25 марта 2000 г

25 марта 2000 г

Я целый день дома. Болит сердце. Лежу.

Алик у нас каждый день, но я стараюсь не давать ему надежды, чтоб не причинить боль потом. Судьба у него невеселая. После смерти матери его отец женился.

В новом браке появились дети. Алик с детства ощущал свою ненужность. Отец запил. Поэтому Алик ушел жить к другу, в чеченскую семью.

Взрослые разрешили. Хорошо его приняли. Теперь, своего товарища Алик зовет старшим братом, а его маму — своей матерью. Где-то далеко у Алика есть родная старая бабушка.

Они не видятся. Свой паспорт он потерял под обстрелом. А делать новый денег нет.

Работы нет тоже. Алик живет без документов. Весь вечер он говорил не со мной, а с моей мамой. Объяснял, что спиртное пьет редко. Пьянство не уважает. Говорил, что я ему нравлюсь, и что он хотел бы жениться на мне…

Рассказывал, что когда российские военные нас и людей из дома напротив — увели, их, как оставшихся, посадили в подвал. Самого Алика, его приемную мать, названого брата и русских бабушек-пенсионерок. У одной из которых на руках была маленькая, чудом выжившая домашняя собачка.

А сверху на крышку подвала военные поставили холодильник.

Так они просидели четверо суток. Без еды и питья. Мужчины и женщины.

Молодые и старые. Пенсионеркам стало плохо с сердцем.

Позднее люди сумели выбраться, разломав часть стены и прорыв куском железа тоннель на улицу! Иначе бы умерли от голоду!

Старшего брата и Алика военные избили за такие «самовольные» действия, но на этом все и кончилось.

А неделю тому назад в очереди за бесплатной кашей я познакомилась с молодой женщиной Машей. У нее есть сын, а муж погиб в первую войну.

Маша живет со старой больной матерью.

Выживают они трудно, как и мы. Приходится собирать банки, бутылки и сдавать. Алик был с нами. Он понравился Машеньке. Я хочу их подружить.

Сегодня мне не пишется.

Сердце «горит» внутри, если резко повернуться — острая боль.

Патошка