НАКАНУНЕ

НАКАНУНЕ

Возбужденного настроения первых недель войны хватило ненадолго. Неудачное вторжение в Восточную Пруссию в августе 1914 года еще могло быть списано на случайность, тем более что за этим последовали победы в австрийской Галиции. Но развал экономики, быстро прогрессирующая инфляция охладили патриотизм обывателя. С фронта потянулись эшелоны с ранеными, и конца всему этому не предвиделось.

Весной следующего 1915 года врагу удалось прорвать русские позиции. То, что произошло дальше, газеты назвали «Великим Отступлением». В короткий срок русские армии оставили Польшу, Литву, Курляндию. Фронт стабилизировался на линии, протянувшейся от Риги до Буковины и Бессарабии. Войска обеих сторон зарылись в окопы, началась многомесячная война на выживание.

Страна переживала тяжелое время, но личные дела депутата Керенского складывались наилучшим образом. В 1915 году он уже официально стал главой фракции трудовиков и в этом качестве вошел в Совет старейшин Государственной думы. Популярность Керенского вышла за стены Таврического дворца. Мы уже упоминали журнал «Северные записки». Он начал выходить всего за два года до войны, но быстро стал одним из самых модных столичных изданий. Среди авторов, участием которых редакция заманивала подписчиков, были Бальмонт, Бунин, Сергеев-Ценский, Шмелев. В этом ряду на равных упоминалась и фамилия Керенского. Читатели журнала ждали его статей, и Керенский не разочаровывал их, публикуясь в каждом номере.

Эти месяцы были и временем бурной политической деятельности Керенского. Он не оставил планов объединения на общей платформе всех социалистических течений. С учетом же явного нежелания социал-демократов идти на такой контакт Керенский сосредоточился на установлении связей между различными народническими группами. Еще в конце 1914 года Керенский предпринял попытку объединения народников под крылом информационного бюро при «Вольном экономическом обществе». Само это общество, история которого восходила еще ко временам Екатерины II, к этому времени все больше втягивалось в политику. Почувствовав это, власти в январе 1915 года запретили его деятельность.

16—17 июля 1915 года на квартире Керенского (по адресу — Загородный проспект, 23) состоялась нелегальная конференция, в которой приняли участие три десятка делегатов от различных организаций трудовиков и правых эсеров. Просторные пятикомнатные апартаменты (тоже показатель материального благосостояния) давали возможность разместиться всем, не стесняя при этом семью хозяина. На конференции обсуждались вопросы о думской деятельности Трудовой фракции, об издании народнического печатного органа, о создании координационного центра народнических групп.

Политическая работа Керенского не могла не привлечь внимания тех, кому по долгу службы было положено знать все. В Особом отделе Департамента полиции на Керенского было заведено секретное досье. Одновременно за ним было установлено негласное наблюдение. В донесениях филеров Керенский фигурировал под кличкой «Скорый».

Здесь надо вспомнить, что сотрудники наружного наблюдения — филеры, как правило, не знали имени и фамилии того, за кем им было приказано следить. Они давали объекту слежки кличку, чаще всего основываясь на какой-то бросающейся в глаза отличительной черте — «Толстый», «Лысый» и т. д. Керенский не случайно стал «Скорым». Все, кто знал его, вспоминают, что передвигался он исключительно бегом. При этом походка у него была запоминающаяся. «Керенский не шел, как обычно ходят люди по улице, а почти бежал, и на согнутых в коленях ногах, что было необычно и некрасиво».[83]

Керенский хорошо знал о слежке и позволял себе даже шутить по этому поводу. Осенью 1915 года при обсуждении в Думе бюджета Министерства внутренних дел Керенский обратился к вновь назначенному министру Хвостову с предложением… сэкономить казенные средства: «Мне представляется, господин министр, что от пятнадцати до двадцати человек выделены для того, чтобы заботиться о моей драгоценной персоне, поскольку они сменяют друг друга днем и ночью. Почему бы вам не посоветовать директору Департамента полиции предоставить в мое распоряжение машину с шофером? Ведь тогда он будет знать все — куда, когда и с кем я направляюсь — да и мне это пойдет во благо: не придется тратить такую уйму времени на поездки по городу и так уставать от этого». Хвостов (сам недавний депутат) засмеялся и ответил: «Если предоставить вам машину, то придется дать их и всем вашим коллегам, а это разорит казну».[84]

В конце 1915 года Керенский тяжело заболел. Давняя простуда, полученная во время поездки на ленские прииски, обернулась острой формой пиелонефрита. Врачи две недели не могли поставить диагноз, и близкие Керенского всерьез беспокоились за его жизнь. Наконец в одной из частных клиник Гельсингфорса Керенскому сделали операцию по удалению почки. После этого ему пришлось почти семь месяцев проходить курс реабилитации. На это время Керенский отошел от политики.

К лету 1916 года, когда здоровье позволило Керенскому вернуться к работе, политическое положение в стране серьезно изменилось. Неудачи на фронте, дороговизна и угроза голода стали причиной растущего недовольства. В этой ситуации правящие круги повели себя крайне неудачно. Вместо того чтобы искать пути взаимодействия с общественностью, правительство, во главе которого встал новый премьер Б. В. Штюрмер, отвечало категорическим «нет» на любые разговоры о переменах. Ответная реакция не заставила себя ждать. В августе 1915 года крупнейшие парламентские фракции сформировали «Прогрессивный блок», вставший в оппозицию власти.

Думские социалисты, к которым принадлежал и Керенский, не вошли в блок, но активно поддержали его. Теперь в Таврическом дворце звучали речи, немыслимые в начале войны. Вряд ли Керенский мог предвидеть скорую революцию, но он интуитивно чувствовал, что события набирают оборот, и потому сам был активен как никогда. В августе 1916 года он отправляется в Туркестан. Причиной этой поездки было не стремление увидеться с братом, занимавшим должность прокурора в Ташкенте. Туркестанский вояж Керенского стал частью парламентского расследования обстоятельств, вызвавших восстание местного населения — казахов, киргизов, узбеков. За две недели Керенский помимо Ташкента побывал в Бухаре, Самарканде, Андижане. Позже, выступая с думской трибуны, он открыто заявил, что туркестанское восстание было спровоцировано грубой политикой центральных властей, произволом и взяточничеством чиновников на местах.

На обратном пути Керенский задержался в Саратове и Самаре, где выступал с публичными лекциями и встречался с местными представителями народнических групп. Вернулся он в Петроград, как раз успев к большим переменам. В сентябре 1916 года министром внутренних дел неожиданно был назначен товарищ (заместитель) председателя Государственной думы А. Д. Протопопов. Для Керенского он был не только коллегой-парламентарием, но и земляком — уроженцем Симбирска. Вероятно, одной из причин, побудившей царя остановиться на кандидатуре Протопопова, был его статус парламентария. Николай II наивно рассчитывал на то, что Дума, получив министра из своей среды, на этом и успокоится. Но надежды эти не сбылись. В глазах либеральной оппозиции Протопопов был ренегатом, и с его назначением тон думских речей стал еще более агрессивным.

1 ноября 1916 года должна была открыться очередная парламентская сессия. Задолго до этого в Петрограде начали ходить слухи о том, что ожидается что-то необычное, и потому в назначенный день балконы в зале заседаний Думы были переполнены любопытствующей публикой. То, что произошло дальше, не обмануло ожиданий любителей сенсаций. Главным событием дня стала речь Милюкова. С небывалой резкостью он обрушился на правительство. Милюков приводил факты, доказывавшие бездарность властей, и каждый пассаж заканчивал вопросом: «Что это, глупость или измена?» Ответом Милюкову был гром аплодисментов. Среди депутатов и публики, и без того наэлектризованных слухами, речь кадетского лидера вызвала едва ли не истерику.

В результате через день, когда должно было состояться следующее заседание Думы, зал был набит до последнего предела. На этот раз главным номером программы стало выступление Керенского. Свою речь он начал патетически: «Страна истекает кровью», а закончил словами: «Мы заставим уйти тех, кто губит, презирает, издевается над страной!» По приказу властей речь Керенского, как и речь Милюкова, была изъята из стенограммы и запрещена к публикации в газетах. Как результат — обе речи мгновенно разошлись по стране в сотнях рукописных копий (причем в ряде случаев эти списки содержали гораздо более крамольные слова, нежели оригиналы).

Газеты окрестили происходящее в Думе «штурмом власти». Следствием его стал уход Штюрмера в отставку. Но разгоряченная успехом оппозиция требовала большего. Ситуация принимала все более неконтролируемый характер. В середине декабря был убит Распутин, которого считали главным вдохновителем «темных сил», окружавших трон. Среди убийц Распутина оказались двоюродный брат царя великий князь Дмитрий Павлович, князь Феликс Юсупов и правый депутат Думы Пуришкевич. Своим поступком они рассчитывали спасти монархию, но на деле лишь ускорили ее падение. Смерть Распутина стала последней новостью уходящего года. Новый, 1917 год грозил стать не менее бурным. Однако масштабы надвигающейся бури не мог представить никто.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Накануне

Из книги Никита Хрущев. Реформатор автора Хрущев Сергей Никитич

Накануне Понедельник отец провел в ЦК, принимал посетителей, а главное, готовился к визиту в Финляндию, очень важному для него визиту. Эту маленькую соседнюю капиталистическую страну, в 1940 году смертельно обиженную Сталиным, затем вместе с Гитлером, воевавшую против нас,


Накануне

Из книги Крючков. КГБ накануне путча (сборник) автора Варенников Валентин Иванович

Накануне Август 1991-го начался 3-го числа расширенным заседанием Кабинета Министров СССР с участием руководителей правительств союзных республик под председательством Президента СССР. Па повестке дня вопросы «О прогнозных оценках производства сельскохозяйственной


НАКАНУНЕ

Из книги Ястребы мира. Дневник русского посла автора Рогозин Дмитрий Олегович

НАКАНУНЕ Политикой я стал интересоваться еще в юности. Мой отец— Олег Константинович Рогозин, генерал-лейтенант, доктор технических наук и профессор, до выхода в отставку занимал высокие должности в Министерстве обороны СССР. Будучи заместителем начальника Службы


НАКАНУНЕ

Из книги Керенский автора Федюк Владимир Павлович

НАКАНУНЕ Возбужденного настроения первых недель войны хватило ненадолго. Неудачное вторжение в Восточную Пруссию в августе 1914 года еще могло быть списано на случайность, тем более что за этим последовали победы в австрийской Галиции. Но развал экономики, быстро


Накануне

Из книги Ленин. Жизнь и смерть автора Пейн Роберт

Накануне Целых десять недель Ленин вел жизнь отверженного, скрываясь под чужим обликом, благодарный людям, согласившимся его приютить, обеспечить ему безопасность. Этих людей он прежде не знал и, переступая порог их дома, впервые с ними встречался. Его прятали рабочие,


НАКАНУНЕ

Из книги Нансен автора Таланов Александр Викторович

НАКАНУНЕ Сильный и радостный, шагаю я по дороге. Уолт Уитмен В то время как студент Нансен охотился на хохлачей и медведей у берегов Гренландии, двое видных ученых — столичный профессор Коллет и директор музея в Бергене Даниельсен — вели о нем оживленные переговоры по


Накануне

Из книги Эти четыре года. Из записок военного корреспондента. Т. I. автора Полевой Борис

Накануне Этот разговор в кабинете секретаря обкома как-то сразу припомнился мне морозной декабрьской ночью, когда вслед за командиром разведроты капитаном Щегловым мы поднимались по вздрагивающим, обледенелым ступеням замаскированной лестницы на наблюдательную


Накануне

Из книги Эти четыре года. Из записок военного корреспондента. Т. I. автора Полевой Борис

Накануне Ночью подполковник Вилюга рассказал, что положение под Харьковом острое. Командующий фронтом решил брать город обходным маневром. Харьков обложен с трех сторон. У врага осталась небольшая отдушина, но сейчас он подвел сюда несколько танковых дивизий, усиленных


Накануне

Из книги Эти четыре года. Из записок военного корреспондента. Т. I. автора Полевой Борис

Накануне Из Москвы неожиданно прибыл полковник И. Г. Лазарев, начальник военного отдела «Правды».Корреспонденты шутят: есть, мол, примета: появление начальства — к большим событиям. На этот раз шутка оправдывается. Раздавив лелековскую группировку, наше командование


25. Накануне

Из книги Читая маршала Жукова автора Межирицкий Петр Яковлевич

25. Накануне Как и подобает канунам, Жуков подводит баланс сил. Достоверность советской статистики сомнительна, так что исторически полновесна лишь фраза:"Вспоминая, как и что мы, военные, требовали от промышленности в самые последние мирные месяцы, вижу, что порой мы не


НАКАНУНЕ

Из книги Записки чекиста автора Смирнов Дмитрий Михайлович

НАКАНУНЕ После долгого перерыва, возвращение даже к привычной работе бывает не простым. За время отсутствия дело, которому ты служишь, успело уйти вперёд, появились новые люди, с которыми тебе предстоит познакомиться. Зато с ещё большей теплотой относишься к друзьям,


НАКАНУНЕ

Из книги Время, люди, самолеты. автора Рабкин Израиль Габриелович

НАКАНУНЕ Все знали, что этот день должен скоро наступить, о нем думали и говорили, его с нетерпением ждали, к нему основательно готовились.Все, что делалось в зимние месяцы 1940-1941 годов на авиационном заводе, в конечном счете делалось для того, чтобы он скорее наступил. А


НАКАНУНЕ

Из книги Николай Рерих. Запечатлевший тайну автора Болдырев Олег Геннадьевич

НАКАНУНЕ В годы, предшествующие Первой мировой войне, в живописном творчестве Н.К. Рериха преобладают апокалиптические настроения. Они воплощаются в целый ряд значительных работ "Небесный бой", "Пречистый град — врагам озлобление", "Бой со змеем", "Дела человеческие",


Накануне

Из книги Поперечное плавание автора Голукович Сергей Иванович

Накануне 1Суета Киевского вокзала столицы осталась позади. Пассажиры поезда «Москва — Кишинев» торопливо заняли свои места. Находившиеся в плацкартном вагоне с любопытством поглядывали на невысокого капитана с волевым загоревшим лицом. Капитан ехал с женой и двумя


Накануне

Из книги Поперечное плавание автора Голукович Сергей Иванович

Накануне 1Суета Киевского вокзала столицы осталась позади. Пассажиры поезда «Москва — Кишинев» торопливо заняли свои места. Находившиеся в плацкартном вагоне с любопытством поглядывали на невысокого капитана с волевым загоревшим лицом. Капитан ехал с женой и двумя


Накануне

Из книги Юрий Гагарин – человек-легенда автора Артемов Владислав Владимирович

Накануне 11 апреля, накануне старта Ю. А. Гагарина, американская газета «Нью-Йорк пост» опубликовала заявление представителя американской разведки, который признал, что русские могут в ближайшее время объявить о запуске человека на космическую орбиту. «Мы можем