«ЗЕМЛЯ ТЫ ЕСТЬ И В ЗЕМЛЮ ОБРАТИШЬСЯ...»

«ЗЕМЛЯ ТЫ ЕСТЬ И В ЗЕМЛЮ ОБРАТИШЬСЯ...»

— Понимаешь... они... они сорвались в пропасть...

Перед глазами у меня вдруг все пошло кругом. Горы, облака, люди — все кружилось. На миг я потерял сознание. Но — лишь на миг! Первая мысль после того была: «Нет, это невозможно, как могли погибнуть ребята?!» Спустился больной, а те были здоровы и сильны. Правда, Тэмо пришлось туго, холодная ночевка на пике Победы, конечно, дала о себе знать, но ведь он держался бодро... И Кузьмин находился с ними. Так как же произошло, как случилось это?.. Нет, слова Кузьмина прозвучали для меня неправдоподобно.

— Но   как,   Кирилл,   как   это   могло   произойти?!

— Не знаю... не знаю...

— Вас было трое. Как же погибли двое?

— Та дорога показалась нам более легкой. Мы ошиблись. Встретился скальный участок. Спустили веревку. Первым пошел Джумбер. Потом я, потом — Тэймураз.

— Тэймураз? Но почему Тэймураз? Ведь он был самый слабый из вас троих?

— Скала, в которую был вбит крюк, обломилась, увлекла за собой и веревку, и Тэймураза...

— Но он должен был спускаться вторым... во всяком случае, не последним! Почему вы оставили его последним?

Кузьмин молчит, совершенно раздавленный, уби­тый.

— А потом что?

— Мы спустились к кулуару. Джумбер решил глянуть вниз — может, Тэмо застрял где-нибудь на выступах... Но ты понимаешь, в каком состоянии мы были... Кто думал о страховке! Кто мог думать в те минуты о страховке... Он оступился... и последовал за Тэмо...

«Последовал за Тэмо...» Как обыденно звучат эти слова! Можно последовать куда угодно, но в безд­ну?! И тем не менее это так. Как это происходит? Последовать...»

— Да, но...— тысяча вопросов вертелась у меня на языке, в голове, но я почувствовал, что сейчас не время вопросов.

Да   и   не  было  смысла   выяснять   подробности — теперь! На леднике Звездочка товарищей погребла лавина, и все кончилось. Спрашивай, расспрашивай, выясняй!.. Они не встанут. Не присоединятся ни к одному лагерю. Ни к одной группе восходителей. Не подбодрят никого из нас словом или взглядом, окриком или улыбкой... He пройдут по проспекту Руставели... Не придут в альпклуб... Звуки их осторож­ных цепких шагов, альпинистских шагов, не вольются в многоголосый шум тбилисских улиц, не отдадутся тихим эхом в гулкой тишине ночного города... Их шаги не отпечатаются на асфальте Тбилиси... на земле родной Грузии...

— Давай спускаться в лагерь. Нам уже некого ждать, пошли! — крикнул я Кузьмину и бегом устре­мился по склону гребня. Не знаю, куда я так спешил, чего я бежал. Если бы я не бежал, я, наверное, сошел бы с ума...

На другой день мы начали поиски. Джокиа Гугава встал со мной рядом.

— Я с тобой,— тихо сказал он.

Но попасть на то место, где, как мы предполагали, они должны находиться, было трудно. Сверху то и дело шли камнепады, проносились лавины.

Сперва мы продвигались по леднику. Идти стано­вилось все труднее и опасней. Потом поднялись по склону, который находился под тем роковым кулуаром. Здесь мы должны их найти. Природа сжалилась над нами — на какое-то время воцарилась такая тишина, что, казалось, муха пролетит — услышишь. Ни лавина, ни камнепад — ничто не мешало искать. Вскоре мы набрели на шеклтон, затем увидели рюкзак и наконец — их владельцев. Распознать, отличить их друг от друга было невозможно. Нам двоим не под силу было дота­щить их до лагеря. Мы подняли их на плато и похо­ронили там в снегу. Уже потом показался Отар Хазарадзе, он шел нам на подмогу. Мы были уже при послед­нем издыхании.

...В базовом лагере, который находился на 4200 мет­рах, мы собрали всех и объяснили положение. Было решено спустить погибших на землю. У меня уже горели глаза, я очень плохо видел, но все равно я не мог не подняться за ребятами. Джокиа воспроти­вился — хватит с тебя, сказал он, хватит. Но я не стал егo слушать. Решено было в течение пяти дней спустить погибших. Мы управились с этим нелегким делом в один день. Мы перенесли их по ледопаду, потом пере­шли гребень, где пришлось преодолеть крутой, почти отвесный подъем. Но зато это был наикратчайший путь... Наикратчайший путь к месту вечного упокое­ния.

Да, с богатыми дарами выпроводил нас коварный Тянь-Шань! Коварный и жестокий, как Шах-Аббас,— еще и заложника оставил — Илико Габлиани... Илико Габлиани — самого высокого человека на земле.

***

— Жахбуган наго, жахбуган...[25] — кричали мне товарищи.

В эти минуты я был от них шагах в двадцати—трид­цати самое меньшее. А это означало, что, сорвавшись, не дай бог, я буду лететь как минимум сорок метров в воздухе. Могли ли пять человек, которые сами еле держались на веревке, закрепленной трехсантиметровы­ми крючьями, вбитыми в отвесную каменную стену, удержать еще одного, шестого, летящего с высоты! Жизнь этих пяти и без того висела на волоске. «Ни один из нас не спасется, чтоб хотя бы весть принести людям»,— в который уже раз пронеслось в голове. Я сделал еще одно усилие и подтянулся. Повис на одной руке, другую протянул кверху, ощупал, и вдруг средний палец попал в невидимую мне щель и заце­пился, точно крючок. Палец сперва окостенел, потом согнулся, напрягся и намертво впился в камень. Я сразу почувствовал облегчение в правой руке. И тело словно бы стало легче, оно не так тянуло ме­ня вниз; кровь, застилавшая глаза, отхлынула.

Теперь должна была действовать левая рука. Надо снова искать «фонтанчики». Есть! Еще один. Пальцы тотчас вцепились в край щели. Дальше дело пошло. Чем выше, тем больше неровностей. Вскоре я миновал опасное место. Безмолвное ликование захлестнуло меня. Из-за клочьев тумана временами проступали, контуры нашей вершины. Оставался самый безопас­ный и легкий участок пути. Тридцатиградусный уклон, который мы свободно пройдем в кошках. Во всяком случае, шлямбуры нам не понадобятся!..

— Эге-э-эй! — закричал я во всю глотку. Это был клич победителя.

— Эге-эй! — тотчас отозвались снизу.

Но что это? Отчего так потемнел снег, словно его посыпали золой?..

«В горах темнеет сразу. В горах бродит хале. Хале преследует детей...» Боже, как давно это было! До воспоминаний ли сейчас? Страха не было, а уж тем более страха перед хале и духами, но снег, отчего так потемнел снег?..

Неужели вправду наступает ночь? Неужели они не успеют устроить ночевку?..

Он поспешно вбил крюк. Пропустил веревку. Потом вбил еще запасной крюк, с трудом, и спустил веревку вниз. Сам, в ожидании товарищей, вцепившись в ве­ревку, оглядывался по сторонам, подыскивал площадку для палатки.

Когда наконец все шестеро оказались вместе, Михаил сказал:

— Ну вот, там и поставим палатку,— и указал рукой.— Поспим сегодня по-человечески, как подо­бает победителям, а?

«Палатку?» — проследив за движением его руки, с удивлением подумали товарищи. Ничего похожего на площадку не было видно.

— Где ты видишь место для палатки?

— Да вон же! — снова указал он рукой.

Это был крутой щебнистый склон...

Старший говорил что-то не то. На этот раз Старший ошибался. Все молчали в недоуменном смущении и глядели на него.

Михаил сощурился и качнул головой:

— Черт, примерещилось!..

«Примерещилось... Раз уж Михаилу примере­щилось...»

— Тебе необходимо отдохнуть,— проговорил Михо.— Скорее поешь и — спать. Ты переутомился.

В быстро сгущавшейся темноте разровняли пло­щадку. Вскоре палатка была готова. Все забрались в нее. Раскрыли спальные мешки. Проглотили по куску мяса с хлебом и улеглись. Чтобы готовить ужин, нужны были силы и время, а у них не было ни того, ни другого.

Сейчас главное было — сон и отдых. Особенно нуждал­ся в этом Михаил.

И вдруг, совершенно неожиданно для всех, в палатке зазвучало тихое пение:

О Лиле, о великое светило...

Запел Михаил, но каждый из них с полным правом мог петь этот древний гимн солнцу, ведь все они нахо­дились в его владениях, куда не ступала нога человека. Быть может, именно здесь, в этих диких скалах, охот­ник Беткил оказал помощь роженице Дали, быть мо­жет, именно здесь, на этой скале, Дали творила суд и расправу над изменником? Может, здесь и Чорла был наказан?..

Товарищи подхватили запев, стройное многоголосие зазвучало в ночи. Постепенно набирая силу, величест­венная мелодия поплыла над ледниками и фирновыми полями, над гордыми исполинами Кавкасиони.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ЗА ЗЕМЛЮ И ВОЛЮ!

Из книги Над пропастью во лжи автора Новодворская Валерия

ЗА ЗЕМЛЮ И ВОЛЮ! 4.04.93г.Центральный Координационный Совет партии Демократический Союз России (ЦКС ДС России)Мы вломились в дело Миронова, как налетчики. Перепечатали письмо Миронова и К(, поставили свои подписи и еще набрали подписей у других правозащитников. Стали их


НЕ ЗАБЫВАЙ ПРО ЗЕМЛЮ!

Из книги Труден путь до тебя, небо! автора Апенченко Ольга

НЕ ЗАБЫВАЙ ПРО ЗЕМЛЮ! ОН СТОИТ на кремлевской трибуне. Мимо проходит праздничная демонстрация. Взрослые высоко поднимают детей. Плывут над головами транспаранты. Проносят макеты космических кораблей. Несут портреты людей, известных всей стране. Но никто еще не знает


Глава 33. Ты есть земля

Из книги Жизнь господина де Мольера автора Булгаков Михаил Афанасьевич

Глава 33. Ты есть земля Весь дом находился в тягостном недоумении. Оно передалось и нищим монашкам. Почитав некоторое время над обмытым, укрытым и лежащим на смертном ложе Мольером, они решительно не знали, что им дальше делать. Дело в том, что земля не желала принимать тело


Возвращение на землю

Из книги Летчик испытатель [Издание 1939 года] автора Коллинз Джимми

Возвращение на землю Я сидел с другими безработными летчиками в ресторане на аэродроме Рузвельта, мы курили, разговаривали, как всегда тянули кофе и надеялись, что авось что-нибудь да наклюнется. Зазвонил телефон, и телефонистка вызвала меня.— Междугородный, —


Глава вторая. Есть человек — есть проблема

Из книги Лукашенко. Политическая биография автора Федута Александр Иосифович

Глава вторая. Есть человек — есть проблема Гончар атакует Атмосфера страха, которую Лукашенко старательно нагнетал в стране, поглотила не всех.Он знал, что есть по крайней мере один человек, который представляет для него действительно серьезную опасность. Который будет


«У меня есть собака, значит, у меня есть душа...»

Из книги Моя веселая Англия [сборник] автора Гончарова Марианна Борисовна

«У меня есть собака, значит, у меня есть душа...» Эту главку моей книги я бы хотела посвятить их памяти. Вашей – бодер-колли Чак Гордон Барнс из Нортумберленда, и Вам, друг мой, душа моя, любовь и скорбь моя, Чак Гордон Барнс, сын благородной колли Чейни и пограничной овчарки


С неба на землю

Из книги Жизнь и необычайные приключения писателя Войновича (рассказанные им самим) автора Войнович Владимир Николаевич

С неба на землю Я считался если не самым лучшим, то одним из лучших в нашем аэроклубе и после медкомиссии не сомневался в том, что в школу планеристов прохожу первым номером. И вдруг…Не помню уже, какую должность занимал тот подполковник в городском военкомате, но его


На далекую землю

Из книги Земля и небо Водопьянова автора Артамонов Владимир Иванович


Глава третья ЕСТЬ ЗЕМЛЯ НА СЕВЕРЕ

Из книги Жить для возвращения автора Каневский Зиновий Михайлович

Глава третья ЕСТЬ ЗЕМЛЯ НА СЕВЕРЕ Почему-то я мгновенно заболел Землей Франца-Иосифа и еще до того как мой очерк появился в печати я исхитрился снова там побывать, на сей раз — на пароходе, летом, чтобы увидеть архипелаг при свете полярного дня. Ребята-ракетчики, с которыми


С неба на землю

Из книги Автопортрет: Роман моей жизни автора Войнович Владимир Николаевич

С неба на землю Я считался если не самым лучшим, то одним из трех лучших в нашем аэроклубе. В другом отряде лучшими считались братья-близнецы Черкашины, о нас троих была даже небольшая статья в областной газете. Я не сомневался в том, что в школу планеристов после


«Есть дверь и есть замок в квартире…»

Из книги Память о мечте [Стихи и переводы] автора Пучкова Елена Олеговна

«Есть дверь и есть замок в квартире…» Есть дверь и есть замок в квартире, И ты совсем один. А все ж В огромном мире, странном мире Ежесекундно ты живешь. И радио шумит, как примус, — Прибор давно минувших лет, И воздух обретает привкус Не только крепких сигарет. Он пахнет


Земля моих предков — моя земля!

Из книги Ты спросил, что такое есть Русь… автора Наумова Регина Александровна

Земля моих предков — моя земля! Из цикла «Мои свидания с Россией» Господи Иисусе — Код духовных слов… За страну молюсь я, За её сынов. И за дочек Руссии, И за их детей… Искренне молюсь я. Помоги скорей Нам. Уж нет терпения… Всколоси поля; Людям дай радения — Наша ведь


«В ту же землю»

Из книги Валентин Распутин. Русский гений автора Чернов Виктор

«В ту же землю» Одновременно с «Женским разговором» был опубликован рассказ «В ту же землю». А. И. Солженицын отметил его среди поздней прозы В. Г. Распутина как произведение, в котором автор подчеркивает, что русский народ не только лишили права достойно жить на своей