«Как много ласковых имен…»

«Как много ласковых имен…»

Как много ласковых имен

И уменьшительных словечек

Ты мне принес, мой легкий сон,

Мой синеглазый человечек.

Вот в комнату ко мне вбежал,

Пугливо вспрыгнул на колени.

Легли на призрачный овал

Неверные ночные тени.

На лобик жалобный кладу

Успокоительные руки

И сладостно и долго жду

Какой-то злой и новой муки.

Вскочил и смотрит на меня

Так подозрительно и прямо.

И вдруг срывается, звеня:

— Уйди, ты злая, злая, мама!

<1914–1915>

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

МНОГО ЛЕТ СПУСТЯ…

Из книги Панчо Вилья автора Григулевич Иосиф Ромуальдович

МНОГО ЛЕТ СПУСТЯ… Смерть Вильи лишила революционных крестьян Мексики последнего испытанного и надежного вождя, способного возглавить их борьбу за землю и народное счастье. Но надежды реакции на то, что с убийством Вильи прекратятся выступления крестьян против


Много-много перетерпеть

Из книги Ханс Кристиан Андерсен автора Грёнбек Бо

Много-много перетерпеть Разные люди помогали неопытному Андерсену в Копенгагене, некоторые увидели в нем проблески поэтического дарования; Рабек взял на себя инициативу добиться для него королевской стипендии, но организовал помощь и проследил, чтобы она принесла


МНОГО ХОРОШЕГО И МНОГО ПЛОХОГО

Из книги Бальзак без маски автора Сиприо Пьер

МНОГО ХОРОШЕГО И МНОГО ПЛОХОГО В 1850–1851 годах проблемы творческого наследия Бальзака отступили на второй план перед угрозой ипотеки, нависшей над имуществом детей Евы Ганской в Польше.Пять месяцев спустя после смерти Бальзака Ева осознала, что напрасно поспешила


РАБОТЫ ПРОВЕЛ МНОГО, ДАЖЕ ОЧЕНЬ МНОГО

Из книги Записки некрополиста. Прогулки по Новодевичьему автора Кипнис Соломон Ефимович

РАБОТЫ ПРОВЕЛ МНОГО, ДАЖЕ ОЧЕНЬ МНОГО Магго Петр Николаевич (1879-1941).Долго не получалось узнать, кто этот человек. Когда все-таки узнал, то сразу стали понятны и трудности поиска.Магго — один из команды исполнителей смертных приговоров. Проще говоря — палач.Информация о


Много примеров

Из книги Листы дневника. В трех томах. Том 3 автора Рерих Николай Константинович

Много примеров Анатоль Франс рассказывает:"Можно было бы дать тому бесчисленные примеры. Я приведу только один. Лет пятнадцать тому назад на экзамене на вольноопределяющегося военные экзаменаторы назначили для диктанта кандидатам неподписанный отрывок, который, будучи


Много-много чудных лет

Из книги Здесь шумят чужие города, или Великий эксперимент негативной селекции автора Носик Борис Михайлович

Много-много чудных лет Вернувшись в 1948 году во Францию, Шагал поселился сперва в Оржевале, потом на Лазурном Берегу Франции. Там-то шестидесятипятилетний художник и встретил свою новую супругу, уроженку Киева Валентину Бродскую (по-семейному Baby), вместе с которой он


Много-много гениев

Из книги Упрямый классик. Собрание стихотворений(1889–1934) автора Шестаков Дмитрий Петрович

Много-много гениев Иногда днем или ночью из открытого окна ротонды былого винного павильона доносился торжествующий крик:— Гениально! Ура! Я гений! Я гений!Чаще всего это был голос Сэма Грановского по кличке «Ковбой» или, если верить свояченице Воловика, по кличке


3. Под музыку («В ласковых глазках твоих блеснули алмазные слезы…»)

Из книги Два рейда автора Бережной Иван Иванович

3. Под музыку («В ласковых глазках твоих блеснули алмазные слезы…») В ласковых глазках твоих блеснули алмазные слезы, Бледные руки твои тихо легли на рояль, И зазвенели-запели неясные юности грезы, И зарыдала в груди зревшая долго печаль… Что ж это с сердцем моим? – то


28. «Прости! Будь счастлива на много-много лет…»

Из книги «Я буду жить до старости, до славы…». Борис Корнилов автора Берггольц Ольга Федоровна

28. «Прости! Будь счастлива на много-много лет…» «Прости! Будь счастлива на много-много лет». Так путник в сумраке Альпийского ущелья Поет; на миг один озолотит веселье Дорогу трудную, и для кого поет? Поет он милую приветливую друга, — Но песни слабый звук ее коснется ль


3. Под музыку («В ласковых глазках твоих блеснули алмазные слезы…»)

Из книги В тени сталинских высоток [Исповедь архитектора] автора Галкин Даниил Семёнович

3. Под музыку («В ласковых глазках твоих блеснули алмазные слезы…») В ласковых глазках твоих блеснули алмазные слезы, Бледные руки твои тихо легли на рояль, И зазвенели-запели неясные юности грезы, И зарыдала в груди зревшая долго печаль… Что ж это с сердцем моим? – то


28. «Прости! Будь счастлива на много-много лет…»

Из книги автора

28. «Прости! Будь счастлива на много-много лет…» «Прости! Будь счастлива на много-много лет». Так путник в сумраке Альпийского ущелья Поет; на миг один озолотит веселье Дорогу трудную, и для кого поет? Поет он милую приветливую друга, — Но песни слабый звук ее коснется ль


106. «Как много, много их – повядших поздних роз…»

Из книги автора

106. «Как много, много их – повядших поздних роз…» Как много, много их, повядших, поздних роз, Усталых призраков померкшего былого… Как много, много их средь сумрака глухого, Невысказанных слов, невыплаканных слез… Они летят, скользят со всех концов земли, Как тени серые,


106. «Как много, много их – повядших поздних роз…»

Из книги автора

106. «Как много, много их – повядших поздних роз…» Как много, много их, повядших, поздних роз, Усталых призраков померкшего былого… Как много, много их средь сумрака глухого, Невысказанных слов, невыплаканных слез… Они летят, скользят со всех концов земли, Как тени серые,


Много лет спустя

Из книги автора

Много лет спустя Много лет прошло с того дня, когда отгремели последние залпы. Давно уже восстановлены заводы и фабрики, колхозы и совхозы. Не только отстроены разрушенные города и села, ко и воздвигнуты десятки новых современных городов. Выросло новое поколение людей.


«Я хочу жизни — много, много…» Дневник О. Ф. Берггольц: 1928–1930 годов

Из книги автора

«Я хочу жизни — много, много…» Дневник О. Ф. Берггольц: 1928–1930 годов Публикация Н. А. Прозоровой[151] Публикуемый дневник Ольги Федоровны Берггольц (1910–1975) посвящен началу ее поэтического пути, литературной жизни Ленинграда конца 1920-х годов, личным и творческим


За много лет до Церетели

Из книги автора

За много лет до Церетели В преддверии весны появилась информация о предстоящем в разгар лета Международном фестивале молодежи и студентов[80]. Все дальше в прошлое уходила эпоха сталинизма. Отголоски ее были живучими и трудноискоренимыми. Тем не менее хрущевская