СТИХОТВОРЕНИЯ РАЗНЫХ ЛЕТ

СТИХОТВОРЕНИЯ РАЗНЫХ ЛЕТ

Старухи

I

За какое преступленье

Про меня пустили слух,

Что для дев я — огорченье,

Утешенье для старух?

Вот, теперь они друг к другу

Ходят, согнуты дугой,

То одна кряхтит: «Я старше»,

То другая ей в ответ:

«Всю меня покрыли парши,

Я — всех старше, на сто лет!»

А когда из-за мэрии

Подымается луна

И на стогны городские

Сходят ночь и тишина,

И дома темны и глухи,

Спят глубоко стар и млад, —

Собираются старухи

И в окно мое стучат:

«Отопри, зажги огарок,

Покажи свое лицо.

Есть у нас тебе подарок,

Обручальное кольцо».

Неужель поверю слуху,

Распахну во тьму окно,

Неужель и впрямь старуху

Полюбить мне суждено?

II

Любезным девам не на зло,

Не от распутства иль бесстыдства —

Неодолимое влекло

Меня к старухам любопытство.

Влекло как бы на тайный зов,

И внял ему я не напрасно.

И вот, у невских берегов,

Одна меня пленила властно.

Седым блистая париком,

Затянута, строга, упряма,

Когда входила в дом,

Я думал — Пиковая Дама.

Бывало, часто до утра

Она беседу нашу длила.

О, пусть она была стара, —

Не только в молодости сила.

Но как-то раз, перед зарей,

Когда луна уже склонялась,

Она явилась мне такой,

Какой ни разу не являлась.

На боль невнятную, в ответ,

О том, что все земное тленно,

В ней загорелся тихий свет,

Преобразив ее мгновенно.

И был как будто прерван сон,

Развеян вдруг покров туманный,

И я склонился, ослеплен

Ее красою несказанной.

Но свет сбежал с ее лица,

И вновь оно окаменело.

И неподвижность мертвеца

Сковала трепетное тело.

О, если б бедный мой язык

Мог удержать на миг виденье,

Я на единый этот миг

Все променял бы наслажденья.

Не удивляйтесь потому,

Влюбленно-радостные девы,

Ни безучастью моему,

Ни что тихи мои напевы.

Современные записки. 1925. № 25.