Б. В. САМАРИН, полковник в отставке ПЛАМЕНЬ СЕРДЦА

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

Б. В. САМАРИН,

полковник в отставке

ПЛАМЕНЬ СЕРДЦА

Тимофей Алексеевич Симаков, уроженец Городищенского района Пензенской области, с первых дней нападения гитлеровцев ушел на фронт. Участвовал в битвах под Москвой, Сталинградом, сражался на Днепре, в Прикарпатье. Он погиб 26 июля сорок четвертого. На улицах Станислава лейтенант Симаков водил в последние атаки свою роту — 1-ю роту 796-го стрелкового полка. За мужество, проявленное в этих боях, ему присвоено звание Героя Советского Союза посмертно.

Наградной лист, материалы фронтовых газет, оперативные сводки штаба, хранящиеся в архиве, помогли восстановить ратные дела последних напряженных фронтовых дней лейтенанта Симакова.

… В землянке собрались командиры рот, взводов батальона. Комбат кратко охарактеризовал боевую обстановку. 141-я стрелковая дивизия переходит в наступление на Станислав. 796-й полк идет на главном направлении. На маршруте наступления — Днестр.

— Нашему батальону приказано завтра к вечеру выйти к Днестру и форсировать его. — Комбат обвел взглядом офицеров. — Какая рота пойдет первой?

— Первая! — отозвался лейтенант Симаков.

— Что ж, согласен, — одобрил комбат. — Надеюсь на вас. Желаю успеха.

На второй день, когда над землей спускались сумерки, к Днестру подошли бойцы 1-й роты. Они притащили к берегу лодки, бревна, доски. Связали несколько плотов. Почти вся летняя ночь ушла на подготовку переправочных средств.

Незадолго до рассвета бесшумно отплыла первая группа бойцов. Ротный напряженно вслушивался, ожидая, что вот-вот тот берег ощетинится, загрохочет выстрелами. Но пока спокойно. Симаков отдал приказ переправляться всей ротой.

Бойцы роты, очутившись на правом берегу, начали бой с противником. Ведя огонь из автоматов, пулеметов, пустив в ход гранаты, они ворвались на позиции противника. Все оказалось так, как докладывали наши разведчики: здесь, у реки, находилось боевое охранение врага, основные же силы гитлеровцев сосредоточивались на высотах 307,9 и 319,0. Нужно было сбить врага с этих высот и овладеть ими. Симаков уже продумал, как взять укрепленные высоты, но неожиданно раздались голоса;

— Идут проклятые, идут на нас!

Быстро светало. Гитлеровцы решили отбросить переправившуюся роту обратно за Днестр. Трижды фашисты спускались с высот, трижды атаковали наших воинов на плацдарме. И трижды откатывались назад, теряя десятки солдат.

Враг не мог сломить сопротивления роты. Случались моменты, когда, казалось, вот-вот гитлеровцы столкнут роту с рубежа. В такие минуты бойцы видели ротного там, где сильнее нажимал враг.

— Выстоим, орлы! — призывал лейтенант.

Очередную атаку рота отбила с большим трудом. И если бы снова противник усилил натиск, могло создаться критическое положение. Но гитлеровцы, видимо, выдохлись и не пошли. Этим воспользовался Симаков, решив повести роту в контратаку.

С восточного берега ударили пушки, открыли огонь полковые минометы. Кончалась пятнадцатая минута огневого налета. Тимофей Алексеевич еще раз окинул взглядом окружающих его бойцов, посмотрел на местность, по которой предстояло двигаться к огнедышащим высотам. Рядом с ротным — младший лейтенант, командир батареи, прибывшей с восточного берега поддержать роту огнем.

— Товарищ младший лейтенант! — обратился ротный к артиллеристу. — Пойдем в атаку — не жалей снарядов!

— Угостим фрицев как надо, — пообещал пушкарь.

Симакову стало легче на душе. Для ведения боя он все предусмотрел: и отвлекающий маневр силами одного взвода на фланге, и главный удар двумя взводами в седловину меж высотами.

По сигналу ротного взводы устремились на врага. Затрещали автоматы, раздались глухие разрывы гранат в траншеях.

— Пулеметчик, за мной! — подал команду расчету «максима» командир роты и пошел за двумя взводами.

Огонь артиллеристов, дружная атака стрелков вынудили фашистов оставить занимаемые высоты. Окопы и траншеи на обоих высотах заняли бойцы 1-й роты. Симаков обошел взводы, отделения.

Пока переправлялись через Днестр главные силы полка, 1-я рота прочно удерживала свой рубеж на правом западном берегу.

На пятый день боев после форсирования Днестра рота Симакова одной из первых подошла к окраинам Станислава.

— Ведем бой на северо-восточной окраине города! — доложил Симаков командиру батальона по рации.

Рота повзводно передвигалась от одного дома к другому, выкуривая гитлеровцев из подвалов и чердаков. Хотя взводы действовали сразу на нескольких улицах, Симаков успевал побывать то в одном, то в другом месте, оценить обстановку, дать указания.

Такими напряженными были эти фронтовые дни: все время в бою, в атаках под свинцовым дождем, в осколочной круговерти… Казалось, лейтенант Симаков ничего особенного не сделал: надо было — форсировал Днестр, удерживал плацдарм, вел бои на улицах города… И все-таки это была особенная работа. В нее Тимофей Алексеевич в свои тридцать пять лет вложил пламень своего сердца.