От Немана до Вислы

От Немана до Вислы

От великого до смешного только шаг. Армия Наполеона перестала существовать. О господстве над миром нельзя было даже мечтать — удержать бы под своим контролем уже завоеванные страны Европы. Ради этого и спешил император французов в Париж. А потому переход русских войск через границу был предопределен. К тому же именно теперь перед Александром I открылась реальная перспектива осуществить свою заветную мечту — прибрать к рукам Польшу. Имелись у него и планы относительно будущего раздела Германии. Естественно, все эти проекты пока скрывались от потенциальных союзников — Австрии и Пруссии.

Русская армия пришла в изнурение, растянулась, численность ее «приметно уменьшилась», обозы с провиантом, боеприпасами и обмундированием отстали. Она нуждалась в отдыхе и пополнении резервами. Учитывая все эти обстоятельства, Кутузов принял решение остановиться, о чем и сообщил Александру I.

Свое решение Кутузов мотивировал тем, что именно Главная армия, бывшая «в беспрестанном движении… на пространстве почти в одну тысячу верст… делая форсированные марши и находясь почти день и ночь то в арьергарде», то в преследовании «бегущего неприятеля», больше всех нуждалась в отдыхе.

По утверждению историка П. А. Жилина, М. И. Кутузов предоставил передышку той части армии, которая «вынесла на себе основную тяжесть борьбы с противником», пройдя путь «от Тарутина до Вильно».

Главная армия действительно прошла путь от Тарутина до Вильно, но в боях под Малоярославцем, Вязьмой, Красным и на Березине основные ее силы не участвовали. А казаки с 13 октября по 2 декабря постоянно были в погоне за неприятелем и непрерывных атаках, за исключением, пожалуй, двух дней, когда Платов пировал по случаю получения высокой царской награды и упустил возможность «заарканить» маршала Нея. Но им отдых не полагался.

Уже 2 декабря, то есть в день освобождения Ковно, корпус Платова получил предписание «следовать за неприятелем до самой Вислы». И это при том, что в лучших его полках насчитывалось не более «полтораста человек на таких лошадях, кои могут еще, хотя и с трудностью, действовать». Все прочие по разным причинам отстали.

Впрочем, как ни сочувствуй с опозданием на два столетия изнуренным донцам, упрекнуть Кутузова трудно. Главная армия действительно нуждалась в отдыхе и пополнении, пусть не больше казаков, но нуждалась, а государь требовал от всех войск «следовать беспрерывно за неприятелем» — союзники настаивали.

Остановка Кутузова в Вильно позволяла Наполеону хоть как-то подготовиться к встрече с ним. Поэтому трудно сказать, кому больше пользы сулил отдых русской армии. Так что и Александр I не подлежит безоговорочному осуждению за требование немедленно приступить к активным военным действиям на территории Европы. Главнокомандующий принял правильное решение бросить через границу сначала донские полки М. И. Платова, за ними — менее изнуренные маршами и боями войска П. X. Витгенштейна и П. В. Чичагова, а три недели спустя — главные свои силы.

Наставляя атамана перед походом через границу, главнокомандующий требовал предупредить казаков, чтобы они не чинили грабежей «и вообще никаких обид» мирным жителям, ибо это несообразно не только с его «видами, но и совершенно противно воле государя императора».

Понятно, не пользуйся казаки дурной славой грабителей, не было бы и необходимости предупреждать их. Атаман предупредил, пригрозив строжайшим наказанием за ослушание. На время донские корсары утихомирились…

Вечером 2 декабря донские полки Платова двумя отрядами пустились за отступающими французами: один — по левому берегу Немана к Тильзиту, другой — по дороге на Вильковиск. Сам же атаман с частью своего корпуса остался в Ковно ожидать отставших казаков.

Сидя в пограничном городе, Матвей Иванович ежедневно принимал от казаков и отправлял в Вильно до тысячи «изнуренных, израненных, убитых холодом» пленных. Уже в течение первой недели остатки Великой армии, отступавшие к Тильзиту, были «истреблены совершенно». Атаман убеждал главнокомандующего, что и та ее часть, которая потянулась по дороге на Вильковиск, до Вислы не дойдет, ибо французы умирали, как мухи, — «не менее четырехсот человек» в сутки.

На эти войска Наполеон рассчитывать не мог. Но за Неманом у него было около 70 тысяч человек, сосредоточенных на флангах: в Восточной Пруссии — корпуса Макдональда и Йорка и в районе Варшавы — Шварценберга и Ренье. Общее командование над обеими группировками император поручил испытанному Мюрату.

В середине декабря Кутузов определил направление главного удара на Кенигсберг, куда двинул корпус Платова в составе 24 казачьих полков, а справа и слева от него пустил войска Витгенштейна и Чичагова. Общее командование этой группировкой численностью около 60 тысяч человек он возложил на адмирала, месяц назад упустившего Наполеона при переправе через Березину. Перед ним была поставлена задача «не допустить Макдональда к соединению с главными неприятельскими силами».

Мюрат, убедившись в том, что ему не удастся закрепиться на рубеже правого берега Вислы, приказал отводить войска за реку, усилить там гарнизоны крепостей и, опираясь на них, остановить наступление русских.

В течение двух недель за Неманом действовали только казаки Платова. В середине декабря на левый берег реки переправились 3-я Западная армия Чичагова и отдельный корпус Витгенштейна. Боевые действия русских войск сразу же приняли наступательный характер.

Отношение казаков к мирным жителям Европы беспокоило не только Кутузова, но и командующего группой войск Чичагова. В предписании Платову от 19 декабря адмирал выразил уверенность, что «при вступлении в пределы Пруссии» атаман употребит «все возможные меры к соблюдению в корпусе строжайшей дисциплины и порядка» и не допустит «ни малейшего самоуправства и насилия, тем более что край сей по известным дружественным расположениям государя императора не должен почитаться неприятельским…».

Понять беспокойство Кутузова и Чичагова нетрудно: вступая в пределы Восточной Пруссии, важно было расположить население к русской армии, вовлечь его в освободительную борьбу против наполеоновской агрессии. Опыт же всех минувших войн свидетельствовал, что казаков надо постоянно держать под надзором. Атаман в очередной раз заверил фельдмаршала и адмирала, что давно уже дал своему корпусу соответствующий приказ…

Едва войска адмирала П. В. Чичагова и графа П. X. Витгенштейна переправились через Неман, как прусский генерал Г. Д. Йорк подписал Таурогенскую конвенцию о нейтралитете и прекратил военные действия, ослабив корпус маршала Ж. С. Макдональда сразу в пять раз. Последнему пришлось бежать, чтобы русские не отрезали ему путь отступления на Кенигсберг.

Мюрату не удалось организовать сопротивление русским на правом фланге их наступления в Восточную Пруссию. Он покинул Макдональда и срочно отъехал в Эльбинг, чтобы закрепиться на берегах Вислы, куда из районов Белостока и Гродно подходили саксонские и австрийские войска Ренье и Шварценберга.

Витгенштейн слишком поздно переправился через Неман, чтобы успеть отрезать Макдональду пути отхода к Кенигсбергу. Поэтому перед ним ставилась задача преследовать ослабленный французский корпус и нанести ему «сильное поражение». В то же время армия Чичагова и казаки Платова, «ускоряя марш», должны были не допустить противника к Эльбингу и Висле.

Почти три недели многочисленные партии казаков находились в постоянном «поиске» на возможных путях движения неприятеля и поддерживали сообщение между армией П. В. Чичагова и корпусом П. X. Витгенштейна. Сам же М. И. Платов по-прежнему оставался в Ковно, где задержался аж до 20 декабря. Поползли какие-то грязные слухи, исходившие, по-видимому, от графа В. В. Орлова-Денисова, который «по молодости лет сильно капризничал». Смысл генеральских сплетен могло бы прояснить письмо лейб-медика Я. В. Виллие, полученное атаманом в эти дни, но я не нашел его. Зато сохранился ответ Матвея Ивановича «истинному другу Якову Васильевичу». Приведу несколько строк из него:

«…За искренние объяснения ваши на счет меня некоторых завистников в рассуждении службы моей чувствительнейше вас благодарю. Бог видит, сколько предана душа моя ко всемилостивейшему монарху моему и любезнейшему Отечеству. Кто же может потемнить ревностнейшее служение мое… когда оно чисто…

О графе Орлове больше ничего не нахожу сказать вам, как то, что я сожалею о нем… он из рода нашего и сын покойного приятеля моего; но что происходит — я не понимаю…»

Процитированное письмо Платова датировано 12 декабря 1812 года. Через три дня атаман написал очередное послание лейб-медику с выражением благодарности за присланные капли, «которые начал употреблять». Остается предположить, что Матвей Иванович задержался в Ковно из-за болезни.

«Долговременное пребывание» Платова в Ковно вызвало недовольство Кутузова. Главнокомандующий отправил к нему генерал-адъютанта Чернышева, приказав тому «подвинуть престарелого атамана к большей деятельности».

21 декабря атаман, так и не излечившись от недуга, прибыл в Нейштадт и приступил к выполнению повелений фельдмаршала и адмирала. Через несколько дней корпусной медик Соколов написал Виллие:

«Ваше Превосходительство, милостивый государь Яков Васильевич! Присланные от Вашего Превосходительства капли для его сиятельства Матвея Ивановича произвели желаемое действие. Тошнота по утрам и позыв на рвоту утолились, желудок начал укрепляться. Остаются головная боль и слабость в груди…»

Еще находясь в Ковно, М. И. Платов получил предписание распространить воззвание М. И. Кутузова к населению Германии и выяснить, «какое действие произведет в народе вступление российских войск в Пруссию; и если бы паче чаяния возродило оно ропот и неудовольствие», ему рекомендовалось остановиться и ждать нового повеления. Эту задачу атаман возложил на полковников А. И. Быхалова и И. Е. Ефремова. Главнокомандующий призывал «мужественных и честных немцев» присоединиться к борьбе русской армии против «врага всей Европы».

Казакам останавливаться не пришлось. Жители приграничных областей Восточной Пруссии встретили их дружелюбно, о чем атаман сообщил главнокомандующему в тот же день, когда приехал в Нейштадт.

25 декабря казачьи полки из авангарда отдельного корпуса генерала Витгенштейна с ходу ворвались в Кенигсберг, оставленный войсками маршала Макдональда, взяли в плен более 9 тысяч человек, в основном больных и раненых, не способных сопротивляться, и сразу же пустились за французами, отступавшими по дороге к Эльбингу.

Чтобы опередить неприятеля и отрезать ему путь отступления от Кенигсберга к переправе через Вислу, М. И. Платов создал отряд из 2 тысяч доброконных казаков, подчинил его присланному из штаба армии А. И. Чернышеву и отправил к Эльбингу. Сам же с остальными полками донского корпуса двинулся вслед за ним, взяв курс на Прейсиш-Голланд.

Здесь Платов узнал, что в Мюльгаузене собрались значительные силы прусской пехоты, пришедшей из Данцига. Не теряя времени, атаман пустился вперед. Утром 30 декабря он вытеснил неприятеля из местечка и бросил за ним бригаду регулярной кавалерии Н. В. Дехтярева, подкреплявшую донской корпус со времени перехода его через Неман. Преследование продолжалось до Эльбинга, в районе которого концентрировались войска маршалов Мюрата, Нея и Макдональда. Их численность достигала 20 тысяч человек.

Противник не решился защищать город. На рассвете следующего дня он «ретировался по двум дорогам: идущей к Мариенбургу пошли большие колонны, а по другой, до Нейтага, — малые». За первыми двинулся сам атаман с казаками и пехотой Ф. Ф. Штейнгеля, а за вторыми — отряд В. Ф. Шепелева.

Ну а А. И. Чернышев, что делал он со своими доброконными казаками? Генерал-адъютант императора вполне оправдал выбор атамана.

Утром 30 декабря, выполняя предписание Платова, Чернышев выступил из Тиргартена и, отмахав за сутки более 70 верст, достиг Мариенвердера, в котором, как было известно, находились маршалы Богарне и Виктор и несколько генералов «с небольшим прикрытием войск». Отряд подступил к городу настолько скрытно, что никто даже не заметил его подхода.

Мариенвердер — не цитадель, но все-таки крепость с тремя воротами, запиравшимися на ночь. Для их штурма генерал А. И. Чернышев выделил равные по численности колонны под командованием К. П. Кирсанова, И. И. Андрианова и И. Е. Ефремова, придав каждому по одному орудию.

Воспользовавшись предрассветным сумраком, казаки ворвались в город и даже во двор дома, занимаемого вице-королем Итальянским. Началась невообразимая паника, неприятель «совался из стороны в сторону». Однако Богарне сумел построить войска в боевой порядок. Французское каре с маршалами во главе, отстреливаясь, отступило к Нейенбургу.

Мариенвердер был освобожден. Победителям достались «довольно великие магазейны жизненных припасов».

В последний день декабря весь правый берег Вислы был очищен от неприятеля. Под контролем русских оказались Эльбинг и Мариенвердер. Казачьи полки даже переправились через реку и заняли Нейенбург. Но противник удерживал в своих руках важные крепости Торн, Данциг и другие.

«Здешние жители везде принимают наши войска совершенно дружественно, и никаких от них неприятностей нет, — писал Платов Кутузову, — продовольствие доставляется нам безостановочно и охотно; с нашей стороны строжайше соблюдается порядок».

Вечером 31 декабря к берегу Вислы подошли армия Чичагова и корпус Витгенштейна. До Нового года оставалось несколько часов.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава двадцатая. От Вислы до Одера

Из книги Воспоминания и размышления автора Жуков Георгий Константинович

Глава двадцатая. От Вислы до Одера В конце сентября 1944 года я вернулся из Болгарии в Ставку. Через несколько дней Верховный поручил мне срочно выехать в район Варшавы на участки 1-го и 2-го Белорусских фронтов. Необходимо было выяснить обстановку в самой Варшаве, где


От Немана до Прута

Из книги Неман! Неман! Я — Дунай! [militera.lib.ru] автора Агафонов Василий Прохорович

От Немана до Прута


От Волжских переправ до Вислы

Из книги «Мы пол-Европы по-пластунски пропахали...» автора Першанин Владимир Николаевич

От Волжских переправ до Вислы Волга возле поселка Светлый Яр шириной больше двух километров. Жутковато, когда посреди реки сваливается в пике с воем сирены «Юнкерс-87». Бьешь из пулемета, трассы в брюхо ему упираются, а немец открывает огонь, и кажется, все пули в тебя


На левом берегу Вислы

Из книги Записки наводчика СУ-76. Освободители Польши автора Горский Станислав

На левом берегу Вислы Висла осталась позади. Еще не остыли стволы от ночного боя на подступах к Торуню. Еще не отдохнули от напряженного марша, который мы совершили через переправу в районе города Кульма к линии фронта, как нам уже была поставлена новая задача на подступах


III. КОРОЛЕВА ВИСЛЫ — ТОРУHЬ

Из книги Николай Коперник автора Ревзин Григорий Исаакович

III. КОРОЛЕВА ВИСЛЫ — ТОРУHЬ Прошлое Коперников и семейства его матери — Ваценродов — типично для судеб многих западно-польских родов.Семья Ваценродов жила в XIV веке в Горном Шлёнзке (Верхней Силезии). Здесь, недалеко от Швидницы, стояла когда-то маленькая деревушка


Глава седьмая ОТ НЕМАНА ДО СМОЛЕНСКА

Из книги Атаман Платов автора Лесин Владимир Иванович

Глава седьмая ОТ НЕМАНА ДО СМОЛЕНСКА Вторжение неприятеля Живописны пейзажи Литвы. Среди бесконечных холмов, густых лесов и перелесков, зеленой глади июньских нив и лугов неторопливо несет свои воды в Балтийское море Неман. В нескольких верстах от города Ковно (ныне


От Вислы до Одера

Из книги Верность Отчизне. Ищущий боя автора Кожедуб Иван Никитович

От Вислы до Одера Вместо двух недель Главная армия Кутузова отдыхала месяц. Но наступила пора и ей действовать. В первый день Нового года армия форсировала Неман и тремя колоннами потянулась на запад: первая под командованием Тормасова начала наступление на Млаву и


Часть третья ОТ ВИСЛЫ ДО ЭЛЬБЫ

Из книги Американский доброволец в Красной армии. На Т-34 от Курской дуги до Рейхстага. Воспоминания офицера-разведчика. 1943–1945 автора Бурлак Никлас Григорьевич

Часть третья ОТ ВИСЛЫ ДО ЭЛЬБЫ


29 октября 1944 года Правый берег Вислы

Из книги От Алари до Вьетнама автора Вампилов Базыр Николаевич

29 октября 1944 года Правый берег Вислы Сегодня, в лесу прифронтовом, на восточном берегу Вислы в Польше, мне исполняется двадцать лет. Будь я в этот день в Макеевке, моя милая мама наверняка испекла бы любимый в нашей семье Apple Pie (яблочный пирог). Так было до этого шестнадцать


ОТ ДВИНЫ ДО ВИСЛЫ

Из книги От первого мгновения автора Андреев Андрей Матвеевич

ОТ ДВИНЫ ДО ВИСЛЫ 1Среди сумрачных елей, дубовых и кленовых рощ течет Дисна. Над рекой неподвижно висят серые облака, моросит дождь. Река и ее бесчисленные притоки вздулись, местами вышли из берегов, затопив болота и пойменные луга с островерхими стожками сена.И дождь,


От берегов Вислы до Праги

Из книги Огненные версты автора Фомичёв Михаил Георгиевич

От берегов Вислы до Праги В 1943 г., в канун 26-й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, политотделом 5-й артиллерийской дивизии РГК я был откомандирован в Москву на Высшие военно-политические курсы Главного политического управления Наркомата обороны


От Вислы до Одера

Из книги автора

От Вислы до Одера В результате успешных наступательных операций, проведенных летом 1944 года на центральном участке советско-германского фронта, наши войска разгромили крупные стратегические группировки врага, подошли к Восточной Пруссии на рубеж рек Нарев и Вдела.


ОТ ВИСЛЫ ДО ОДЕРА

Из книги автора

ОТ ВИСЛЫ ДО ОДЕРА Бригада отводится с передовой линии. Находясь во втором эшелоне обороны, мы начали усиленно готовиться к новым боям. Днем и ночью проводили занятия с танковыми и стрелковыми ротами.…На опушке леса залегла стрелковая рота старшего лейтенанта Ермакова.