4.

4.

В середине июня курьер из штаба 60-й армии вручил нашему командиру Исаеву срочное распоряжение. Мы пока не знали, кто его прислал и о чем оно. Но по тому, как начальник штаба Забродин моментально распорядился о вызове в штаб командиров и комиссаров отрядов, можно было догадаться, что нам предстоит отправиться в тыл врага.

Совещание у командира бригады было коротким. Командиры и комиссары отрядов спешно отправились в свои места дислокации. Забродин сразу же собрал аппарат штаба и командиров подчиненных штабу подразделений. Он объявил:

— Получен приказ штаба партизанского движения Брянского фронта о переходе нашей бригады в ночь на 16 июня в полном составе в тыл врага. Задача: с целью срыва перегруппировки вражеских войск перед началом их летнего наступления вывести из строя наиболее важные железнодорожные станции и мосты, некоторые участки железнодорожных путей. Минированием автодорог и взрывами мостов сорвать переброску по ним войск и боевой техники врага. Участок перехода линии фронта нам будет сообщен в ближайшие часы разведотделом 60-й армии.

В ту же ночь бригада, прикрытая отвлекающими ударами сил дивизии первого эшелона 60-й армии, без потерь перешла линию фронта и на рассвете сосредоточилась в небольшом лиственном лесу в Хомутовском районе. Базируясь сначала в этом лесу, а потом в небольших лесах Крупецкого и Шалыгинского районов, в течение первой недели бригада внезапно нападала на тыловые и карательные части, полицейские подразделения врага, сначала в Хомутовском, затем в Крупецком и Рыльском районах. За неделю нам удалось парализовать автомобильное движение врага, нанести значительный урон его живой силе, транспортным средствам.

Началась вторая неделя рейда. Отправились на железную дорогу между станциями Хутор Михайловский и Конотоп Сумской области. Там нам удалось взорвать несколько небольших железнодорожных мостов. Во многих местах минировали железнодорожные пути. Мы рассчитывали, что здесь подорвутся на минах вражеские эшелоны, перебрасывавшие готовившиеся к наступлению войска и боевую технику в районы Орла. Курска, Белгорода. Но враг оказался хитрее, чем мы думали. Он стал ставить впереди паровозов по две-три незагруженные платформы, передвигать эшелоны на малых скоростях, во избежание их подрыва при наезде на партизанские мины. Но оккупанты ошиблись в своих расчетах. Эшелон с тремя платформами впереди паровоза подорвался. Мы были рады, что подорвали хоть один эшелон. Гитлеровцы недосчитались тогда более десятка вагонов с боеприпасами.

Удачно была минирована магнитными минами под Конотопом резервная стоянка железнодорожного транспорта противника. Там было выведено из строя несколько паровозов и более двадцати пустых платформ. На участках железной дороги, где взорван вражеский эшелон, на резервной стоянке паровозов и платформ противнику пришлось в течение нескольких суток восстанавливать разрушенные железнодорожные линии, прекратить на это время движение железнодорожного транспорта по ним.

На десятый день рейда конный взвод Александра Волкова заметил два вражеских карательных отряда, до батальона каждый, преследующих нас. Они могли продвигаться на автомашинах только по дорогам, а мы на конях почти всегда шли вне дорог, напрямик, по полям, заросшим сорняками. И в этом была наша неуязвимость. Для коротких передышек мы останавливались в рощах и дубравах, характерных для Курской и Сумской областей. Иногда приходилось отдыхать в оврагах или в складках местности, выставляя боевое охранение на возвышенностях.

В районе Путивля противнику удалось выставить против нас спешенный батальон карателей, навязать нам бой, длившийся около двух часов. Только сильный грозовой дождь помог нам оторваться от неприятеля и уйти в ближайшую дубраву. В этой схватке мы уничтожили не один десяток врагов, но и сами имели почти десяток раненых. Всех их доставили в нашу походную санчасть. Были потери и конского поголовья: две лошади убиты, три ранены. Исаев приказал командиру хозвзвода раненых лошадей пристрелить, мясо засолить, а головы, копыта и кожу поглубже закопать в землю.

Основные задачи, поставленные перед бригадой, были выполнены. Командованием принято решение возвращаться на базу в Платово. Разведчики нашли заболоченный, слабо охраняемый немцами участок обороны.

Вражеское боевое охранение не сразу обнаружило нас. Открыло огонь, когда уже половина бригады перешла на свою территорию. Сразу ответили мощными залпами наши артиллерия и минометы с передовых позиций 60-й армии. Это позволило нам почти без потерь завершить переход бригады через вражескую линию обороны.

В Платово мы возвратились на пятнадцатые сутки. Комбриг Исаев приказал раненых отравить в медсанбат дивизии, в которой мы дислоцировались, накормить партизан свежей кониной.

После отданных распоряжений командирам отрядов Исаев и Забродин отправились в штаб 60-й армии, чтобы доложить результаты разведки тыла противника и о проведенных боевых действиях. Воспользовавшись шифровальной связью штаба армии, они отправили телеграмму-шифровку штабу партизанского движения Брянского фронта о результатах двухнедельного рейда по тылам врага, противостоявшего 60-й армии. Одновременно обратились с просьбой о выделении бригаде рации с радистом и шифровальщиком, чтобы в последующих рейдах оперативно передавать из тыла немцев данные разведки и о ходе выполнения задач, поставленных бригаде.

Через несколько часов возвратились из штаба армии Исаев и Забродин. Сразу же провели с командным составом разбор первого рейда, проведенного бригадой в полном составе по прифронтовым тылам противника. Подполковник Исаев детально остановился на недостатках, признал свои личные оплошности, сделал несколько замечаний штабу. Каждому командиру отряда указал на допущенные нерасторопность, несоблюдение маскировки, что помогло гитлеровцам разгадать наш маршрут под Путивлем и успеть выдвинуть против нас спешенный батальон, замаскировать его в овраге на нашем пути и навязать нам внезапный бой почти на открытой местности. Он похвалил действия конного взвода разведки под командованием Александра Волкова, жителя Крупецкого района. Исаев отметил, что разведвзвод всегда находил безопасные маршруты передвижения бригады и места для привалов и дневок. Да и неудивительно. Помимо командирской смекалки, Волков хорошо знал эту местность. Он не раз бывал в этих краях в прошлом году, участвуя в боевых рейдах отряда имени Чапаева в составе 2-й Курской партизанской бригады.

После разбора рейда Исаев сообщил командно-политическому составу, что по информации штаба 60-й армии противник уже завершил подготовку к летнему наступлению и уверен во взятии реванша за свое позорное поражение под Сталинградом. «Поэтому, — сказал Исаев, — враг вот-вот начнет наступление. Нашей бригаде, — продолжал он, — предстоят новые и трудные задачи, о которых нам скоро будет известно. Готовьте себя и вверенный вам личный состав к очередным действиям в тылу врага в более трудных условиях, чем в первом рейде».