Неприятный сюрприз

Неприятный сюрприз

Очень хочется попасть поскорее на место боев, но даже на вездеходе не доедешь. Движение возобновилось только на фронтовой магистрали, а сверни чуть в сторону — завяз и жди, пока какой-нибудь сердобольный трактор или танк возьмет тебя на буксир.

Решил лететь на самолете, хотя с воздуха, конечно, все не рассмотришь. Летчик — опытный воздушный разведчик танкового корпуса. Договариваемся, что он, поднявшись, покружится над местами скопления битой техники. И не низко, а повыше, чтобы можно было окинуть взглядом картину, посчитать машины.

— Слушаюсь, товарищ майор. Слушаюсь… Слушаюсь, — отвечает он.

Это «слушаюсь» мне как-то не нравится. Иваненко, Мерзляков и другие, с которыми мне обычно приходится летать, к подобного рода заданиям, а вернее, просьбам относятся обычно весьма критически, спорят. Советуют. Но оба они далеко, а в гостях, как говорится, воля не своя. Именно этот самолет предоставили танкисты.

Поднимаемся. Сначала все идет хорошо. Самолет поднялся метров на триста, и я принимаюсь добросовестно считать подбитые танки, пушки. Записываю места их расположения. Летаем часа полтора, и вот тут-то и происходит со мною один из самых неприятнейших за всю войну инцидентов.

Наблюдая больше за дорогой, чем за картой, летчик сбивается с пути. Впереди и под нами оказывается застрявшая колонна артиллерии на механической тяге. Машины буксуют. Солдаты стараются вытащить их. И вдруг, когда мы на изрядной, правда, высоте оказываемся над этой колонной, солдаты, возящиеся у машин, начинают разбегаться по полю и ложиться в кювет.

Это сразу бросается в глаза. Что такое? Ведь наши любят своих «кукурузников» какой-то особой, дружеской любовью и провожают их добродушными шутками. И уж, конечно, даже и необстрелянному новобранцу не придет в голову спасаться при тарахтении их слабенького мотора.

Немцы! Мы залетали к немцам.

Летчик тоже понял это. Он круто развернул машину и, продолжая набирать высоту, ведет ее к лесу, виднеющемуся вдали, в расчете, что над этим лесом мы уже будем в безопасности.

Нам стреляют, так сказать, в спину. Это видно по беспокойным вспышкам пулеметных огоньков и по искристой паутине трасс, повисающей справа и наверху. Вот теперь-то, впервые за всю войну, и замечаешь, что «У-2» такой тихоход. Лес близко. Ударили? И вдруг на опушке в сером лохматом кустарничке зловеще вспыхивают багровые огни. Бьют автоматические зенитки — эрликоны, знакомые мне еще по Калининскому фронту, по первому запомнившемуся мне полету в качестве стрелка-радиста на штурмовике. Где-то выше и впереди появляется рядок красивых пушистых белых дымков, похожих на распустившиеся коробочки хлопчатника. Промазали?

Но что-то сильное встряхивает в этот момент самолет, бросает меня головой о щиток. На миг все куда-то исчезает, а потом, как в тумане, вижу справа крыло самолета, от которого отодрало изрядный кусок зеленого перкаля, разнесенный вдребезги плексигласовый щиток, затылок летчика без шлема, крепкий стриженый затылок с атлетической складкой на шее. Волосы уже взмокли от крови. Она струйками стекает за воротник кожанки. Но летчик продолжает вести самолет, который быстро теряет высоту, стараясь его выровнять.

Вырываю из планшета индивидуальный пакет, вытягиваю нитку и чувствую, что руки плохо слушаются. В теле какая-то тягостная, связывающая ломота. Пытаюсь перебинтовать раненого, но он отрицательно мотает головой. В зеркальце видно бледное лицо, плотно закушенные губы.

Самолет все еще летит, летит какими-то рывками, все время заворачивая вправо. Мысль работает резко, отчетливо. Хорошо еще, что у нас изрядная высота. Что же теперь? Разобьемся? Это не худшее. Хуже сесть у врага. Лес, как видно, небольшой. В нем не спрячешься, да и мой товарищ, как видно, крепко ранен. Достаю из кобуры пистолет, досылаю патрон, кладу за пазуху, чтобы был под рукой. Мы уже совсем низко. Верхушки сосен хлестнули по фюзеляжу. Мягкий шлепок о снег. Опять на миг все исчезает. Но только на миг. В следующий миг могу оглядеться. Опушка. Небольшая поляна.

На мгновение в глазах мелькают самоходные пушки. «Фердинанды»? Спускаю предохранитель. В левой руке летчика тоже чернеет пистолет.

Но уже в следующее мгновение видим бегущих по снегу к нам людей. Они в серых ушанках, в дубленых полушубках.

Наши!.. Очнулся от жжения во рту и резкого запаха. Дюжий рябой сержант, должно быть, искренне и не без основания веря, что самым целительным из лекарств является спирт, раскрыл мне рот и сунул в него горлышко фляги. Откашлявшись, оглядываюсь. Летчик сидит на снегу. Какой-то боец в полушубке перевязывает ему голову с той угловатой неловкостью, с какой крупные, сильные люди делают обычно мелкую, непривычную работу.

Оказывается, мы приземлились в расположении полка самоходных орудий Первого Украинского фронта, всего в нескольких километрах от дороги, по которой отступают части генерала Хубе. У летчика разрывом сорвало шлем и осколком поцарапало затылок. Меня слегка контузило. Зато бедный наш самолет превратился в кучу фанеры и рваного перкаля, и, вероятно, никакой, даже самый старательный механик уже не вернет его к жизни.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

СЮРПРИЗ

Из книги Тостуемый пьет до дна автора Данелия Георгий Николаевич

СЮРПРИЗ Скончался отец Гали. Похоронить Григория Прохоровича хотелось там, где похоронены все наши, на Новокунцевском кладбище. Поехал в Моссовет, к начальнику, от которого это зависело. Начальник сказал, что нужно официальное письмо.— От кого?— От вашего


«Сюрприз»

Из книги Там помнят о нас автора Авдеев Алексей Иванович

«Сюрприз» Отсутствие известий о судьбе галушкинской группы угнетающе действовало на нас. Ребята ходили хмурые. Реже слышались обычные шутки у костра, подначивания. Все рвались на боевые задания.По приказу германского командования с 15 мая снова усилили охрану железной


Сюрприз

Из книги Земля и небо. Записки авиаконструктора автора Адлер Евгений Георгиевич

Сюрприз — Чем вы занимаетесь? — спросил как-то раз АэС, когда я оказался на заводе, вырвавшись с аэродрома.Я принялся рассказывать об очередных доводочных работах на самолетах ББ-22, остатки которых еще достраивались на заводах № 1 и № 81. Чем больше я вдавался в


Неприятный полет в Югославию

Из книги Личный пилот Гитлера. Воспоминания обергруппенфюрера СС. 1939-1945 [litres] автора Баур Ганс

Неприятный полет в Югославию В Югославии росла активность коммунистических партизан, что делало страну все менее безопасной. Я получил приказ забрать из Аграма Поглавника. Когда я уже собирался заходить на посадку, то обнаружил, что аэродром в руках партизан. Недалеко от


НЕПРИЯТНЫЙ СЛУЧАЙ В ОПЕРЕ

Из книги Война от звонка до звонка. Записки окопного офицера автора Ляшенко Николай Иванович

НЕПРИЯТНЫЙ СЛУЧАЙ В ОПЕРЕ В дни длительных затиший между боями, которые теперь зависели только от нас, мы посещали Ригу, знакомились с ее достопримечательностями, интересовались ходом восстановительных работ, в частности, строительством большого деревянного моста


СЮРПРИЗ

Из книги Вырастая из детства автора Романушко Мария Сергеевна

СЮРПРИЗ Завтра – праздник: Первое мая. Всемирный день трудящихся.Бабушка вымыла меня в ванной, расчесала волосы, заплела в косы красивые голубые ленты и велела надеть праздничное, беленькое платье. «Ведь уже почти праздник», – сказала она. Удовлетворённо оглядела меня с


СЮРПРИЗ

Из книги Избранные произведения в двух томах (том первый) автора Андроников Ираклий Луарсабович

СЮРПРИЗ Когда все это было рассмотрено по второму и третьему разу и обговорено всесторонне и лермонтовские реликвии временно перешли со стола на дальний диван, профессор Винклер принес три небольших альбома и, положив их передо мною, сказал:— Иха-а-акли Люахзабович,


НЕПРИЯТНЫЙ РАЗГОВОР

Из книги Походы и кони автора Мамонтов Сергей Иванович

НЕПРИЯТНЫЙ РАЗГОВОР На одной из следующих остановок батареи капитан X и вольноопределяющийся Y (я не хочу их называть), наши главные грабители, в сопровождении нескольких сотоварищей, но уже меньшей величины, предстали передо мной.— Прапорщик Мамонтов, вы отдали


Сюрприз

Из книги Счастливая девочка растет автора Шнирман Нина Георгиевна

Сюрприз Родители уезжают в санаторий — врач сказал Мамочке, что непонятно, «как она ноги таскает», — по-моему, ужасная глупость, потому что она очень красиво ходит. А про Папу он сказал, что семнадцать лет без отпуска — это хуже, чем безобразие! Я не понимаю, что может быть


Приятный сюрприз

Из книги Унесенные за горизонт автора Кузнецова Раиса Харитоновна

Приятный сюрприз Лето подходило к концу, а я все еще не получила извещения о переводе в РИИН. И решила действовать сама. Декан принял меня и внимательно выслушал. Я воодушевленно наплела про ошибку с призванием, про любовь к литературе и слабые нервы, отчего юрист из меня ?


Сюрприз для Запада

Из книги СССР. Зловещие тайны великой эпохи автора Непомнящий Николай Николаевич

Сюрприз для Запада Но, как показывают ныне открытые документы, в конце лета 1955 года в самый разгар развертывания сил НАТО у черноморских рубежей Советского Союза (видимо, совершенно неожиданно для Запада) на его только что созданном Новоземельском, Семипалатинском и


Неприятный разговор

Из книги Чётки автора Саидов Голиб

Неприятный разговор У моего брата есть очень забавный импульсивный товарищ, который не совсем хорошо ладит с современной техникой, а потому своеобразно воспринимает информацию, исходящую с мобильного телефона.Иногда, данный факт даёт брату повод – лишний раз


Глава 5 Неприятный разговор о Франческе

Из книги Хилтоны [Прошлое и настоящее знаменитой американской династии] автора Тараборелли Рэнди

Глава 5 Неприятный разговор о Франческе 10 марта 1958 года Франческе Хилтон исполнялось одиннадцать лет. Она была веселой и живой девочкой с длинными вьющимися волосами, обожала мать, которая была для нее центром вселенной. Жа-Жа старалась заботиться о ней, но материнские


9. Сюрприз

Из книги Коко Шанель автора Надеждин Николай Яковлевич

9. Сюрприз Они подъехали к Руайо глубокой ночью. По дороге Габриель уснула. И Этьен, остановив автомобиль у крыльца дома, бережно взял девушку на руки и отнёс в дом. Он уложил её на кровать в спальне для гостей. Осторожно снял с ног туфельки. Накрыл Габриэль пледом. Потом