ДЕТИ

ДЕТИ

К будущему дочерей и сыновей Шаляпин относился очень серьезно и взволнованно. Конечно, было бы странно, если бы в его семье искусство не стало главным увлечением детей, но вместе с тем Федор Иванович был убежден: художественный талант по наследству не передается и его развитие требует огромного повседневного труда. Дочери Ирине 14 января 1926 года Федор Иванович писал: «Признаться откровенно, я никогда не стоял за то, чтобы вы работали в театре, но мать этого очень хотела и, как ты заметила, весьма протежировала этому. А я был и есть такого мнения: „В Театре может быть (и то?) хорошо тому, кто имеет грандиозный, выходящий вон из рамок талант, — всё же другое обречено на унижения и страдания“ (курсив и кавычки Ф. И. Шаляпина. — В. Д.). Особенно, конечно, тяжело в театре женщине».

Лидия Федоровна Шаляпина (1901–1975) семнадцати лет пришла учиться в «шаляпинскую» студию. Решением Вс. Мейерхольда — он в ту пору руководил Театральным отделом Наркомпроса — студию назвали «Театр РСФСР-4». Мейерхольд-администратор решил начать упорядочение театрального дела с присвоения труппам порядковых номеров. Лидия училась актерскому мастерству у известных актеров мхатовской школы Л. М. Леонидова, О. В. Гзовской, А. П. Нелидова и других.

Летом 1918 года семья Шаляпиных жила на даче Н. Д. Телешова в подмосковной Малаховке, там же режиссер И. Н. Перестиани ставил кинофильм «Честное слово», Ирина и Лидия Шаляпины участвовали в съемках.

В 1921 году Лидия Шаляпина вышла замуж за Василия Антика и выехала за границу, в Берлин. Брак оказался непрочным, как считал Горький, из-за навязчивого вмешательства в жизнь молодых со стороны родителей Василия. В письме от 5 мая 1922 года Горький успокаивал Шаляпина: «Вероятно, Антики написали тебе о том, что Лидия ушла от них, и я уверен, что они оболгали ее. Они рассчитывали „сделать лицо“, спекульнув именем Шаляпина, эксплуатируя твою дочь, и Лидия поступила вполне разумно, что не позволила им этого. Трепать имя твое в предприятиях сомнительного характера — дело гадкое. За последнее время отношение молодого Антика к Лидии приняло характер пошлейшего издевательства… Разумеется, ей недешево досталась эта история, но ничего, она душевно здоровый человек. Не беспокойся о ней: в случае нужды какой-либо — она обратится ко мне».

Иосиф Дарский, публикатор книги Лидии Шаляпиной «Глазами дочери» (Нью-Йорк, 1997), приводит в предисловии фрагмент заметки из американского журнала «The Musical Leader» (апрель 1924 года): «Лидия Шаляпина, дочь выдающегося русского баса, выступила на концертной эстраде в Лондоне, и после концертов в Париже и Берлине предстоит ее встреча с отцом в Америке. Он надеется выступить с концертами в нашей стране».

Лидия увлекается концертной и сценической работой, участвует в спектаклях русского театра «Золотой петух», записывает на пластинки популярные песни той поры, выступает на эстрадах Парижа, Берлина, Рима. С помощью друга Ф. И. Шаляпина, известного импресарио Сола Юрока, Лидия Федоровна в 1930-х годах обосновалась в США. Там она открывает вокальную студию, преподает пение в Вестчестерской консерватории, выступает с сольными концертными программами.

В 1975 году Лидия Федоровна Шаляпина умерла. Спустя десять лет после ее кончины родственники обнаружили в архиве ее воспоминания. Сестра Татьяна Федоровна Шаляпина-Чернова передала их Иосифу Дарскому, он и издал в Нью-Йорке книгу Лидии Федоровны «Глазами дочери».

Борис Федорович Шаляпин (1904–1979) в детстве хотел быть певцом, но отец, рано распознав в сыне художественные наклонности, настоял на занятиях изобразительным искусством. С 1919 года Борис учился живописи у В. И. Шухаева в Петрограде, а с 1922-го — в Москве у А. Е. Архипова, Д. Н. Кардовского, в 1923 году поступил на скульптурное отделение Вхутемаса к С. Т. Конёнкову. С 1925 года Борис в Париже, в студии на Монмартре работает под руководством К. А. Коровина и Р. Н. Степанова.

Федор Иванович приобрел для сына студию и помог ему организовать в 1928 году в Театре Королевской оперы и Ковент-Гардене в Лондоне художественные выставки. В фойе театров, в холлах отелей во время гастролей Шаляпина экспонировались картины Бориса Федоровича: Ф. И. Шаляпин в ролях Бориса Годунова, Дон Кихота, Мельника, Галицкого, Дона Базилио.

Отец внимательно следил за профессиональным развитием сына. «Боря едва ли приедет нынче в деревню. Сейчас он поехал к Рахманинову писать его портрет и проживет у него на даче (под Парижем), наверное, с месяц. Потом он получил заказ от Титта Руффо написать его портрет в роли Гамлета и для этого должен будет ехать в Рим», — сообщает Федор Иванович Ирине 11 июля 1929 года. «Боря работает много, но, конечно, мог бы работать больше» — это из письма Ирине 12 июля 1931 года. Через год: «Боря работает весьма успешно». Отец рад: дела у сына пошли в гору. В 1934 году в Париже Б. Ф. Шаляпин награжден золотой медалью «за живопись в стиле ню».

Получив награду и приобретя популярность во Франции, Борис Федорович в 1935 году уезжает в Америку.

В Нью-Йорке в 1940–1941 годах Борис Федорович рисует артистов антрепризы Сола Юрока «Ballet Pusse Monte Carlo» и «Colonel de Basits Ballet Russe» — 40 портретов, в их числе балетные и театральные знаменитости: Джордж Баланчин, Антон Долин, Михаил Фокин, Вацлав Нижинский, Михаил Чехов, музыканты Сергей Рахманинов, Игорь Стравинский, Сергей Кусевицкий, а также американский писатель Теодор Драйзер и другие.

С 1942 по 1970 год Борис Федорович Шаляпин — официальный иллюстратор еженедельного журнала «Time». За 30 лет сотрудничества художник выполнил для популярного массового издания более четырехсот обложек и своей энергичной деятельностью прочно вписался в американскую визуальную культуру. Как правило, в конце недели, обычно в пятницу, Б. Ф. Шаляпин получал заказ на обложку с портретом конкретного лица, ее надлежало оперативно представить в редакцию утром в понедельник. Среди известных персон, воспроизведенных Б. Ф. Шаляпиным в журнале, президент США Джон Кеннеди, его супруга Жаклин Кеннеди (1960), звезды экрана Мэрилин Монро (1956), Марлон Брандо (1952), музыкант Артур Рубинштейн (1966), королева Великобритании Елизавета II, принцесса Маргарет (1949), продюсер Оскар Хаммерштейн (1949), советские политические лидеры Андрей Громыко (1947), Иосиф Сталин (1953), Никита Хрущев (1961).

В апреле 1961 года Б. Ф. Шаляпин срочно воспроизвел с газетного снимка портрет космонавта Юрия Гагарина, и журнал «Time» одним из первых сообщил миру о сенсационном событии.

Не чурался Б. Ф. Шаляпин и сотрудничества с рекламным бизнесом — ему принадлежит множество броских плакатов: фирмы пишущих машинок «Ремингтон», известных банков, торговых домов и пр.

Творческие интересы Бориса Федоровича Шаляпина разнообразны, он создает живописные и скульптурные образы русских типов — купцов, бурлаков, цыган, народных бунтарей Пугачева, Разина, пишет пейзажи России, Франции, Швейцарии, Израиля, просторы американского Запада, оформляет декорации фильма «Дон Кихот» режиссера Г. Пабста, в котором заглавную роль играет Ф. И. Шаляпин.

В 1960 году художник побывал в Москве в порядке культурного обмена творческих делегаций США и СССР. В 1975 году в Доме дружбы с народами зарубежных стран открылась выставка Бориса Федоровича Шаляпина. Экспонировались картины: Рахманинов за роялем, портреты Сергея Прокофьева, Галины Улановой, Анри Труайя, Сергея Конёнкова. В 1977 году Борис Федорович выполнил карандашный рисунок солиста Большого театра И. С. Козловского. Московскому музею Ф. И. Шаляпина Борис Федорович передал сценические костюмы Бориса Годунова, Еремки, Кончака, Ивана Грозного, Олоферна, Демона. Художник предполагал осуществить в Москве еще одну большую выставку своих работ, но не успел: он умер в 1979 году. Спустя 30 лет, в июне 2009 года, Третьяковская галерея провела выставку «Американские художники в Российской империи», на которой были представлены и работы Бориса Федоровича.

…20 сентября 1905 года в Москве Валентин Серов в доме Шаляпиных рисовал портрет Иолы Игнатьевны. За чаем хозяйка пожаловалась, что неважно себя чувствует и должна уйти. Валентин Александрович схватил свой альбом и спешно ретировался, сказав, что до смерти боится подобных происшествий. Оно и случилось на следующее утро: в доме в 3-м Зачатьевском переулке появились на свет близнецы — Татьяна и Федор Шаляпины.

…В 1980–1990-х годах Федор и Татьяна после скитаний по миру обосновались в Риме, иногда бывали в Москве. Федор Федорович приехал по приглашению общества «Родина» в 1986 году, остановился в гостинице «Украина». Беспрестанно звонил телефон. «Одолевают журналисты, киношники, — сетовал Федор Федорович. — Я чувствую себя Хлестаковым. Ведь кто я, в сущности? Только сын знаменитого отца. Чем я могу быть интересен?»

В феврале 1991 года Федор Федорович прибыл в Москву не только в качестве сына Шаляпина, но и как артист: его пригласил на съемки режиссер А. С. Кончаловский, посчитавший, что никто лучше Шаляпина-младшего не сможет сыграть в его картине русского интеллигента 1930-х годов, но замысел не реализовался… За плечами 85-летнего артиста более семидесяти фильмов. Зрители разных поколений видели Ф. Ф. Шаляпина в роли Кашкина в фильме «По ком звонит колокол» (1943) по роману Э. Хемингуэя, в роли Хорхе де Бургаса в картине «Именем Розы» (1986) по роману Умберто Эко, в фильмах «Moonstruck» (1987), «Власть луны» (1987), «Собор» (1989), «Стенаг и Айрис» (1990). Одна из последних его работ — в картине «Ближний круг» (1991) о Советской России времен диктатуры Сталина. Снимался он и у Федерико Феллини в фильме «Рим» (1972). …Артисты разыгрывают сцену убийства Юлия Цезаря. В коротком эпизоде зритель видит усталого разгримировывающегося актера, исполнителя роли Цезаря. Он перекидывает через плечо длинный шарф, медленно закуривает сигарету. Это — Федор Федорович Шаляпин…

Федор Федорович — почетный член российского патриотического движения «Память». Когда его спрашивают о семье, он категорически отмежевывается от сводных братьев и сестер:

«Я буду говорить о законных, потому что у отца были еще три внебрачные дочери. Итак, первая и последняя жена Федора Ивановича, моя мама — итальянская балерина Иола Игнатьевна, которую Сергей Рахманинов называл Елочкой, — родила шестерых. Первый ребенок Игорь, умер в возрасте пяти лет. Потом пошли Ирина, Лидия… В 1904 году, к неописуемому восторгу отца, родился Борис, а на следующий год — я с Таней… Отец выехал в Париж со своим „незаконным“ семейством годом раньше, а потом и я, Борис и Ирина вместе с мамой отправились к нему…»

Киноактером Федор Федорович задумал стать еще в детстве, но освоил профессию далеко не сразу. У Федора Ивановича непоследовательность сына всегда вызывала тревогу. 14 августа он писал Ирине:

«Федьку отправляю учиться в агрикультурную школу. Жаль, мальчишка болтается без дела. Он парнишка хороший, добрый и сердечный, тоже неглупый, но российский мечтатель со многими идеями в голове, но с малой и даже ничтожной энергией насчет работы». Недовольство, раздражение и тревога прослушиваются и в письме Ирине из Нью-Йорка 3 мая 1926 года: «Ты, конечно, знаешь, что Борька в Париже, устроился (так сказать) у себя — нанял мастерскую и работает. Лида где-то в Скандинавии или в Фландрии — не знаю наверное. Танька играет в Риме, а Федька только недели две назад уехал в Лос-Анжелос, в Калифорнию, чтобы попробовать счастья в синема. Но по беспечности своей и по крайнему дурству с неделю назад слетел где-то с лестницы и порвал себе на ноге связки, да еще как — говорят, повредил и кость — вот теперь лежит в гипсе и успокаивает меня письменно, что все, мол, пройдет через три-четыре дня!!! Свинство!!»

Конечно, Федор Иванович жалеет детей и, разумеется, помогает им устроиться в жизни.

«От Федьки получил недавно письмо, — сообщает он Ирине из Австралии 29 августа 1926 года. — Тяжело ему — не может добиться попасть на работу в кинема… Н-да! Это не так легко, как кажется. Ну что ж, подождем, посмотрим. От Бори не имею писем. Он вообще ленивый парень, а уж насчет писем еще ленивее меня. Лида, кажется, в Париже. Тоже из театра ничего не выходит».

В то же время самих детей Шаляпина подчас тяготит зависимость от отцовской популярности и славы, хотя, конечно, она и открывала им многие двери «в мир искусства».

«Недавно получил письмо от Федора из Канады (?), — сообщает Федор Иванович Ирине 27 октября 1927 года и удивленно ставит большой вопросительный знак. — Пишет: „Папа, не беспокойся обо мне. Не сообщаю тебе моего адреса и не сообщу до тех пор, пока не устрою своих всех дел и не встану прочно на ноги“. Ну что ж?»

В Берлине летом 1929 года Федор Иванович встречается с сыном, который пристроился сниматься в малоизвестную кинофирму. «Он странный мечтатель, — размышляет отец, — но очень хороший, порядочный мальчишка. Если буду делать фильм — возьму его работать и посмотрю сам, на что он способен». Так и случилось на съемках «Дон Кихота». «Федька один из директоров фильма, — сообщает Федор Иванович Ирине и тут же огорченно добавляет: — Но… малый не так далек, как надо бы…»

В последующие годы Федор Федорович Шаляпин снимался в США, Германии, Италии, знаменитым, однако, не стал: в основном его занимали в эпизодических и второстепенных ролях.

В 1959 году Федор Федорович приобрел квартиру в Риме.

— Вас не тянет в Россию навсегда? — спрашивает московский журналист.

— Видите ли, с годами чувства притупляются. И для меня сейчас все равно где жить: в Риме, Москве, Нью-Йорке. Ведь я жил всюду, и душа моя стала интернациональной. Мой дом — весь мир.

— Что ж, вольному воля… — растерянно откликается разочарованный интервьюер; видимо, он ждал иного ответа, более «патриотичного»…

Федор Федорович передал много дорогих реликвий шаляпинскому дому в Москве, картины Серова и Коровина. Оружейной палате он завещал кольцо с бриллиантом, подаренное отцу императором Николаем II. Умер Федор Федорович Шаляпин в Риме. Корреспондент «Известий» М. Ильинский сообщал 22 сентября:

«Похоронили его скромно и тихо 21 сентября 1992 года у „первых ворот“ Рима с надеждой на перезахоронение в России. Но это, — печально сетует журналист, — как показывает практика, не так просто сделать». Еще бы… Впрочем, какие-либо собственные пожелания Федора Федоровича остались неведомы, кроме того, что в конце жизни он, как и отец, уверенно причислял себя к «гражданам мира».

В феврале 1993 года в Москве скончалась Татьяна Федоровна Шаляпина-Чернова.

В молодые годы Татьяна выступала в Париже в русской труппе Татьяны Павловой, вышла замуж за журналиста Эрметте Либерати, обозревателя художественной жизни в газетах «Моменто сера» и «Тровазо». Эрметте знал европейские языки, сочинял популярные песни, писал статьи и книги по искусству. Федору Ивановичу новый родственник был явно симпатичен, он брал веселого и ловкого итальянца в длительные гастроли в качестве секретаря-порученца и просто обаятельного собеседника.

Из Парижа в мае 1929 года Федор Иванович сообщает Ирине в Москву о домашних новостях и грядущих событиях:

«Получил я твои три письма третьего дня. Читали их совместно Лида, Таня, Борька и я. Радовались твоим успехам. Дай Бог! Мы все, слава богам, живем хорошо и здоровы. Борька работает довольно много. Таня все беременеет и беременеет. Скоро, кажется, будет родить… Таня, конечно, ждет с нетерпением маму. Конечно, если мама приедет, то Таня будет в сто раз спокойней, и родить ей будет, конечно, легче».

В 1930 году Шаляпин писал из Буэнос-Айреса: «У Таньки родилась чудная девица, зовут Лидкой и уже делает ручкой и орет тау (что означает Ciao!). Младшего сына назвали Франко».

13 марта 1938 года Татьяна навестила больного отца за месяц до его кончины.

«Милая Арина! — сообщает Федор Иванович в Москву семейные новости. — Это Таня под диктовку пишет тебе это письмо. Она случайно, проездом в Рим, приехала три дня тому назад и живет у меня пока… Марфушка приезжала в Париж, но Маринка увлекла ее в Рим, и она теперь рассматривает старинные памятники. Таня тоже скоро уезжает туда же, и я останусь пока только с Даськой. Все тебе любовно кланяются, а я тебя крепко целую».

Дети, да и то не все, соберутся теперь вместе на похоронах отца…

Во время войны Татьяна Федоровна жила в Европе, ее второй муж, немец-антифашист Н. Коннер, в годы оккупации заступился за еврея, был арестован и убит нацистами. Татьяна Федоровна уехала в США, в Нью-Йорк, некоторое время работала в Вашингтоне, в русском отделе радиостанции «Голос Америки». В Нью-Йорке вместе с третьим мужем, мелким коммерсантом Минасом Черновым, Татьяна открыла кондитерскую и магазин европейской еды. Овдовев в конце 1980-х годов, Татьяна Федоровна переехала в Стретфорд Стринг (Коннектикут) — здесь жили сын Франко (Федор) с семьей, внуки Гарри и Александр.

В 1988 году Татьяна Федоровна приехала в Москву на открытие Музея Шаляпина на Новинском бульваре, передала в дар ценные архивные материалы и вещи отца. Ее сопровождали внучка Федора Ивановича Ирина Борисовна и невестка — Хельча Осиповна Шаляпина, вторая жена Б. Ф. Шаляпина.

В 1993 году Татьяна Федоровна, больная, в инвалидном кресле, участвовала в праздновании 120-летия со дня рождения Ф. И. Шаляпина: зал Большого театра приветствовал мужественную женщину. Трудную поездку Татьяна Федоровна не пережила, в Москве она умерла, похоронили ее на Новодевичьем кладбище, рядом с отцом.

Дочь Татьяны Федоровны Лидия Либерати, внучка Федора Ивановича, родилась в Париже, ее крестили в соборе Парижской Богоматери, на крестинах присутствовал Шаляпин. Родители рано разошлись, мать уехала из Италии, дети — Лидия и младший брат Франко — остались с отцом. Только в 1970-х годах, когда Татьяна Федоровна вернулась из США в Рим, дети сблизились с матерью.

Лидия с любовью вспоминает о приезде из России в Милан своей бабушки Иолы Игнатьевны Торнаги: «…она называла нас с братом „мои дорогие мышата“. Когда бабушка в 1960 году окончательно переехала в Италию, ей было 87 лет, она тяжело болела и никого не узнавала».

В зрелые годы Франко Либерати стал врачом-кардиологом, Лидия Либерати служила фармацевтом и преподавала в школе математику.

В Россию Лидия Либерати впервые приезжала в 1990 году как туристка, потом много раз бывала в Москве, в Петербурге, ездила на Соловки. Она хотела встретиться с директором Кремлевского музея Е. Гагариной, узнать о судьбе переданных в фонд музея часов императора Николая II, подаренных отцу в 1903 году, но не была ею принята.

Лидию не раз приглашали на шаляпинские торжества. «Особенно мне запомнилось пребывание в Крыму вместе с Жоржем Соловьевым, внуком О. М. Соловьевой, у которой в 1916 году снимала дом семья Шаляпиных. На этом месте теперь располагается пионерский лагерь „Артек“. На скале, которая носит имя Пушкина, Шаляпин хотел построить замок искусств для молодых артистов, музыкантов, художников. Теперь установлена мемориальная доска с его словами: „Были замки у королей, рыцарей. Отчего не быть замку у артистов?“ Я была поражена тем, как ко мне отнеслись русские. Они обнимали и целовали меня, как будто я была их родственницей, некоторые просили оставить автограф прямо на паспорте, все хотели подарить мне что-нибудь. Имя Шаляпина до сих пор оказывает в России магическое действие».

Марфа Федоровна Шаляпина (дочь от Марии Валентиновны) — по первому мужу Гарднер де Нортон, по второму — Хандсон-Дэвис (1910–2003).

Ф. И. Шаляпин писал Горькому из Будапешта 12 декабря 1928 года:

«Спасибо тебе за поздравление — выдал еще одну дочуру замуж (Марфу. — В. Д). Хорошая она у меня была, и жаль мне, что ушла из дома». А спустя полтора года по пути в Южную Америку, в Буэнос-Айрес, в театр «Колон», Ф. И. Шаляпин сообщал Ирине: «Даська уже большая и начинает „острить“ — беру ее и Маринку с собой, благо за проезд платит дирекция театра. Едет со мной также и Эрметте — он славный парнишка, и мне очень полюбился. Танюша чувствует себя хорошо, и бебешка у нее превосходная. Боря работает много и несколько перестал лениться. Федька тоже работает в фильмовом деле. Лида живет все в том же положении. На днях у Марфы родится дите, да и у Борьки тоже скоро. Разрастаемся… плодимся… к хорошему ли, к плохому ли — кто знает».

Из Буэнос-Айреса Шаляпин писал Ирине 15 августа 1930 года:

«У Марфуньки 20 июня тоже родилась дочь Наташка и тоже, говорят, прелестное существо, а на днях родилась дочь у Борьки (имя еще не знаю). Одним словом, я дед, и еще под знаком „кругом шестнадцать!“, как говорит народ. Вот так изуродовали дочери и сыновья. Ну, я рад всему этому несказанно. Я так обожаю разных малышей, что от радости их иметь, видеть и мять им попохи готов петь петухом… Успех имею здесь исключительный, что, конечно, приятно. Со мной здесь Даська, Маринка и Эрметте. Мария, конечно, тоже. И несмотря на фамильный образ жизни, — все же скучаем здорово… Радуюсь, что ты все же работаешь».

Марфа Федоровна приезжала в Россию из Англии. На церемонии перезахоронения отца она познакомилась с Галиной Сергеевной Улановой и подружилась с ней. У Марфы Федоровны более десятка внуков (точнее она не помнит!) и восемь правнуков. Дочь Катя — Кэти Гарднер — внучка Ф. И. Шаляпина, врач и политическая деятельница, баллотировалась в Ливерпуле на парламентских выборах от коммунистов. Она училась в Коста-Рике, работает в «Университете мира». Марфа Федоровна умерла в Ливерпуле в 2003 году.

Марина Федоровна Шаляпина-Фредци (1912–2009), дочь Ф. И. Шаляпина и Марии Валентиновны, с девяти лет училась в балетных классах у бывшей примы Мариинского театра Матильды Кшесинской и Любови Егоровой. В Париже увлеклась дизайном и архитектурой. В 1931 году друзья Ф. И. Шаляпина И. А. Бунин, К. А. Коровин и А. И. Куприн уговорили восемнадцатилетнюю Марину выступить на конкурсе красоты в Париже. «Красивых женщин много, — напутствовал ее Бунин, — но прелестных своей милостью, как Марина, — очень мало!» На ежегодном конкурсе красоты среди русских девушек Марине присудили звание «Мисс Россия». Шаляпин отнесся к этому с веселой иронией.

В конце 1930-х годов Марина в Италии вышла замуж за Луиджи Фредди (1895–1977) — генерального директора кинематографического департамента Италии. Луиджи был близок с Муссолини и после крушения фашистского режима и казни дуче его арестовали, но по просьбе католических кардиналов вскоре освободили. Луиджи Фредди протежировал Федору Федоровичу Шаляпину, продюсировал фильмы, в которых снималась Марина: «Только для тебя, Лучия», «Старые времена», «Ничьи дети», помогал ей в экранизации балетов, в ту пору весьма популярного кинозрелища.

В течение семи лет Марина Федоровна служила в морском флоте Италии помощником капитана туристского лайнера по организации досуга пассажиров, знала пять иностранных языков. Последние годы жила в окрестностях Рима. Умерла в 2009 году.

Дочь Марины Анжела Фредди-Монтефорте, внучка Ф. И. Шаляпина, занимается коммерческой деятельностью, живет в Риме. Вместе с матерью она приезжала на церемонию перезахоронения праха Шаляпина в 1984 году. В качестве почетных гостей обе присутствовали на 3-м фестивале современного оперного искусства памяти Ф. И. Шаляпина в Крыму, в Судаке. Правнучка Федора Ивановича Наташа Фиерфильд живет в Стокгольме, бывала в России, посещала московский и петербургский музеи-квартиры Шаляпина.

Дасия (Дарья) Федоровна Шаляпина, в первом браке Робертсон, во втором — Шувалова (1921–1977), — младшая и самая любимая дочь Федора Ивановича. О Дасии отец с восторженным волнением постоянно сообщает всем своим корреспондентам — детям Ирине, Борису, Федору, С. В. Рахманинову, М. Горькому. На гастроли в Австралию в 1926 году певец отправляется с семьей. 29 августа он пишет Ирине Федоровне в Москву:

«Ты, наверное, знаешь, что я забрал с собой массу народу. Марфа, Марина, Стелла и маленькая Дасия здесь со мной. Я так долго живу совершенно один в Америке, что не хотелось терять мне вместе с летом и компанию девчонок. Маленькая доставляет мне столько радости, что и Австралия далекая кажется милой. Очень уж смешна и забавна эта самая Даська. Теперь танцует чарльстон (слыхали вы об этом танце?), умереть со смеху». Письмо Ирине из де Люз 11 июля 1929 года: «Даська по горло занята с собаками… Выросла она здорово. Нынче ей будет уже восемь лет… Играет на фортепиано, и это, нужно отдать справедливость, у ней выходит недурно…»

Письмо Ирине из Парижа 27 июня 1932 года:

«Конечно, если ты приедешь, это будет превосходно. К твоим услугам будет С. Ж. де Люсская дача, вся почти целиком. Ибо там будут нынче летом жить только Дася и Стелла… Даська стала большая, ей 10 лет. Уже играет Баха, Бетховена, Грига, Шопена и проч., а мне аккомпанирует иногда „Я не сержусь“ Шумана. Думаю, что способна и умна девица. Люблю ее, конечно, как всегда — весьма!»

Довольно примечательной представляется приписка к письму из Парижа 20 января 1934 года: «Р. S. Даська объявила: „Через четыре года (ей сейчас 12) выходит замуж за еврея“. Должно быть, протест против Гитлера». Отношение в семье к нарастающему в Европе фашизму достаточно красноречиво проявляется даже на уровне детских впечатлений.

Озабоченность судьбой младшей дочери Федор Иванович не скрывает. Он пишет Ирине из Парижа 7 января 1938 года:

«Ну конечно, Дася плохо и даже невозможно пишет и читает по-русски. Этот язык, к сожалению, она еще и не учила. Где же? Нужно было знать английский, а теперь французская школа. Потом сейчас увлечение испанцами. Достала кастаньеты, поет с гитарой и танцует. Конечно, русский язык учить некогда. Испанский сейчас затмевает все — что поделать с милой дурищей? Однако, конечно, скоро начнет учить русский, а так как девица очень способная, так я и не беспокоюсь… А учится она хорошо. Девка способная и талантливая».

Первый муж Дасии Федоровны — Джой Лов Робертсон. Их сын Хью Робертсон — музыкант, композитор. Второй муж — граф Петр Петрович Шувалов (1905–1978). Их дочь, Александра Петровна Шувалова, родилась 3 марта 1953 года.

Булат Окуджава в очерке «Письмо Шаляпина» рассказывал о своем увлечении певцом с юных лет, о написанном киносценарии о жизни Шаляпина, отвергнутом «Ленфильмом». В 1967 году Дасия побывала на концерте Б. Окуджавы в Париже в зале «Мютюалите», а через два года через искусствоведа И. С. Зильберштейна передала Окуджаве письмо и открытку с рисунками Шаляпина.

Дасия категорически возражала против переноса праха Шаляпина в Москву, и потому начатые инициаторами этого мероприятия переговоры возобновились только после ее кончины в 1977 году.

Дасия Познер, правнучка Ф. И. Шаляпина, внучатая племянница Бориса Федоровича, родилась в Париже, обучалась в балетном коллеже, затем приехала в Россию и училась в Школе-студии МХАТ, увлеклась режиссурой, потом театроведением. После защиты диссертации стажировалась в Центре русской и евразийской культуры при Гарвардском университете, работала переводчицей в Летней школе Станиславского в Кембридже. Дасия Познер — автор публикаций по истории русского и европейского театра, режиссуры и драматургии, преподавала в университете Коннектикута, заведовала литературной частью «Репертуарного театра», последние годы живет в Чикаго.

Живя в Париже, семья Федора Ивановича Шаляпина поддерживала добрые отношения с семьей Терезы Валентиновны Ушковой, сестры Марии Валентиновны. Первым мужем Терезы был богатый казанский купец Михайлов. Брак не был счастливым. Если верить семейной легенде, Константин Капитонович Ушков, будущий второй муж Терезы, выкупил у Михайлова Терезу за его разрешение на развод. Впоследствии Константин Капитонович обосновался в Москве, владел крупной чайной фирмой, состоял одним из директоров правления Филармонического общества. В его доме собирались артисты, художники, музыканты, бывали Шаляпин, Рахманинов, Кусевицкий. Мария Валентиновна после смерти мужа Эдуарда Петцольда в 1904 году переехала из Казани в Москву. На одном из музыкальных вечеров она и познакомилась с Федором Ивановичем Шаляпиным.

К. К. Ушков, человек широкий и гостеприимный, принимал московских и петербургских друзей в своих имениях на озере Туусула в Финляндии, в Крыму, в Форосе. Летом 1916 года там жил Горький, и вместе с Шаляпиным они сочиняли первую биографическую книгу певца «Страницы из моей жизни».

В 1918 году К. К. Ушков умер, а в 1921 году Тереза Валентиновна Ушкова с дочерью Еленой и своим третьим мужем юристом Дмитрием Васильевичем Печориным эмигрировала в Париж. Здесь Д. В. Печорин успешно занимался юридической практикой. Семьи Шаляпиных и Печориных дружили. В 1930 году Д. В. Печорин взял на себя защиту интересов Шаляпина в деле публикации «Страниц из моей жизни» в обновленном варианте.

Тереза Валентиновна была старше своей сестры, она умерла в 1931 году и похоронена на кладбище Батиньоль, на участке, приобретенном Шаляпиным для семейного захоронения.

Последние 13 лет Шаляпин прожил на улице д’Эйло. Он приобрел дом в 1925 году в подарок Марии Валентиновне. Семья занимала последний пятый этаж, остальные апартаменты сдавались внаем.

После смерти Федора Ивановича Мария Валентиновна вместе с дочерью Дасией уехала в Америку и вернулась в Париж уже после войны. Теперь она жила со своей подругой Кариной Карловной Зверинцевой. Однако содержать дом в надлежащем порядке оказалось ей обременительно; в начале 1960-х годов Мария Валентиновна продала его и поселилась в Риме, вблизи от дочери Марины Шаляпиной-Фредди.

В 1964 году Мария Валентиновна умерла, ее похоронили в Париже на кладбище Батиньоль рядом с Федором Ивановичем.