«Я надеюсь добиться для нашей партии научной победы»

«Я надеюсь добиться для нашей партии научной победы»

«Поверьте мне, дорогой г-н Кугельман, вряд ли какая-нибудь книга писалась в более тяжелых условиях, и я вполне могла бы написать тайную историю ее создания, в которой открылось бы много, бесконечно много скрытых забот, тревог и мучений»[225] – так писала Женни Маркс одному из друзей семьи в канун рождества 1867 г. в скромно обставленном доме № 1 по улице Модена Виллас, Мейтленд-парк (позже дом № 1 по Мейтленд-парк-род). Книгой, о которой шла речь, был главный научный труд ее мужа «Капитал».

Однако заблуждается тот, кто не может разглядеть за строками письма Женни ничего, кроме жалоб. Напротив. Она была горда и, вне всякого сомнения, счастлива, когда за несколько месяцев до этого, в середине сентября, держала в руках первый вышедший из печати экземпляр «Капитала».

Никто другой не мог так глубоко чувствовать и знать, насколько «Капитал» в буквальном смысле слова был делом всей жизни Маркса. Этой книге он и его жена посвятили свои лучшие годы.

Еще когда они молодоженами находились в своем первом изгнании в Париже, Карл Маркс начал изучать экономическую литературу. Это было не только стремлением к знанию. Массовая нищета, царившая среди французских рабочих, до глубины души возмущала его и Женни. Желание «ниспровергнуть все отношения, в которых человек является униженным, порабощенным, беспомощным, презренным существом»[226], постепенно привело его к убеждению в том, что корень всех общественных недугов и преступлений следует искать в капиталистическом способе производства. И он поставил перед собой задачу исследовать «анатомию гражданского общества»[227] с помощью скальпеля научной критики. В то время Марксу как раз исполнилось 26 лет. И он оставался верен этой поставленной перед собой цели, несмотря ни на какие преследования со стороны реакции, которая гнала его из одной страны в другую, несмотря на голод и нужду, болезни и даже смерть членов своей семьи.

С 1849 г., с тех пор, как оставшаяся без средств к существованию семья вынуждена была бежать в Лондон, нужда оставалась постоянным гостем в доме Маркса. Не имея устойчивого, не говоря уже о достаточном, заработка, подвергаясь опале со стороны буржуазного общества, преследуемый кредиторами и изгоняемый из жилья бессердечными домовладельцами, Маркс из года в год вел жизнь, которая могла согнуть, ожесточить и сломать любого другого человека. Марксу тоже были знакомы часы отчаяния. Об этом свидетельствуют некоторые из его писем Фридриху Энгельсу.

Во имя чего же были принесены все эти жертвы? Зачем эта жестокость по отношению к самому себе? Маркс сам дал ответ на подобные вопросы. В одном из писем старому боевому соратнику Иосифу Вейдемейеру он писал в 1859 г.: «Я надеюсь добиться для нашей партии научной победы»[228].