Стамбул

Стамбул

Откровенно говоря, Турция в данный момент меня очень мало интересовала. Важно было только одно, чтобы Мержиль ни в коем случае не изменил своих дальнейших планов и чтобы из Стамбула он полетел в Ригу.

В Стамбуле я оказался в 12 часов дня в конце июля 1944 года. Мержиль дал мне визитную карточку с адресом стамбульского отеля (номер был заблаговременно заказан по телефону еще в Женеве), а сам уехал с аэродрома по своим делам в какой-то промышленный трест на машине, которая его встретила.

И вот я шагаю по Стамбулу. Жарко. В кармане у меня письмо к Григорию Бредову. Это письмо дал мне Петр Степанович Белобородов. Адрес на конверте написан по-турецки, а письмо по-французски. Мержиль еще в Женеве перевел мне это письмо на немецкий язык. Там говорилось: «Дорогой друг! Не откажи в любезности помочь в любом вопросе подателю этого письма. Не подписываюсь, ибо мой почерк тебе знаком».

Шагаю по Стамбулу. Поражает своеобразие города: его дома, архитектура, яркие наряды горожан. Еще во время полета над Стамбулом заметил, что город как с южной, так и с северной стороны обрамлен крепостной стеной с круглыми башнями. На Босфоре — рыбачьи фелюги, парусники, баркасы, лодки, катера, шаланды… В военном порту — американский военно-морской флот, турецкие военные корабли. На берегах Босфора утопают в зелени виллы богачей, красивые особняки — летние резиденции иностранных дипломатов.

Навстречу мне попадаются люди в белых мантиях, накидках, балахонах. Мелькают красные фески. Вот — смуглый пожилой старик в чалме. Вот женщина в черном одеянии и в парандже — лица не видно. Бегут босоногие в рваной одежде мальчишки — разносчики газет, они что-то кричат. На специальных войлочных подстилках мужчины и женщины несут на головах какие-то глиняные сосуды и ящики с фруктами. Снуют кошки и бездомные тощие собаки. Мелькают пестрые рекламы и афиши с обнаженными женщинами. Вот невдалеке показалась белая мечеть, окруженная высокими и узкими остроконечными башнями-минаретами. На минарете стоит муэдзин, призывая горожан к молитве. Люди идут в мечеть, одни заходят внутрь, другие опускаются на колени перед главным входом и погружаются в безмолвие молитвы. Кто просто опускается на колени, кто подкладывает под ноги небольшие мягкие подушечки.

Вот навстречу мне идет пожилая женщина в тюлевой шали и в длинном балахоне, рядом шествует, видимо, ее дочь. Девица одета в пеструю кофту и в широкую юбку, она в модных туфлях, на голове — высокая копна черных волос, ресницы и брови сильно подкрашены. На перекрестке улиц на возвышении — турецкий полицейский. Он в черной форме, в каске и белых перчатках. Палочкой он регулирует движение транспорта. Кто едет на машине, кто — на бричке, кто — на осле. Горделиво вышагивают верблюды, навьюченные тюками. Погонщики идут рядом.

Вот и Галатский мост. Перехожу его и попадаю на остров — в европейскую часть города. Здесь расположены деловые кварталы. Огромные многоэтажные дома в мавританском стиле, здания банков, синдикатов, концернов, трестов, акционерных обществ, особняки богачей, фешенебельные, модернизированные отели. Выхожу на окраину города. Разыскиваю дом Бредова. Услужливые вездесущие мальчишки усердно пытаются мне помочь. Дело в том, что с номерами домов разобраться крайне сложно. Вот — дом № 10, а рядом — дом № 271. А дальше — дом № 17. Попробуй найди тот, который тебе нужен!

Наконец находим. Мальчишки рады, смеются. Я даю им 5 лир за работу. Они счастливы. Дом Бредова трехэтажный. В каждом этаже по одной комнате. По винтовой лестнице поднимаюсь на третий этаж (как я узнал потом, нижнюю комнату снимал греческий певец, среднюю — армянка легкого поведения). Стучу. Дверь открывает хозяин, пожилой мужчина с густой седой шевелюрой, небольшими усиками, с открытым, интеллигентным лицом.

— Здравствуйте! — говорю по-русски.

— Добрый день!

— У меня к вам послание!

Бредов внимательно прочитывает письмо.

— О, так вы желанный гость! Как поживает милейший Петр Степанович? Как его драгоценное здоровье?

— Велел вам низко кланяться. Чувствует себя согласно возрасту. Лечит радикулит.

— Присаживайтесь! Коньяк? Кофе? Сигары?

— Благодарю! Не беспокойтесь!

— Нет, нет! Как же! — Бредов суетится. — Все же, может быть, кофе?

— Хорошо. Только небольшую чашечку, по-турецки.

— По-турецки! Как же!

Мы сели пить кофе.

— Так что вас интересует, молодой человек: военный порт, шифры передатчиков, переписка посольств, схемы бомбоубежищ? Какой валютой располагаете: в долларах, фунтах или в швейцарских франках? — Он выжидательно смотрит мне в глаза.

— Интересуюсь жизнью турецкого народа.

— Это как понять?

— Попросил бы, если это возможно, завтра быть моим гидом по городу. Пока это единственная просьба.

— Не думал, что Петр Степанович пришлет ко мне гостя с таким невинным желанием.

— Турция не входит в сферу моей работы.

— Завтра покажу вам Стамбул.

Мы сидели, пили кофе, беседовали о делах житейских, о разном…

Эту ночь я провел в шикарном номере отеля, рядом с номером Мержиля. Перед сном мы поужинали в ресторане. К Мержилю подходили знакомые, он охотно танцевал под фривольную музыку с красивыми женщинами. Какой-то незнакомец подсел ко мне и показал фотографии молодых обольстительниц, но я никак не прореагировал, и он отошел в сторону.

Утром в своем номере я принял душ и встал у окна. За маяком «Линдер» хорошо был виден Улудаг — одна из самых высоких гор Турции. На фоне голубого неба ярко выделялся силуэт древней мечети.

После завтрака мы с Мержилем вновь разошлись. Бредов ждал меня у подъезда отеля. Мы сели в его машину и покатили. Останавливались, выходили, и мой гид рассказывал мне о здешней жизни:

— Стамбул — типично восточноазиатский город в Европе. В этом городе сохранились наслоения различных цивилизаций: античной, христианской, мавританской, в основном в виде остатков крепостных стен, зданий, скульптур, колоннад и колонн. Живут здесь турки, греки, евреи и армяне — это главная и основная масса населения.

В Стамбуле много соборов, и самым уникальным считается собор Святой Софии, воздвигнутый еще в шестом веке, но сейчас он реставрируется. Между прочим, я бы посоветовал вам посетить Анкару. Изумительный по своей красоте город. Паром от Галатского моста доставит вас в Хайдарпашу, откуда отходит экспресс на Анкару, а там недалеко от площади Улусмаидан на бульваре Ататюрке есть фешенебельный магазин «АВС», где можете приобрести все что угодно.

— Благодарю за совет, но я не располагаю лишним временем.

Едем дальше.

— А вот обелиск Клеопатры! — говорит Бредов. — Две тысячи лет тому назад этот изумительный по своей красоте памятник был перевезен из Египта в Константинополь — сегодняшний Стамбул. Византия в те далекие времена была царицей мира, а Рим считался вторым городом на земном шаре.

Мимо нас проехал старик на осле, он читал какую-то бумагу и кричал: «Алла! Алла!» Его окружали босоногие мальчишки.

Мы побывали на базаре, где в каменных галереях, напоминающих катакомбы, продавались различные товары: шелка, костюмы, хозяйственная утварь, жесть, кастрюли, ковры, шали. Здесь же можно было увидеть ишаков, крестьянские повозки, с них продавали каймак (заквашенное особым способом буйволиное молоко), в ларьках можно было купить кокосовое молоко, обсыпанное тмином. А рыба! Сколько здесь было рыбы! Плоская камбала, серебристая скумбрия, кефаль, бычки… Поблизости жарилось мясо, выпекались пирожки и чебуреки. Тут же уличные художники рисовали с натуры, но картины раскупались плохо, турки народ бережливый.

Недалеко от базара приютилась пошивочная мастерская, рядом чинил обувь сапожник. Здесь же, под белым навесом, жили взрослые и дети и зимой, и летом.

Мы остановились возле расстеленного на земле ковра, на нем лежали турецкие пряности и фрукты.

— Вот смотрите, — сказал Бредов, — хозяина нет, он в кабаке. Вон там, — махнул рукой в сторону кабака, — тянет кальян[29], а его товар лежит без присмотра. Покупатели знают, сколько стоит любая пряность, сами берут, что им нужно, и кладут деньги в пиалу. Иногда берут и без денег, но тогда на следующий день они обязательно приходят и расплачиваются. Народ здесь на удивление честный.

Мы присели в турецкой чайхане перекусить. Нас обслужила черноокая красавица. Мы уютно сидели в тени и мирно беседовали.

— У меня есть двоюродный брат, — сказал Бредов, — живет он в Париже и влачит весьма жалкое существование. Приходится ему помогать. Из родственников у меня никого нет ближе него. Мы дружим. В России он был юристом, а во Франции стал чистильщиком сапог.

— Почему же так?!

— Удивляться не приходится. Многие из эмигрантов, покинувших Россию после революции, перебрались в Париж и обрекли себя на чужбине на нищенское существование. Бароны и князья, растранжирив остатки своих капиталов, стали лакеями и швейцарами у французских буржуа. Иные сынки из некогда влиятельных дворянских семей работают сейчас официантами в русских кабаках, в лучшем случае устроились шоферами. Знаю одного генерала, он в царское время командовал дивизией, сейчас в Париже заведует туалетом, ему девяносто шесть лет. Почтенные графини подрабатывают по-разному, одни — портнихи, другие — манекенщицы. Ирония судьбы! И это, я считаю, еще хорошо! А простой люд, выходцы «из низов», это особенно касается казаков из бывших врангелевских и деникинских войск, — эти вообще уже много лет пребывают в ужасной нищете. Они еще тогда сразу попали в шахты и рудники и до сих пор никак не могут освободиться от кабалы завербовавших их французских хозяев. Мне повезло! Я получил наследство по завещанию от отца моей умершей жены, да и к тому же много лет помогаю Белобородову, обслуживаю его клиентуру. Тоже порой неплохой заработок. Сейчас я, как говорится, «на коне». Скоро перееду в собственный дом. Буду ждать вас в гости. — Бредов улыбнулся.

— Спасибо. Непременно воспользуюсь вашим приглашением.

Я рассчитался за угощение, мы сели в машину.

Мимо нас прошла женщина в парандже.

— Обратите внимание, — сказал Бредов. — Она скорее всего из деревни. Турки, живущие в деревне, никогда не познакомят жену с посторонним мужчиной. Если вы — гость, он вас сердечно примет, накормит, оставит ночевать, но и уходя, вы его жену в лицо так и не увидите. Своеобразный народ. Свои нравы, свои традиции, свои обряды. Турки — мусульмане и свиного мяса не едят. Существуют охотоведческие союзы, они ведут охоту на кабанов. Кабаны — это бич крестьянина, они все пожирают на полях и огородах и все втаптывают своими острыми копытами в землю. Охотники убивают кабанов, рубят их туши на куски и этим мясом удобряют землю. А в ресторанах турки пьют газированную воду с джином и виски. Десять граммов джина и стакан воды.

Мы ехали по Стамбулу.

Навстречу нам прошли несколько высоких негров в форме американского военно-морского флота.

— А как эти друзья здесь себя чувствуют?

— Прижились, — ответил Бредов. — Знай себе меняют доллары на лиры, шатаются по ночным кабачкам и чувствуют себя прекрасно.

Мы продолжали осматривать город. Турки сидели на корточках около своих домов и довольно равнодушно поглядывали на нас.

— Молчаливый народ, — сказал Бредов. — Много говорить не любят. Греки шумливы, а турки нет. Вот так целый день могут просидеть без дела. Большинство безграмотны, и детей не все в школах учат. А вообще, поверьте мне, я давно здесь живу, турки — народ хороший и относятся к русским с уважением.

Мы по-доброму, сердечно расстались.

На следующий день утром самолет Мержиля взял курс на Ригу.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

На Стамбул

Из книги Скобелев автора Костин Борис Акимович

На Стамбул Шипко-шейновское окружение целой полевой армии и успехи Западного отряда И. В. Гурко совершенно изменили соотношение сил на Балканском театре военных действий. Надежды Турции на вмешательство западноевропейских держав в ее пользу рухнули окончательно.


ГОД 2001. ЗЛОПОЛУЧНЫЙ РЕЙС СТАМБУЛ — МЕДИНА

Из книги Спецназ против террора автора Болтунов Михаил Ефимович

ГОД 2001. ЗЛОПОЛУЧНЫЙ РЕЙС СТАМБУЛ — МЕДИНА Самолет «Ту-154» «Внуковских авиалиний» 15 марта 2001 года чартерным рейсом вылетел из Стамбула в Москву. На борту было 162 пассажира и 12 членов экипажа.Посадка на рейс происходила достаточно спокойно, и поскольку до Москвы лететь


ЕЛЬЦИН ОТПРАВЛЯЕТСЯ В СТАМБУЛ

Из книги Почему он выбрал Путина? автора Мороз Олег Павлович

ЕЛЬЦИН ОТПРАВЛЯЕТСЯ В СТАМБУЛ «Бомбардировки безнравственны»Отчаянную попытку остановить войну в Чечне страны Запада, международные организации предприняли на саммите ОБСЕ в Стамбуле (он проходил 18 19 ноября). Речи и действия некоторых из его участников были весьма


Глава 20 СТАМБУЛ

Из книги Секретные миссии [сборник] автора Колвин И

Глава 20 СТАМБУЛ Резидент немецкой разведки в Турции, вышеупомянутый д-р Пауль Леверкюн, был образованным юристом, с отличными, чисто немецкими манерами. Несколько лет он прожил в Америке. Он изучал мусульманские страны и во время первой мировой войны провел некоторое


Глава 20. СТАМБУЛ

Из книги Двойная игра автора Колвин И

Глава 20. СТАМБУЛ Резидент немецкой разведки в Турции, вышеупомянутый д-р Пауль Леверкюн, был образованным юристом, с отличными, чисто немецкими манерами. Несколько лет он прожил в Америке. Он изучал мусульманские страны и во время первой мировой войны провел некоторое


28 Я рисую Стамбул

Из книги Стамбул. Город воспоминаний автора Памук Орхан

28 Я рисую Стамбул Когда мне было пятнадцать лет, я начал в огромных количествах рисовать стамбульские виды. Дело здесь было не в какой-то особенной любви к городу. Просто рисовать натюрморты или портреты я не любил, да и не умел, и единственное, что мне оставалось, —


Стамбул. Указатель

Из книги Саша, Володя, Борис... История убийства автора Гольдфарб Александр

Стамбул. Указатель Айя-София 227, 298, 329–330, 335. 365Акынтыбурну 84Амбарлы 410Анадолухисары 335Ашиян 84–85, 445Аязпаша 147Бабыали 176, 179, 215Багдадский проспект 426Байрамоглу 427, 429Бакыркёй 259Балат 303Балыклы 231, 451Бебек 73–74, 88, 97, 249, 400, 404, 435, 445Бейазыт 184, 226, 298, 335, 435Бейкоз 274–275, 283Бейоглуз5, 91, 94, 117,


28 Я рисую Стамбул

Из книги Ельцин. Лебедь. Хасавюрт автора Мороз Олег Павлович

28 Я рисую Стамбул Когда мне было пятнадцать лет, я начал в огромных количествах рисовать стамбульские виды. Дело здесь было не в какой-то особенной любви к городу. Просто рисовать натюрморты или портреты я не любил, да и не умел, и единственное, что мне оставалось, —


Стамбул. Указатель

Из книги Два брата - две судьбы автора Михалков Сергей Владимирович

Стамбул. Указатель Айя-София 227, 298, 329–330, 335. 365Акынтыбурну 84Амбарлы 410Анадолухисары 335Ашиян 84–85, 445Аязпаша 147Бабыали 176, 179, 215Багдадский проспект 426Байрамоглу 427, 429Бакыркёй 259Балат 303Балыклы 231, 451Бебек 73–74, 88, 97, 249, 400, 404, 435, 445Бейазыт 184, 226, 298, 335, 435Бейкоз 274–275, 283Бейоглуз5, 91, 94, 117,


ЕЛЬЦИН ОТПРАВЛЯЕТСЯ В СТАМБУЛ

Из книги В лабиринтах смертельного риска автора Михалков Михаил Владимирович

ЕЛЬЦИН ОТПРАВЛЯЕТСЯ В СТАМБУЛ «Бомбардировки безнравственны» Отчаянную попытку остановить войну в Чечне страны Запада, международные организации предприняли на саммите ОБСЕ в Стамбуле (он проходил 18–19 ноября). Речи и действия некоторых из его участников были весьма


Стамбул

Из книги Новая исповедь экономического убийцы автора Перкинс Джон М

Стамбул Откровенно говоря, Турция в данный момент меня очень мало интересовала. Важно было только одно, чтобы Мержиль ни в коем случае не изменил своих дальнейших планов и чтобы из Стамбула он полетел в Ригу.В Стамбуле я оказался в 12 часов дня в конце июля 1944 года. Мержиль


Стамбул

Из книги автора

Стамбул Откровенно говоря, Турция в данный момент меня очень мало интересовала. Важно было только одно, чтобы Мержиль ни в коем случае не изменил своих дальнейших планов и чтобы из Стамбула он полетел в Ригу.В Стамбуле я оказался в 12 часов дня в конце июля 1944 года. Мержиль


Глава 40 Стамбул: инструменты современной империи

Из книги автора

Глава 40 Стамбул: инструменты современной империи В 1970-е годы экономические убийцы работали топ-менеджерами и консультантами в немногочисленных транснациональных корпорациях и консалтинговых компаниях. Сегодня это топ-менеджеры и консультанты тысяч транснациональных