пускают. Не знаю: совсем или покуда. Опять пора думать о протекции. Узнай адрес Голоушева. И подумай головкой крепко. Ни один генерал не плох. Жду писем.

На адресе, кроме 8-ой головной и 7 д. пункт добавь: Белая Олита.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

10. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги Легкое бремя автора Киссин Самуил Викторович

10. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка. 23.9.1909, Глухов — 25.9. 1909, Москва]Владя! Голубчик! Ее морят жаждой, ее целый час держали под хлороформом и на столе — это удачная операция[94]. В больнице вечно никого нет, а если кто есть, то скрипят сапогами, шумят. Я не из тех, кто зовут


11. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

11. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка. 28.09. 1909, Глухов — 29. 09. 1909, Москва].Милый мой Владя!Что, брат, ты мне ничего не пишешь? Я теперь в состоянии понимать все и интересоваться всем. Исполни, пожалуйста, следующие мои поручения: узнай, когда в университете последний срок


13. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

13. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка. 8.10.1909, Глухов — 10.10.1909, Москва]Нехорошо, Владя, ничего не писать. Мое пребыванье здесь еще затянется на неопределенное время, хорошо, если дня на 2–3, а то и больше. У сестры температура 38–39. Да, брат! Со всем тем моя полезность здесь


15. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

15. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка. 11. 07.1910, Таруса — 12.07.1910, Москва]Что это, все сговорились мне не писать, что ли? Как история с этим новогреческим прохвостом? Как вообще ход истории? Мой адрес: Таруса (Калужс<кой> губ.), Антоновка, имение Калюжных[112]. С. В.


18. С.В. Киссин — В.Ф. Ходасевичу

Из книги автора

18. С.В. Киссин — В.Ф. Ходасевичу [На бланке «Кн-во “Польза”. В. Антик и Ко. Москва, Тверская, Козицкий, д. 2»]Alte Moskau[116]. 16. VI. 11Владичка!Все тихо в здешних местах. Никто ни о ком ничего не знает. Так что даже удивительно. Впрочем, Нюра[117] уезжает в Париж обучаться красоту наводить.


21. С.В. Киссин — В.Ф. Ходасевичу

Из книги автора

21. С.В. Киссин — В.Ф. Ходасевичу Вырубово, 25 июня <1911>Не знаю, дойдет ли к тебе это письмо, так как сюда письма приходят на 6-ой день. Где будешь ты, когда в Венеции будет это письмо? Помнишь, ты говорил: все зависит от интонации. Не знаю, как прочел ты мое письмо (где о


22. С.В. Киссин — В.Ф. Ходасевичу

Из книги автора

22. С.В. Киссин — В.Ф. Ходасевичу [Открытка.[125] 5.2. 1915 г. Варшава.]Владя,Я сегодня утром должен был поехать в Москву. Но ночью меня вызвали телефонограммой на II-ой эвакуационный пункт. Что со мной будет, не знаю. Рейнбот[126] слетел. Ченчи высылаю.


23. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

23. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка. 7.3. 1915.]Вот еще какой штукой утешался пан Слонский Эдуард[127] в стычне сего года. Ты совершенно ни к чему болен, Владя. И напрасно мне Нюра — если ты сам не можешь — не напишет ничего о тебе. Я по-прежнему самый невероятный человек в


24. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

24. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Полевая почта. 2.4. 1915]Дорогой Владя!Возможно, что я тебе пришлю небольшую штуку, которую мне необходимо напечатать. Печать — вещь продажная. Мне для улучшения и укрепления моего положения необходимо печатно похвалить моего начальника: 1)


25. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

25. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка.]Как-никак, а Словацкий[131]. А здесь печально мне. Вроде рек Вавилонских мне эта Висла. Кажется, только тебе было бы здесь так не по себе, как мне.Муни.Привет Нюре и Любе[132].<апрель


26. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

26. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу Автор — Н. Zaremba. В подлиннике называется «Напиток осени»[133]. По-моему, лучше «Осенняя кружка». Перевод с вариантами. Текст точный, варианты, может быть, лучше. Если можешь, напечатай. В крайнем случае даром в какую-нибудь военную пользу.


27. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

27. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу 3/V 1915Слушай, Владя: ежели мне не будут писать писем, то я одурею совершенно. В таких я по работе обстоятельствах нахожусь. То, что я утверждаю, ничуть не шутка. И Лиде я пишу о том же, быть может, в несколько более сдержанных выражениях. Я


30. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

30. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу [Открытка. Полевая почта. 24.5. 1915]21/V <1915>1-оеВладя! Это отчаяние! Никому я до сих пор об этом не писал совершенно откровенно. Я не знаю, что со мной будет: разжалуют или под суд отдадут. Я утомлен и раздражен до степени, мне до сих пор


33. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

33. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу 23/V<1915>А зачем едят яичницу ножом, а зачем ножом режут котлеты, а зачем чмокают за едой, а зачем начальник пальцем в зубах ковыряет? А зачем сестры тоже с ножа едят и говорят на «о», а зачем мой сосед по комнате доктор Хильтов утром говорит:


34. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

34. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу <июнь 1915>Здесь есть прапорщик Чуев, напечатавший книгу переводов из Верхарна[144]. Чуев не какой-нибудь, не однофамилец, а «брат Чуев», один из тех братьев, которые пол-Москвы кормят сухарями и булками. Он очень высок, брит, длиннолиц,


35. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу

Из книги автора

35. С. В. Киссин — В. Ф. Ходасевичу 11/VI <1915>Владя! Единственное письмо, которое я от тебя здесь получил, было помечено 13 маем. Я тебе написал с тех пор не менее трех писем. Неужели ни одно к тебе не дошло? Выражаясь по-одесски — сказать, чтоб мое положение было да, хорошо, так