ГРУДЬЮ НА АМБРАЗУРУ

We use cookies. Read the Privacy and Cookie Policy

ГРУДЬЮ НА АМБРАЗУРУ

В. П. МАЙБОРСКИЙ, Герой Советского Союза

В годы войны мне довелось сражаться с фашистами в составе берего­вой обороны Черноморского флота и в других частях. Особенно памя­тен мне период, когда я воевал в рядах 24-й Самаро-Ульяновской Железной стрелковой дивизии в Прикарпатье.

Дело не только в том, что именно здесь я получил высокое звание Героя Советского Союза. Подвиги совершались во всех частях, герои были в каждой дивизии.

Но служить в Железной и не проявлять настоящего героизма было невозможно. Ведь дивизия была создана по указанию Ленина в 1918 году. Она освобождала от белогвардейцев Симбирск — родной город Владимира Ильича, прошла большой путь в период Великой Отечественной войны.

Дивизия занимала рубеж обороны близ Коломыи. Готовились к дальнейшему наступлению на Делятин, Яремчу. По приказу комди­ва наш полк должен был произвести разведку боем. Поручили это батальону капитана  Непейводы,  в котором  я служил разведчиком.

Весь вечер батальон готовился к боевой операции. Проводились со­брания, беседы. Офицеры и сержанты доводили задачу до каждого воина.

В полночь я с двумя саперами возвратился с переднего края (мы там делали проходы в проволочном заграждении). Шел дождь, и бы­ло очень темно, что благоприятствовало нам.

...Раннее утро 13 июля. В низинах туман. Карпаты едва прогляды­вались в сизой дымке. Заговорили наши орудия. Потом отозвалась артиллерия противника. Наша рота заняла исходный рубеж.

Слышим сильный и властный голос командира роты старшего лей­тенанта Осмольского:

— Вперед! За Родину!

Все поднялись, чтобы преодолеть поросшее травой поле, достичь траншей противника. В это время с бугорка, что находился на правом фланге, застрочил вражеский пулемет. Упали первые убитые. Осталь­ные залегли. Ротный вновь потребовал двигаться вперед, и снова за­свистели пули из вражеского дзота. С возгласом: «За мной!» подхва­тился  командир  взвода  и  тут  же  упал  с  окровавленной  грудью.

Видя, как погибают один за другим мои товарищи, я лихорадочно думал: как бы заставить замолчать этот дзот? Подползти и швыр­нуть в него гранату? Но как же подползти? И все же утверждаюсь в этом решении, рукой даю ротному командиру сигнал, что пойду на поединок, и ползу, намереваясь пробраться к дзоту с тыла. Прижима­юсь, как уж, к земле. Голову не поднять, руки немеют от напряже­ния. Взор прикован к дзоту. Он уже близко. Приподнявшись, бросаю гранату, надеясь попасть в амбразуру. Но промахнулся. А в этот момент ударила очередь из пулемета. Чувствую, что ранен в ногу, но ползу дальше... Дзот уже рядом. Пулями из него меня не достать, но они бьют по товарищам. Напряг силы, подполз вплотную к дзоту и не бросил, а прямо сунул в амбразуру противотанковую гранату. Нава­лился на ствол пулемета — и все ушло от меня: и дзот, и грохот боя, и вся земля...

О том что произошло на поле боя, я узнал позже.

Рота поднялась в атаку. За ротой — батальон, полк. Я лежал, при­крывая своим телом амбразуру. Все считали, что погиб. А я, как говорится, всем смертям назло выжил. Меня подобрали санитары вто­рого эшелона. После операции отправили в тыл. Там на госпитальной койке и застал меня День Победы.

Не ждали меня в родном селе. На имя отца пришло письмо о том, что его сын Владимир награжден «Золотой Звездой» Героя посмерт­но. А я приехал. Ну уж обрадовались родные, односельчане!

Во время бесед с воинами, пионерами, школьниками меня часто спрашивают: «Как вы совершили свой подвиг? Трудно ли это было? Что вдохновило вас на мужественный поступок?» На такие вопросы не ответишь одним словом. Мне думается, человек готовится к под­вигу на протяжении всей своей жизни. Если в повседневных трудных Делах ты полностью отдаешь силы и знания людям, то и в трудную минуту, когда на карту будет поставлена твоя жизнь, останешься твердым и решительным в выполнении долга.

Когда я решил ползти к вражескому дзоту, ничего в тот момент не было для меня выше, как обеспечить успех своему подразделению. В этом был мой долг перед любимой Родиной. Это было дело солдат­ской и гражданской чести.