ГЛАВА 18 Потрясающие Граси

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГЛАВА 18

Потрясающие Граси

В 1987 году мы с Бобом Уоллом отправились в Рио-де-Жанейро, чтобы поплавать с аквалангами. Находясь там, мы также посетили различные школы боевых искусств. Мы побывали на тренировках в нескольких школах, и куда бы мы ни приходили, нам везде рассказывали потрясающие истории об удивительной семье Граси — местных героях джиу-джитсу.

— Мы не портим отношения с Граси, — говорили нам все, — потому что они по-настоящему крутые ребята!

Мы с Бобом загорелись желанием познакомиться с семьей Граси и разыскали их школу в Рио. Там мы встретились с Хелио Граси, отцом клана — невысокими мужчиной лет семидесяти пяти, который все еще занимался боевыми искусствами. Его сын Риксон являлся лидером младшего поколения Граси. Мы с Бобом спросили, можно ли позаниматься вместе с ними, и Граси любезно согласились.

До этого я уже немного занимался джиу-джитсу с Джином ЛеБеллом в США, а также имел черный пояс по дзюдо, поэтому был вполне уверен, что смогу тренироваться наравне с этими ребятами. Но когда мы встали на татами и начали схватку, я вскоре обнаружил, что все известные мне приемы боевых искусств оказывались неэффективными против Граси! У меня было такое чувство, словно я никогда в жизни не занимался боевыми искусствами! Этот случай очень сильно смирил меня. Ребята задали мне жару!

Хелио Граси тоже вышел на татами и захотел схватиться со мной. Мы стали бороться, я повалил его и уселся сверху, и тут мистер Граси неожиданно предложил:

— Ударь меня, Чак.

— Нет, мистер Граси, я не буду вас бить.

— Нет-нет, не бойся. Давай, ударь меня, — настаивал пожилой человек

— Ну, ладно…

Я нехотя занес руку для удара — и это было последнее, что я запомнил, потому что в следующую секунду отключился.

Когда я пришел в сознание и огляделся, то сообразил, что старик применил удушающий захват и мгновенно "вырубил” меня. Мое горло, казалось, будет болеть после этого захвата еще не один день.

Мистер Граси улыбнулся и сказал:

— Чак, оставайся в Рио. Будешь тренироваться вместе со мной и моими сыновьями, и я сделаю тебя одним из лучших мастеров джиу- джитсу в мире.

— Большое спасибо, мистер Граси, но мне действительно нужно возвращаться домой, — поблагодарил я, с трудом сглатывая: я собирался снимать очередной фильм, поэтому не мог остаться в Бразилии.

Со временем семья Граси перебралась в Калифорнию и открыла там школу джиу-джитсу вместе с братьями Мучадо — четырьмя первоклассными мастерами. С тех пор Граси и Мучадо стали моими лучшими друзьями.

Их подход к джиу-джитсу — один из наиболее эффективных в мире. Он особенно результативен в ближнем бою, каковым является большинство уличных драк. Граси могли свалить нападавшего с ног быстрее всех, кого я знал. Даже на тренировках они могли взять человека в такой захват, из которого было практически невозможно выбраться, не сломав руку или ногу. Они также обладали потрясающей способностью переходить из одной позиции в другую настолько быстро и плавно, что их противники не успевали понять, что произошло. Секрет Граси заключался в использовании правила рычагов, а не в физической силе, и поверьте мне, они в самом деле были потрясающими.

С 1978 года я возглавлял организацию мастеров боевых искусств, обладателей черных поясов, известную под названием Объединенной федерации боевых искусств. Каждый год, в июле я приглашаю всех своих учеников, ставших обладателями черных поясов, на съезд в Лас-Вегасе, где мы в течение нескольких дней вместе тренируемся. Десять лет подряд, начиная с 1993 года, семья Граси и братья Мучадо проводили на наших съездах свои семинары.

Когда мои "черные пояса" овладевают чункукдо (общим путем), я советую им изучать и джиу-джитсу, а в мире нет лучше специалистов в этой области, чем Граси и Мучадо.

На съезде в 1999 году Карлос Мучадо, старший из братьев, попросил меня:

— Чак, ты не мог бы позаниматься с моими новичками?

— Хорошо, Карлос. Это будет интересно, — ответил я.

Карлос вел группу из двадцати двух человек, недавно получивших черные пояса. Молодые, проворные и сильные, они представляли цвет нового поколения мастеров боевых искусств, и я был очень рад шниматься с ними.

Карлос попросил меня показать ученикам несколько захватов и способов освобождения от них. Когда я показывал одному из учеников, как освободиться от захвата, он неожиданно схватил меня и стал пытаться повалить на пол.

Это было не совсем то, что я имел в виду, но поскольку мы уже схватились, мне пришлось заломать ему руку. Я знал, что парень не станет долго терпеть боль. Действительно, он почти сразу же застучал другой рукой по татами, давая понять, что сдается.

В это время другой ученик, наблюдавший нашу схватку, спросил меня:

— Мистер Норрис, а можно мне с вами побороться?

— А… ну… ладно, давай!

Мы с ним несколько минут боролись, а затем я снова применил захват, и он застучал по татами.

После него еще один обладатель черного пояса захотел схватиться со мной. В конце концов я стал бороться с каждым по очереди. Ребятам было чуть больше двадцати лет, многие из них занимались борьбой в колледжах. "И как это меня угораздило?" — думал я.

Одним из учеников был Виктор Матера, молодой обладатель черного пояса, который с восхищением внимательно наблюдал за нашими поединками. Каждый раз, когда я вынуждал очередного соперника сдаваться, Виктор спрашивал у Карлоса Мучадо:

— А как можно защититься от этого приема?

Карлос показывал Виктору, как можно избежать того или иного захвата. Пока я продолжал бороться с учениками, Карлос рассказывал Виктору, как противодействовать каждому из моих захватов или приемов, так что с очередным учеником набор имевшихся в моем распоряжении неожиданных приемов постепенно иссякал.

В конце концов я победил всех учеников, кроме Виктора, который подошел ко мне и спросил:

— Мистер Норрис, можно мне побороться с вами?

— Ну, не знаю, — ответил я. — Вообще-то, я уже устал.

— Пожалуйста, мистер Норрис, можно я буду последним?

— Ладно, давай.

Мы начали бороться, и каждый раз, когда я пытался осуществить захват, Виктору удавалось его избежать. Ему помогало то, что он наблюдал и изучал все мои приемы, а также спрашивал Карлоса, как защищаться от моих захватов. Тем не менее примерно через две минуты я и его заставил признать свое поражение.

Я был уже практически без сил, но эта тренировка очень подняла мой авторитет среди "черных поясов". Я услышал, как кто-то из них сказал; "Мистер Норрис победил подряд двадцать два "черных пояса"!" Я улыбнулся, понимая, что в ближайшее время мне не потребуется лишняя похвала, чтобы тешить свое "я".

Я люблю тренироваться вместе со своими бывшими учениками или С учениками моих бывших учеников, но с каждым годом мне становится все труднее оставаться наравне с ними. В другой раз на съезде ученики отрабатывали удары ногами на манекене с электронным датчиком, показывающим силу удара в фунтах на квадратный дюйм. Большинство учеников ударяли по манекену с силой порядка двухсот фунтов на квадратный дюйм. Некоторым удалось ударить с силой почти триста фунтов на квадратный дюйм. Это весьма сильный удар, и я был очень впечатлен.

— Мистер Норрис, попробуйте и вы! Покажите, как вы бьете! — предложил один из моих учеников-"черных поясов".

— Да ну, я думаю, не стоит… — стал отнекиваться я.

— Ну пожалуйста, мистер Норрис! Покажите нам, как вы бьете!

В конце концов я уступил и сказал:

— Хорошо, я попробую.

Я подпрыгнул и ударил по манекену. Я не знаю, что сделал не так, как мои ученики; может быть, мой удар получился безукоризненным, но датчик показал, что сила удара составила шестьсот фунтов на квадратный дюйм!

— Ничего себе! — воскликнул один из "черных поясов". — Так сильно еще никто не бил! Еще никому не удавалось ударить сильнее, чем триста фунтов, а мистер Норрис ударил в два раза сильнее!

Поверьте, я был так же удивлен, как и мои ученики! Они с благоговением посмотрели на меня и вернулись к манекену, стараясь улучшить свои результаты. Но ни один из них не смог ударить хотя бы в половину слабее, чем я.

Я уверен, что мой рекорд был вызван каким-то отклонением датчика, но для своих учеников я стал просто идеалом!