Командировка в Египет

В начале апреля 1967 года меня неожиданно вызвал к себе заведующий Международным отделом ЦК Борис Николаевич Пономарев и предложил возглавить партийную делегацию в Египет.

В Египте нас принимали на высоком уровне. Поскольку президент Египта Насер был болен, переговоры с нами вел вице-президент Али Сабри. Он встречался со мной дважды. Первая беседа вместо запланированного получаса продолжалась четыре часа, вторая – тоже продолжительная – проходила практически без посторонних. Али Сабри интересовался кадровой политикой КПСС.

Курировал нашу делегацию начальник канцелярии президента, он же председатель Арабского социалистического союза. В течение двух недель состоялись интересные встречи, переговоры, в частности, с губернаторами.

В результате у меня сложилось впечатление, что в Египте вопрос о власти далеко не решен. Меня тогда поразила эйфория египетских руководителей, которые уверяли меня в достижении гармонии отношений в их обществе. Я им возражал:

– О какой гармонии вы говорите? У вас офицеры армии – бывшие помещики, у которых вы дважды отобрали землю и власть. Сначала вы оставили им по сто гектаров, потом – по пятьдесят. Вы говорите, что не отобрали, а выкупили у фабрикантов их предприятия. Но разве они остались довольны? В то же время дети помещиков и капиталистов являются офицерами в вашей армии. И вы считаете их своими союзниками?

Многое мне тогда показалось тревожным в Египте. Вернувшись, я отправил обстоятельную Записку в ЦК, в которой писал, в частности, что вопрос «кто – кого» там еще не решен, что нам нужно глубже разобраться в событиях в Египте. Хотелось все это донести до наших «верхов». Я просился на прием к Брежневу. Тот обещал встретиться, но ни он и никто другой не захотели меня выслушать.

Ю. Д. Липинский[2]: Состояние войск ПВО в египетской армии, которая была оснащена нашим вооружением, вызвало у Николая Григорьевича большую тревогу… Как раз решение Николая Григорьевича выступить на июньском пленуме ЦК, где он поставил вопрос об обороне, – это результат его поездки в Египет… В отчет о командировке, об увиденном, о состоянии обороны, ПВО и вооруженных сил Египта Егорычев включил даже рекомендации, на что следует обратить внимание руководству нашей страны… Была составлена еще Записка в ЦК на трех или четырех листах. Кому Егорычев отдал ее, я не знаю. Ему ни привета, ни ответа. Никто с ним по этому вопросу даже разговаривать не захотел!

Возможно, поводом к нежеланию встретиться со мной послужил и такой факт.

Как-то во время визита меня пригласили побеседовать с нашими советскими специалистами, работавшими на строительстве Асуанской плотины. Увидев в кабинете начальника стройки два портрета – Ленина и Брежнева, я заметил: «Так даже в Москве не делают». Тот стал оправдываться, что надоде было грязное пятно на стене закрыть, вот он и повесил портрет генсека. Потом, поразмыслив, что сказал что-то не то, решил, видимо, «упредить» – донести на меня за мое замечание.

А Брежнев ничего не пропускал мимо ушей.

С. Е. Егорычева[3]: Еще задолго до поездки в Египет и июньского пленума ЦК я заметила, что Николай Григорьевич стал приходить домой озабоченным, в плохом настроении. Это могло быть следствием его разговоров с Брежневым или другими членами политбюро. «Наверху» обсуждались разные вопросы, по которым он мог высказать свое несогласие.

Особенно неспокойным он стал после приезда из Египта. У него тогда сложились тяжелые впечатления о жизни народа, об обороне Египта, об обстановке в стране в целом. Эта поездка подтвердила его худшие предположения, что и мы не готовы к обороне так, как надо. К этому заключению он пришел и в результате неоднократных поездок по воинским частям Московского военного округа.

Через месяц после моего возвращения из Египта развернулись трагические события: 5 июня 1967 года на Ближнем Востоке вспыхнула война между Израилем и Египтом, во время которой израильская армия нанесла сокрушительный удар по Египту и Сирии, за обороноспособность которых мы несли прямую ответственность.

Война, продолжавшаяся всего шесть дней (как «шестидневная» она вошла в историю), в значительной степени определила дальнейшие события в этом регионе. Израильтяне нанесли сокрушительное поражение превосходящим по численности силам арабов и захватили принадлежавшие Египту Синайский полуостров и сектор Газа, у Сирии – Голанские высоты, у Иордании – Западный берег реки Иордан. Много военной техники, которую Советский Союз поставлял в Египет, попало в руки Израиля.

Советский Союз разорвал дипломатические отношения с Израилем, чем вызвал нездоровые антиарабские, с одной стороны, и антисемитские настроения – с другой, в нашей стране. Сложившейся тревожной ситуации и действиям политбюро ЦК в этих условиях был посвящен пленум, который состоялся 20–21 июня 1967 года, через две недели после окончания войны.

Этот пленум перевернул всю мою жизнь.