35. Хорошо иметь домик в деревне

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

35. Хорошо иметь домик в деревне

Летний отпуск в Киеве проходил исключительно весело и беззаботно, несмотря на все титанические усилия Витьки Копыто, который просто задался целью его радикально испоганить. Ибо, Витя был в своем коронном репертуаре и регулярно позорил нас, с патологическим упорством попадая в различные неприглядные ситуации. Одна сцена ночных танцев чего стоит! До сих пор стыдно вспоминать. Постоянно краснею и пытаюсь выброситься в окно.

Хотя, ради объективной справедливости стоит отметить, что у курсанта, выпущенного за пределы колючей проволоки, всегда любой отпуск проходит весело и беззаботно. Мы ели и спали, спали и пили, пили и гуляли. Отрывались и чудили, как могли. Все было чудесно и замечательно. В наших релаксирующих телах и умиротворенных душах прочно поселилось ощущение уравновешенной гармонии и восторженного счастья. А как иначе?!

А условия для этого, были самые подходящие. В нашем полном и безраздельном распоряжении находилась уютная двухкомнатная квартира родителей Лелика, которые заблаговременно эвакуировались на дачу, чтобы не мешать нам наслаждаться долгожданной, но такой кратковременной свободой и относительной вседозволенностью, а также не видеть того бардака, что мы ежедневно устраивали.

Квартира находилась на Березняковской улице, фактически у самой набережной величественного Днепра, откуда открывался впечатляющий вид на грандиозный памятник Родина-мать. Обалдеть какая красота!

Каждый день мы ходили купаться на Днепр. Одеваться было лень и, откровенно наплевав на все рамки приличия, прямо в плавках и тапочках, с полотенцами на плече, мы выходили из парадного, абсолютно не взирая на то, что находимся почти в центре городской черты столицы Украины. Для похода на пляж было достаточно просто выйти из дома и пересечь оживленную дорогу. Надо было видеть глаза водителей многочисленных автомобилей, которые с нескрываемым удивлением наблюдали троицу крепких ребят, дефилирующих в тапках и плавках по пешеходному переходу.

Изредка забегала Лена — старшая сестра Лелика, чтобы приготовить для нас много вкусной еды, посидеть недолго, попить кофе, весело потрепаться и проследить, чтобы мы не дай бог, ненароком не похудели. Ее короткие, но долгожданные и запоминающиеся, а также — очень приятные визиты, давали нам с Копыто новую пищу для неприкрытой зависти к Лелику.

Лёлька, как же тебе повезло с сестрой! И за что тебе такое счастье?! И почему она старше Лелика, а не младше или — хотя бы одногодка?! И почему Лена уже замужем?! Не могла нас подождать?! Почему такая несправедливость?! Почему?! Почему?! Почему?!

Однажды, с дачи позвонил отец Лелика — Владимир Николаевич и в настойчиво-категоричной форме пригласил нас посетить родовое гнездо семьи Пономаревых. Тоном, не терпящим даже малейшей попытки возражения, он добродушно выманивал нас из города на природу.

— Парни, срочно бросайте этот пыльный душный город и дуйте в деревню. Здесь обалденно чистый воздух, птички поют, коровки мычат, навозом пахнет. Красотища, словами не передать! Богатое звездное небо! Ночью тишина такая, аж в ушах звенит, только сверчки трещат, светлячки летают! Баба Галя — бабушка Лелика, вас заждалась, вареников с вишней и творогом налепила 340 штук, в ледник заложила. Борщец знатный в печке томится. Густой, аж ложка стоит, и мясо в чугунок не помещается. Сметанка такая, что из банки не выливается. Желтая! Ребятки, вы у себя в училище видели желтую сметану?! Бабуля коровку подоила, сливки отстаивает, горилку свою фирменную приготовила, баньку натопила. А девки?! Уууу! Какие здесь девки! Мне бы лет 20-30-ть с горы, я бы ух! Какие девчата?! Кровь с молоком, смугляночки, черноокие, губки сочные, кожа бархатная, косы ниже пояса в руку толщиной. Все свои глаза карие на дорогу проглядели, вас высматривают. По двадцать раз на день заглядывают. Все спрашивают, когда хваленые авиаторы приедут?! Деточки, никакие отговорки к рассмотрению и к оправданию не принимаются. Срочно хватайте свои худосочные задницы в горсть, напрягайте жопные мышцы и бегом на автовокзал. Не подводите меня. Я обещал, что вы скоро прибудете и всех «перемацаете», шучу конечно, но девчонки ждут. Выезжайте, а то они меня порвут на лоскуточки. Короче, выйдете с автобуса в Броварах, а там я вас на машине подхвачу. Лелик все знает, будет у вас за штурмана. Ждем!

Нищему собраться — только подпоясаться. Еще трубка телефона не успела упасть на рычаг, как мы уже были в пути. Приехали. Нас встретили, привезли до места.

Выгрузившись из вишневой «пятерки», мы с Витей Копыто замерли от изумления, откровенно отвесив челюсти и раззявя рты. Красота вокруг была фантастически неописуемая — как на картине великих живописцев.

Перед нами простиралось уютное гостеприимное село с аккуратными домиками и ровными заборчиками. За околицей был огромный цветущий луг, который ярко пестрел всевозможными разноцветными цветами и щедро зеленел сочными травами. Далее за лугом виднелся величественный лес с огромными древними дубами. А воздух?! Обалдеть!

У нас с Копыто сразу перехватило дыхания от чистейшего воздуха, щедро насыщенного пьянящими ароматами множества трав и запахами сельской кухни. Более того, у Витьки закружилась голова, и неожиданно подкосились ноги. Парню реально поплохело. Он заметно побледнел и под общий удивленный смех, шутки и красноречивые прибаутки, следуя «дружескому» совету Лелика, опустился на колени и страстно припал к выхлопной трубе «ВАЗовской 5-ки», чтобы не получить «кислородное» отравление.

Изумленный Лелик сам не ожидал такого развития событий и столь неадекватной реакции на его безобидную шутку. Он начал пытаться оттаскивать Виктора от машины, но тот усиленно отбрыкивался ногами и кричал, что «это» именно то, что надо.

Продышавшись пару минут привычным для себя «городским» воздухом, порозовевший и посвежевший Витя начал активно убеждать всех очевидцев данного представления, что ему реально полегчало. И еще через каких-то 5-ть минут подобной дыхательной процедуры, он полностью придет в норму.

Жители села, ставшие невольными свидетелями столь экстравагантной выходки «городского парубка», только удивленно посмеивались и живо обсуждали между собой эту непривычную картину — стоящего «раком» белобрысого парня и жадно втягивающего отравленный воздух из выхлопной трубы машины.

Для неискушенных и неизбалованных современной цивилизацией сельчан совершенно неожиданно начался бесплатный цирк. А чего они хотели?! Главный клоун — Витя Копыто, уже приехал. Теперь только держись.

Оглядевшись по сторонам, мы заметили несколько весьма достойных представительниц местного женского населения, которые целомудренно скрывались за плетеными заборами домовладений, но бросали в нашу сторону заинтересованные взгляды, полные задорного огня и озорного любопытства.

Из-за нашей врожденной вежливости, а также — военного воспитания, более близкое знакомство с местными дамами, мы решили отложить до вечера, на темное время суток. Пусть приготовятся получше, соскучатся и порядком истомятся в предчувствии страстной любви. Прочувствуют так сказать всю важность и ответственность момента. Три таких подарочка приехало. Это вам тут не хухры-мухры, не механизаторы какие, широкого профиля, а ВВС. Это же «люфтваффе», понимать надо. Один Витя Копыто чего стоит.

К тому же, всякую войсковую операцию, как и любое другое сомнительное мероприятие с непредсказуемым финалом и фатальными последствиями, предпочтительней проводить под покровом темной ночи. Это очень удобно и максимально безопасно. Так как с одной стороны, в случае явного провала, свидетелей нашей постыдной неудачи и хаотичного отступления, переходящего в паническое бегство — раз, два и обчелся. А также, и позору для нас, естественно тоже будет гораздо меньше. Ну, а в случае успеха — у нас будет предостаточно времени спокойно, без лишней суеты и шумной бравады вдоволь насладиться плодами заслуженной победы и еще до рассвета планомерно и скрытно откатиться на исходные рубежи к заранее подготовленным позициям. Особая реклама в таких делах согласитесь, тоже не особо нужна. Скрытность, конспирация, зашифровка и молниеносность проведения операции — вот залог успеха. Зачем ставить нашего дорогого и любимого «противника» в неловкое положение. Мы, чай не звери какие?!

К тому же, противника надо заинтриговать и сразу же ввести в заблуждение своими непредсказуемыми и нетипичными действиями, наглядно убедив в своих абсолютно дружеских намерениях и ненавязчиво продемонстрировать полное нежелании вести активные боевые действия. Пусть он — враг в смысле, несказанно удивится и будет накручивать сам себя в томительном ожидании предстоящего сражения, а еще лучше — сам проявить инициативу. И тогда, заманив его в заранее приготовленную ловушку, победу можно добыть с наименьшими усилиями и затратами. Вот в принципе и вся военная хитрость. Все предельно просто и гениально.

Значит, для начала игнорируем «врага» — девушек тоесть, и займемся пока более насущными делами. А они пусть головушки свои красивые ломают в полном неведении и недоумении, а также, глубокоэшелонированную оборону постепенно ослабляют. Грамотно?!

Итак, первым делом самолеты, тьфу — осмотр усадьбы тоесть, чтобы доставить гарантированное и заслуженное удовольствие радушным хозяевам, ну а девушки — потом. Ждите красавицы своей очереди и трепещите. УУуууу!!!

А посмотреть, кстати, было на что. Воистину, родовое гнездо Лелика Пономарева впечатляло своим размахом, фундаментализмом, основательностью и честно говоря, радовало глаз своей ухоженностью.

На наш строгий суд городских дилетантов предстали — огромный участок земли, два добротных двухэтажных дома, отдельностоящая летняя кухня, двухэтажный гараж на два автомобиля, просторный хлев, огромный фруктовый сад, безразмерный огород. Крепкое хозяйство, ничего не скажешь.

В гараже стояла новенькая ВАЗ-2105 и, еще оставалось место для грузового ЗИЛа, не меньше. В просторном хлеву гарцевала сытая ретивая лошадь, лениво переступала с ноги на ногу жирная корова постоянно жующая жвачку, из под ее необъятного брюха выглядывал маленький любопытный, но пугливый бычок. Так же, в загоне шустро мельтешили два жизнерадостных задорно чавкающих поросенка, а по двору бродили многочисленные ленивые куры, индюки и гуси.

Лелик с солидным видом радушного хозяина устроил нам подробную экскурсию по своим потенциальным владениям. Сначала он познакомил нас с непосредственной владелицей всего этого великолепия.

— Знакомьтесь, это моя любимая бабушка Галя.

На встречу вышла приветливая улыбчивая старушка, сильно ссутулившаяся, под гнетом прожитых лет, с грубыми натруженными руками и исключительно добрыми глазами на сморщенном загорелом лице. Она сразу засуетилась накрывать огромный обеденный стол, который стоял прямо на улице в тени шикарной ветвистой яблони.

На наши многочисленные и отчаянные мольбы, хотя бы немного повременить с приемом пищи, она лишь досадливо отмахнулась и, отставив кривую клюку, неожиданно шустро стала бегать между летней кухней и столом под яблоней. Баба Галя молниеносно летала по двору, вынося из запасников и сервируя старый деревянный стол огромным количеством аппетитных блюд и изысканных яств.

Мы, тем временем, по упорному настоянию Вити Копыто продолжили экскурс с углубленным изучением животного мира, базирующегося в огромном хлеву. Так как баба Галя живет в селе постоянно то, несмотря на преклонный возраст и достаточно дряхлый вид, сама содержит скотину и активно трудится в саду и на огороде.

Итак, повторюсь — в чистом хлеву нас встретила огромная корова с необъятно широкими боками и рядом с ней — маленький, но симпатичный бычок, который трогательно жался к мамке под бочок и смешно тыкался в ограждение стойла своим большим розовым носом.

Неожиданно для нас с Леликом, Витя Копыто восхищенно запричитал от вида рогато-копытной живности. Он изумленно выкатил свои и так, постоянно выпученные по жизни, глаза и восторженно прошептал.

— Обалдеть, корова! Настоящая?! А потрогать можно?!

Несказанно удивленный Лелик, равнодушно пожал плечами. Он снисходительно посмотрел на Витьку, откровенно светящегося от переполняющих его положительных эмоций, и небрежно промолвил.

— Ну, потрогай. Ты что Копыто, коровы никогда в жизни не видел?!

Витя, не отрывая влюбленных глаз от обедающей душистым сеном коровы, отрицательно помотал головой.

— Не, так близко в первый раз.

Желтая копна непослушных волос на его голове хаотично взметнулась в разные стороны, и еще больше стала походить на растрепанный туалетный ершик для чистки унитаза. Лелик скорчил потешную рожицу.

— Вот деревня, темнота дремучая! Тундра. Трогай, раз так хочется.

Копыто опасливо протянул свою руку с вытянутыми пальцами за изгородь стойла и замер. Повернув голову к Лелику и, одновременно не переставая коситься в сторону флегматичной коровы, Витя спросил.

— Лелик, а она меня не укусит?!

— Ага, обязательно! Только и ждет, пока ты свою вкусную ручонку к ней пасть засунешь! Блин, Витя, я валяюсь! Делать ей больше нечего, как твои мослы обгладывать. Дурень, ты вообще в школу ходил когда-нибудь?! 1-й класс, 2-я четверть, учебник «Природоведение», 11-я страница, 4-й абзац сверху! Корова — скотина травоядная, а не плотоядная. Разницу чувствуешь?! Не хищница тоесть! Хотя, для тебя — деревянного, это все едино. Ну, Буратино понял?! Нет, не укусит. Лягнуть может, так что сзади к ней лучше не подходи и за вымя не лапай, а то она своим копытом твой пустой котелок проломит буквально на «раз». Кстати! Заодно узнаем, мозг у тебя в башке имеется или ты чисто на примитивных инстинктах существуешь?! Ладно, кергуду — шутка!

Витя старательно вытянул руку, оставаясь на максимальном удалении от ограждения стойла с коровой, просунул ее сквозь деревянную решетку и осторожно прикоснулся самыми кончиками пальцев к объемному боку буренки. Корова, не переставая лениво жевать сено, искоса посмотрела на Витю равнодушным взглядом. А Витя пришел в неописуемый восторг.

— Ух ты, живая! Вот здорово! А теленка можно потрогать?!

— Вот теленка лучше не трогать, а то у него рожки растут, лоб при этом очень сильно чешется и он постоянно бодаться пытается. А силенки у него уже будь здоров. Шея видишь, какая необъятная. Да и мамулька его, я так думаю, тоже не в восторге будет от похотливых прикосновений конопатого и озабоченного педофила к ее дорогому мальчику. За сыночка любимого сразу заступиться. Тогда уж тебе точно мало не покажется. Такая коррида здесь начнется, мама не горюй!

— А можно мамку за сиськи подергать?!

— Блин, Копыто! Ну, ты дятел! Не перестаю удивляться! Не за сиськи, а за вымя. Нет, нельзя! Наша корова, в отличие от твоих неразборчивых подружек, очень порядочная и высоконравственная девушка. За свои сиськи, как ты выражаешься, она разрешает дергать только бабе Гале и никому более. Понял, зоофил-извращенец?! Сисек захотел?! Слышь Сань, этот сексуально озабоченный маньяк всегда любую светскую и высокоинтеллектуальную беседу сведет к банальным сиськам. Вымя! Зарубку на стене сделай! Вы-Мя! Иди дальше Копыто — бык-производитель, пилопедрищенский осеменитель парноКопытный, вон там еще поросята есть, и лошадь имеется в наличии. Одна штука, масть белая, подкованная на четыре ноги — полный привод значит.

На любопытных и жизнерадостных поросят смотреть было неинтересно, так как точно такие же веселые розовые пятачки проходили вместе с нами военную службу в авиационном училище на свинарнике и мы, периодически заступали в наряд на хозяйственные работы по уходу за этой шебутной и вечно чавкающей братией.

А вот лошадь?! Лошадь — это интересно. В нашем училище была одна лошадка, но достаточно старая с провисшей спиной и уже подслеповатая. Она много лет медленно и размеренно ходила по одному и тому же маршруту — курсантская столовая и свинарник, неспешно волоча за собой бочку с объедками. Причем эта лошадь уже много лет ходила совершенно одна без кучера притаскивая, пустую бочку к запасному входу в столовую строго в одно и тоже время. Она подчинялась неслышному зову каких-то своих внутренних часов, которые каким-то немыслимым образом самостоятельно переводила на «зимнее» или «летнее» время, внося два раза в год коррекцию на час вперед или назад в строгом соответствии с общегосударственным переходом на соответствующий период времени.

Но, в хлеву у семейства Пономаревых стояла молодая, полная сил белоснежная красавица, с густой гривой и модно-игривой челкой, которая придавала лошадке кокетливо-задорный вид. Витя, ласково похлопал лошадку по стройной шее и мечтательно закатил свои глазки. Наверное, в этот момент он представлял, как ловко гарцует верхом на этой белоснежной красавице перед многочисленными и визжащими от восторга сельскими девчонками. Его далекоидущие планы, несбыточные мечты и многообещающие сладостные грезы прервал скрипучий старческий голос.

— Внучатки, дорогие, вот вы где?! Кушать давно подано, давайте руки мыть, пожалуйста. Кстати деточки, а вы бабке старой не поможете?

В хлев, опираясь на клюку, вошла баба Галя. Лелик, предчувствуя какой-то подвох и неладное в ее ласково подкупающем голосе, не успел ничего ответить, как тут уже влез инициативный и вездесущий Витя Копыто.

— Не вопрос, бабуля! В чем проблема? Все сделаем как надо — качественно и в срок!

— Навоз в поле вывезете?!

— На лошади?!

— На ней, родимой.

— Запрягать надо?!

— А то как же?! Надо, надо.

— На возике?!

— На возике, на возике.

— Через все село?

— Да, через все село, за околицу.

— Легко!

— Вот и ладненько, спасибо вам родненькие. Дай бог, вам крепкого здоровьица. Давайте кушать и с божьим благословлением, за дело.

Лелик многозначительно промолчал и только многообещающе чмыхнул, кинув украдкой умилительный взгляд на довольного и улыбающегося Копыто. Мне было все едино, а Витя буквально светился от восторга предвкушая, как он будет эффектно выглядеть на возу, запряженном белой лошадью, звонко похлестывая кнутом. Все сельские девчонки просто удавятся от вожделения глядя, как он — Витя будет давить фасон, виртуозно управляясь с грациозной лошадью. Но это пока были только его мечты, а впереди нас ждал скромный украинский обед из не менее 20-ти блюд, тоесть — уже привычная для нас стандартная обжираловка.

Обед бы не просто вкусным и обильным, он был фантастическим. Добротный стол в саду под яблоней буквально прогнулся и жалобно трещал под тяжестью многочисленных блюд и всевозможных разносолов, плотно и убористо размещенных на его огромной поверхности.

Баба Галя явно переоценила наши скромные силы и недостаточную вместительность курсантских желудков. Чтобы все это изобилие хоть как-то проваливалось в недра наших пищеводов и там более-менее улеглось, а также начало перевариваться, на стол была выставлена 3-х литровая банка «фирменной» горилки. Не какой-то там «казенки», как презрительно называют водку на Украине, а чистейшего и крепчайшего самогона, который разливался не в субтильные рюмашки, а в кондовые граненые стаканы. Обалдеть!!!

Наверное, именно вот так и должны питаться настоящие мужчины. Много пищи, много горючего и все это на свежем воздухе под кроной шикарной яблони, да под неспешную задушевную беседу, под различную мясную закуску, которая еще недавно бегала по двору и свежайшие блюда с овощами, которые только-только покинули свои грядки. Все было очень вкусно, обильно и неимоверно сытно.

С большим трудом и далеко не с первой попытки еле оторвав свои изрядно потяжелевшие тушки, которые напоминали изящные фигуры рожениц, ожидающих двойню, а то и тройню на самых сносях, мы медленно двинулись запрягать лошадь, чтобы выполнить просьбу баба Гали.

Так как мы с Витькой были достаточно далеки от познаний в конской сбруе, то Лелик самостоятельно, очень ловко и быстро запряг лошадку и, заставляя ее, пятится задом, виртуозно ровно загнал возок в хлев. Потом он вручил Вите большую лопату и, указав на внушительную кучу навоза, особо не скрывая гаденько-саркастическую улыбку, ласково промолвил.

— Ну, давай, сам вызвался?! Грузи.

Витя, с недоумением глядя себе под ноги на впечатляющую кучу дерьма, искренне возмутился.

— Это же говно!

— А ты что думал?! Лошадка и коровка тоже какать хотят, однако. И поверь уж мне на слово, гадят две эти скотины, будь здоров, с поразительной работоспособностью и производительностью. Без выходных и праздников. Тебе за ними сложно будет угнаться. Тренироваться надо! Бычок еще маленький, но серит тоже, будь здоров. Свинюшки тоже им не слабо помогают, не отстают, на пару трудятся. Чего замер, как неродной?! Бери лопату и давай — наваливай. Только осторожно, седушку на возке не испачкай, а то жопой на дерьмо садиться все же не приятно, но придется. Потом джинсы всю дорогу вонять будут. Замучаемся отстирывать.

Витя попытался слабо возмутиться и поспорить о смысле жизни.

— Не, я не понял! Я на говно не договаривался. Я подписывался только на навоз. Говно уж давайте сами, а я буду навоз возить.

— Витя, ты что, бурундук что ли?! А что такое «навоз» по-твоему?!

— Ну, не знаю. Типа — трава там какая-нибудь — сено, солома, силос…

— Так, понятно, знаток флоры и фауны. Короче, открываю тебе страшную военную тайну. Навоз — это обычное говно. Говно! Говнище! Дерьмо! Фекалии! Какашки! Кому как нравится! Понял?! А навозом его называют, чтобы слух особо не резало. На психику интеллигентскую не особо давило, вот так вот Витенька. Так что давай доброволец, флаг тебе в руки и ветер в спину, махай лопатой чаще. Бери больше, кидай дальше, пока летит — отдыхай. Ну, ты — дундук! Навоз — цветочки, травка полевая, ха-ха! Не говори никому, засмеют! Ну, ты, блин тундра! Что такое навоз, каждый дурак знает. А, ну да, извини! Ты, конечно дурак, но далеко не каждый! Ты у нас — яркая индивидуальность, единственная в своем роде тупость и убогость. Типа — Эразм Роттердамский! Копыто Пилопедрищенский! Нет, лучше — Копыто В-ротен-дамский, звучит?!

Делать нечего и обиженный Копыто, уличенный в вопиющем невежестве и необразованности, который жестоко обманулся в своих ожиданиях нехотя взялся за работу.

Витя брезгливо морщил нос и аккуратно цеплял с краешка огромную кучу дерьма самым кончиком лопаты. Мы с Леликом от души подтрунивали над гламурным эстетом — Копыто, попутно упражняясь в остроумии.

— Чего манерничаешь, Вить?! Тут просто парфюмерный рай по сравнению с той душегубкой, что ты в киевской квартире оставил. Дыши полной грудью, наслаждайся.

— Да пошли вы, я там все стены «Водантом» побрызгал.

— Молчи лучше про «Богарт», а то сейчас лопату об твою спину сломаю и тут же зарою, прямо в этом навозе.

— Кстати, чтобы вы знали, два бестолковых — сам великий Распутин от туберкулеза лечил сеансами аромотерапии, на которых его пациенты дышали испарениями фекалий разных животных, в том числе — парнокопытных. И лечил всех в хлеву, вот!

— Витя, ты нас удивляешь. Какие глубокие познания в медицине! Откуда ты слово такое вычитал — аромотерапия?! Офигеть! Слово «аромотерапия» знаешь, а что такое «навоз» — нет. Дремучая убогость. Да после твоего сеанса аромотерапии в Киеве, меня до сих пор блевать тянет. Фекальный доктор. И вообще, Виктор, перестаньте умничать! Вам это совершенно не свойственно и совсем не идет. Александр, Вы могли бы представить, что под этой брутальной внешностью потомственного крестьянина скрывается рафинированный интеллигент, никогда не нюхавший навоза?!

Я не в силах больше смеяться, отчаянно взмолился.

— Лёля, завязывай травить Витьку, я больше не могу, сейчас кишки от напряжения лопнут.

Тут же не замедлил огрызнуться Копыто, наклеив на свою физиономию гаденькую улыбочку.

— А ты, газы то выпусти, сразу и полегчает.

— Да иди ты, вонючка парнокопытная.

— Сам такой же ароматный.

— Нет не такой! На основе твоих выделений, военные химики могут новые виды ОВ — отравляющих веществ, разработать с повышенной вонючестью и стойкостью к дегазации. Скунс пилопедрищенский. Ходячая фабрика метана и сероводорода! Тебе надо было не в авиационное училище поступать, а в инженерное, на факультет боевых отравляющих веществ.

Вот в такой незамысловатой, конструктивной и дружелюбной беседе пролетело время погрузки навоза на возок. Когда он заполнился до самого верха бортиков, Витя отставил грязную лопату и взмолился.

— Ребята, а можно я лошадь поведу?! Я об этом моменте всю свою жизнь мечтал. С самого детства.

Мы с Леликом переглянулись и снисходительно кивнули. Витька хоть был еще то «чудо в перьях», но это был наш друг и мы были готовы многое прощать ему и дальше терпеть всевозможные его выходки. Мечтает?! Да не вопрос, веди. Все для тебя дорогой и любимый.

Лелик взял лошадь под уздцы, чтобы она ненароком не дернула возок, а я протянул Витьке кнут, необходимый для управления лошадью.

— Ладно, давай. Залезай на седушку и сразу натягивай вожжи. Покажи лошади кто тут хозяин.

Просиявший от счастья Витя осторожно полез на возок, стараясь не наступить на многочисленные кусочки разбросанного везде навоза. Для удобства посадки на седушку возка, он взялся одной рукой за деревянную рейку, приколоченную к стропилам хлева. Вторая его рука была занята кожаным кнутом на тонкой деревянной палке, украшенной замысловатой резьбой. А далее произошло следующее.

Толи после сытного обеда масса Витькиного тела резко увеличилась, толи после выпитой горилки его вестибулярный аппарат дал легкий кратковременный сбой, тем не менее, на долю секунды Витя теряет равновесие и более чем того следует, опирается на старую рейку. Раздается сухой треск, рейка ломается, Копыто в панике округляет глаза, еще некоторое время отчаянно балансирует, хаотично размахивая руками с обломком деревяшки в одной руке, с кнутом в другой руке и, потеряв равновесие, падает прямо в навоз. Плашмя! Спиной!

Его живописное падение сопровождалось щедрым выбросом не очень приятных запахов и громким смачным звуком «ЧВЯК». Погрузившись по уши в дерьмо Витя заорал так, что лошадь испуганно дернулась, и если бы могучий Лелик не удержал ее, понеслась бы по селу волоча за собой возок, полный навоза в котором лежит, прилипший к дерьму конюх-самоучка Витя Копыто.

Свиньи, услыхав истошный нечеловеческий вопль, хаотично заметались по загону, ища выход и громко захрюкали. Бычок сразу спрятался под свою мамку и забился в угол стойла. Корова повернула голову в нашу сторону и, ощетинившись рогами, протяжно замычала, заглушая орущего Витьку. Куры и гуси в панике разбежались по двору с громким кудахконьем и гоготанием, суетливо теряя многочисленные перья и недоношенные яйца.

Баба Галя, которая неторопливо и обстоятельно вытирала мытую после обеда посуду, уронила сковородку, а родители Лелика прибежали из дальнего конца огорода, предчувствуя что-то немыслимо страшное. Перепуганные Пономаревы-старшие застали в хлеву следующую картину.

Лелик буквально висел на беснующейся от испуга лошади, одновременно истерично хохоча и еле сдерживая ее, из последних сил, от непреодолимого желания вырваться из хлева и снеся забор отправиться в длительное путешествие по улицам села. Я, прислонившись к загородке свинячьего стойла, сполз на земляной пол и бессовестно смеялся не в силах подняться. А мне в спину хаотично и требовательно тыкались два розовых пяточка всполошенных свинок, которые настойчиво искали защиты. А из воза, наполненного под завязку душистым навозом, торчали кверху две ноги Вити Копыто, которые ниже коленей находились в воздухе гораздо выше уровня спинки седушки. А сам Витя возлежал в импровизированной «навозной» ванне, погрузившись в нее почти с головой. В побелевших от напряжения руках, горе-наездник продолжал сжимать сломанную рейку и резной кнут. Картина маслом.

Через некоторое время Витя перестал орать из опасения набрать полный рот дерьма, так как при малейшей попытке пошевелиться, он погружался в навоз все глубже и глубже.

Когда, наконец, мы все вволю насмеялись — и я, и Лелик, и его родители, и баба Галя, и свиньи, и куры с гусями, и корова с теленком, и даже успокоившаяся лошадь, то стали освобождать неказистого кучера из ароматного плена. Что кстати, оказалось совсем непросто.

Витю как будто присосало к навозу. Взяв его за руки и за ноги, по команде: «Раз! Два! Три!», общими усилиями мы дружно выдернули Копыто из навоза и осторожно положили на земляной пол.

Витя сразу же вскочил на ноги и остался стоять, брезгливо съежившись, продолжая крепко сжимать в руках кнут и сломанную рейку. Модная футболка на его спине и джинсы на заднице и выше колен насквозь пропитались навозом и прилипли к телу.

Копыто представлял собой откровенно жалкое и одновременно смешное зрелище. Продолжая сдержанно и скрытно хихикать, мы осторожно, чтобы самим не испачкаться, помогли ему раздеться вплоть догола, так как его труселя тоже промокли и пропитались вездесущим навозом. Особую трудность при раздевании горе-ковбоя, мы испытали, стягивая с него футболку, так как находящийся в «творческом» ступоре Витя, наотрез отказывался выпускать из своих рук кнут и сломанную деревяшку.

Сняв с нашего нерадивого бедолаги благоухающую одежду, Лелик отнес ее бабе Гале которая, охая и причитая, взялась за срочную стирку. Я в это время старательно скрывал бессовестную улыбку и, пытаясь придать своему голосу серьезную и убедительную тональность, как мог успокаивал в очередной раз опозорившегося и расстроенного друга.

— Да ладно, Витек, не грусти. Ты же сам говорил, что великий Распутин всех своих пациентов лечил навозотерапией. Так что все получилось чисто по науке. Как ты сам и рассказывал. Аромотерапия и все такое… Более того, значит следуя твоей же логике — ты теперь из всех нас, самый здоровый!