АГОНИЯ И РАСПЛАТА

АГОНИЯ И РАСПЛАТА

В декабре 1944 года гитлеровское командование решило прорвать англо-американскую оборону в Арденнах, рассчитывая в случае успеха склонить США и Англию к заключению сепаратного мира. Когда в результате начавшегося 16 декабря наступления в Арденнах союзные войска оказались в опасном положении, Черчилль обратился за помощью к СССР. Советское Верховное Главнокомандование отдало приказ Красной Армии о наступлении по всему фронту ранее намеченного срока. Это вынудило немцев спешно перебросить свои соединения на Восток, и о продолжении операции в Арденнах не могло быть и речи.

На море тем временем события развивались не менее драматично. В начале января 1945 года немцы направили к берегам Великобритании, в Ла-Манш и Ирландское море 10–12 подводных лодок, которые потопили около 10 торговых судов, авианосец и несколько других кораблей. Тем временем недостаток топлива стал сказываться на снабжении германских субмарин. Чтобы отправить в море в январе 27 подлодок, пришлось отдать им топливо с тяжелых крейсеров «Шеер» и «Лютцов», обрекая тем самым последние на полное бездействие.

И все-таки в январе 1945 года немцы имели 544 лодки — самое большое количество за всю войну. Начали вступать в строй лодки XXI и XXIII типов. Первые — их было 129 — предназначались для действий в Атлантике, вторые — их насчитывалось 67 — в Северном и Средиземном морях. Первая лодка типа XXIII должна была выйти из Осло к восточному побережью Англии 29 января. В феврале в этом районе действовали уже две такие лодки, в марте одна из них — U-2336 проникла в залив Фёрт-оф-Форт и потопила несколько судов. Всего таких лодок, действовавших в прибрежных водах противника, было восемь. Ни одна из них не погибла.

В ходе практического использования лодки типа XXIII выявилось даже превышение теоретических расчетов. Так, предполагалось, что максимальная продолжительность пребывания такой субмарины в море составит две-три недели. U-2321 находилась в море 33 дня, что превысило теоретические предположения почти вдвое. И все же, несмотря на выдающиеся качества новых лодок, Дениц понимал, что все эти возможности появились слишком поздно.

В это же время началось массовое строительство «карликовых» субмарин, предназначавшихся для действий у побережья, но серьезной роли они не сыграли. Всего их заказали более тысячи. В итоге 81 «карликовая» лодка была потоплена или захвачена противником, 91 повреждена. Хотя, надо отметить, германский штаб руководства войной на море в борьбе на коммуникациях возлагал на эти лодки большие надежды. 21 января 10 «карликов» типа «Зеехунд» вышли в район Хуфдена, но, безрезультатно пробыв в море шесть суток, вернулись в базу. Лодки типа «Бибер» смогли потопить на реке Шельда только один танкер.

Из-за перегрузки промышленности немцы еще в 1944 году отказались от форсирования сроков постройки многообещающих «вальтеровских» лодок с единым двигателем. С потерей баз в Бискайском заливе, Средиземном и отчасти в Балтийском морях большинство немецких субмарин стали собираться в портах Северного моря, представляя собой хорошую мишень для ударов авиации союзников. В феврале 1945 года возобновились удары союзной авиации по верфи «Дешимаг» в Бремене, а через пару недель самолеты уничтожили пять лодок типа XXI. Интенсивные налеты продолжались в марте и апреле. В результате таких налетов на базы подводных лодок и на кораблестроительные заводы в Гамбурге, Киле, Бремене и Вильгельмсхафене было уничтожено 24 и повреждено 12 субмарин. В числе уничтоженных оказались лодки типа XXI, из которых четыре в апреле должны были выйти в море.

Тем временем сосредоточение германских лодок у Британских островов вызвало концентрацию сил и средств противолодочной обороны и, следовательно, увеличение потерь в лодках. Союзники знали о готовности лодок новых типов и недоумевали, почему эти субмарины не вводятся в действие. Они предполагали, что новые лодки берегут для нанесения сильного удара по судоходству в Атлантике, с тем чтобы всерьез нарушить снабжение армий в Европе и этим затянуть войну.

Командиры подводных лодок, возвращавшихся в базы в феврале и начале марта 1945 года, доносили об успешных атаках. В марте тоннаж потопленных судов продолжал расти. Таких потерь союзники не имели с июля 1943 года. Лодки со шнорхелем были направлены также в западную часть Атлантики и в район Азорских островов, но там они действовали менее активно.

Еще в январе 1945 года американцы были всерьез обеспокоены: Германия собиралась выслать к берегам США группу субмарин, которая должна была обстрелять американское восточное побережье ракетами «Фау-2». Действительно, в 1943 году у Гитлера появилась идея нанести ракетный удар по Америке ракетами «Фау-2» с подводных лодок, несущих водонепроницаемые ракетные контейнеры. Заказ на три таких контейнера был выдан Штеттинской судостроительной верфи в декабре 1944 года, но ни один из них так и не был изготовлен до конца войны. В том же году отдельные элементы этого комплекса уже испытывались на Балтике. Однако в ходе испытаний стало ясно, что массовое производство ракетных систем было не под силу германской промышленности. Кроме того, субмарина могла буксировать только один контейнер с ракетой; проверить ракету перед запуском было практически невозможно, а вероятность ее повреждения при долгой буксировке была очень велика.

В США всех этих тонкостей никто не знал, поэтому 8 января 1945 года адмирал Ингрэм провел пресс-конференцию, где открыто заявил о вероятности такого шага со стороны «серых волков» Деница. Позже Ингрэм был почему-то уверен, что именно группа немецких субмарин «Зеевольф», вышедшая из норвежских портов в конце марта, должна осуществить эту чудовищную акцию.

Опасность, исходившая от группы «Зеевольф», была явно преувеличена. Шесть лодок типа IX, оснащенные шнорхелем, шли что называется налегке. Никаких особых поручений командирам субмарин не давалось — обычный боевой поход, причем в условиях, когда исход войны уже ни у кого не вызвал сомнений.

Но американцы, уверовавшие в вероятность ракетного удара, создали мощнейший противолодочный рубеж из двух линий, в каждой из которой находились два авианосца с кораблями охранения. Первая линия рубежа проходила у берегов Исландии, в 1500 милях от американского побережья. Усовершенствование гидроакустических средств позволяло организовать круговые наблюдения и обеспечить высокую вероятность обнаружения лодки при продолжительной атаке в подводном положении. Многоствольные бомбометы кораблей противолодочной обороны метали бомбы на дистанцию до 360 метров.

Интенсивный поиск вражеских лодок американские корабли начали 11 апреля 1945 года. Авиация «противолодочного подвижного барража» успешно обнаружила немецкие лодки в надводном положении: из-за сильного волнения в океане они не могли производить зарядку аккумуляторных батарей под шнорхелем. Субмарины всплывали и уничтожались противолодочными кораблями. За десять дней непрерывного рыскания в определенных районах американские корабли эскорта потопили три лодки: U-880, U-805 и U-518. Однако потери не остановили немцев, продолжавших методично прорываться к американским берегам. Настало время решительных действий для эскадры Ингрэма, который развернул большую часть своих кораблей в огромную заградительную линию протяженностью около 120 миль, где по флангам располагались авианосцы «Боуг» и «Кор». Это была вторая линия обороны, расположенная, в отличие от первой, у берегов США. 21 апреля весь противолодочный рубеж двинулся навстречу оставшимся германским субмаринам, прочесывая все прибрежные воды. Операция эта получила название «Теадроп».

В итоге американские корабли уничтожили пять из шести обнаруженных немецких лодок. Больше всего хлопот доставила Ингрэму субмарина U-546 под командованием капитан-лейтенанта Пауля Юста. Она была обнаружена патрульной авиацией, но после неудачной воздушной атаки исчезла из виду. Через пару дней ее попытался атаковать эскортный миноносец «Фредерик К. Дэвис» после того, как установил с ней контакт. Попытка обернулась гибелью корабля: выпущенная с дистанции 600 метров торпеда пробила левый борт миноносца и тот разломился на две части. После нескольких неудачных атак залп из бомбомета миноносца «Флаэрти» разбил боевую рубку U-546, заставив лодку всплыть. Немцы не собирались сдаваться. Они успели выпустить еще одну торпеду, прежде чем их субмарина была просто уничтожена глубинными бомбами, сброшенными восемью (!) миноносцами. 25 подводников погибли.

Только когда американцы подобрали оставшихся в живых 33 человека, они, наконец, узнали, что никаких ракет на лодках не было, а командиры субмарин намеревались нанести последний удар по транспортам обычными торпедами. Но Ингрэм не спешил отменять поиск. Оставались еще лодки U-858 и U-805. Кроме того, на подмогу группе «Зеевольф» 8 апреля вышла в море субмарина U-881 под командованием капитан-лейтенанта Карла-Хайнца Фришке.

Фришке привел свою лодку к американским берегам в начале мая и сразу обнаружил там авианосец «Мишн Бей». Начав у мыса Рас одну из последних подводных атак во Второй мировой войне, он оказался хорошей мишенью для эсминца «Фаркуар». 6 мая лодку засекли гидролокатором, после чего эсминец сбросил серию глубинных бомб точно в место погружения U-881, командир которой так и не успел открыть счет своим победам.

Несмотря на отдельные успехи лодок со шнорхелем в Ла-Манше, с января по май 1945 года Дениц потерял 145 субмарин. Долгое время англичане были уверены, что именно шнорхель стал причиной гибели U-905 обер-лейтенанта Бернхарда Швартинга. 20 марта 1945 года в условиях очень плохой видимости восточнее Шетлендских островов радиолокатор британского «либерейтора» из 86-й эскадрильи берегового командования обнаружил в море, как показалось пилоту, головку шнорхеля подводной лодки. Проведя атаку по цели самонаводящимися акустическими торпедами, «либерейтор» засек в течение нескольких минут шумы взрыва и гибели лодки, после чего покинул район.

Но, как выяснилось позже, самолет атаковал скорее всего не подводную цель. Субмарина U-905 действительно погибла, однако произошло это 27 марта 1945 года, когда ее забросал глубинными бомбами английский сторожевик «Конн». Все это были совершенно бессмысленные жертвы.

К 25 марта англо-американские войска вышли на Рейн и приступили к его форсированию. 17 апреля капитулировала окруженная крупная группировка немцев в Рурском промышленном районе, после чего дальнейшее наступление союзных войск развивалось на Западе почти беспрепятственно. К 1 апреля советские войска подошли к рекам Одер и Нейссе, а 16 апреля 1945 года началась Берлинская операция.

30 апреля советские войска вышли к центру Берлина и овладели рейхстагом. К 15 часам 2 мая немцы прекратили сопротивление в Берлине.

Участь Кригсмарине также оказалась незавидной. Крейсер «Адмирал Хиппер» потопила 10 апреля в Киле англо-американская авиация, «Эмден» получил тяжелые повреждения, «Лютцов» был потоплен 16 апреля близ Свинемюнде, «Кельн» уничтожен авиацией в Вильгельмсхафене, недостроенный «Зейдлиц» потопили сами немцы, тяжело поврежденный линкор «Гнейзенау» был разоружен в Гдыне, а крейсера «Принц Ойген» и «Нюрнберг» капитулировали 7 мая в Копенгагене.

Перед тем как покончить жизнь самоубийством Гитлер назначил своим преемником гросс-адмирала Деница, о чем последний должен был узнать из завещания, написанного 29 апреля 1945 года: в нем фюрер указал фамилии членов нового правительства Германии. С этого момента Дениц становился канцлером, главнокомандующим вооруженными силами и военным министром. Личный адъютант Гитлера, везший завещание, погиб, и Дениц узнал о назначении 30 апреля из радиограммы Бормана. Не зная о том, что Гитлер покончил с собой, Дениц ответил:

«Мой фюрер! Моя преданность вам беспредельна. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы прийти вам на помощь в Берлин. Если, однако, судьба повелевает мне возглавить рейх в качестве назначенного вами преемника, я пойду этим путем до конца, стремясь быть достойным непревзойденной героической борьбы немецкого народа».

Гросс-адмирал Дениц

Хотя говорят, что назначение удивило многих, едва ли это было так. Дениц до конца оставался преданнейшим соратником Гитлера, одним из немногих, кому фюрер безгранично доверял. Именно Дениц первым поздравил фюрера после покушения 20 июля 1944 года с «чудесным спасением». Именно Дениц предложил Гитлеру сделать «немецкое приветствие» обязательным для вермахта. После смерти Гитлера бесстрастный голос гросс-адмирала вещал по радио: «Фюрер пал величайшим героем немецкой истории, но борьба продолжается…»

Уже гораздо позже, сидя в тюрьме Шпандау, в отличие от Шпеера, также находящегося там, Дениц не предпринял ни малейшей попытки пролить свет истины на то, что творилось в Германии при нацистском режиме. Даже будучи при смерти, спустя тридцать пять лет после войны, потерявший в ней двух сыновей Дениц говорил о глубокой уверенности в своей правоте.

Чуть раньше — 30 апреля 1945 года — Дениц приказал затопить все боевые корабли, оставив только рыболовные и транспортные суда. После этого еще несколько дней германский флот продолжал совершенно бесперспективную борьбу только для того, чтобы эвакуировать как можно больше немцев из балтийских портов и подготовиться к операции затопления кораблей, носившую кодовое название «Регенбоген», или «Радуга».

4 мая в 15.14 Дениц приказал подводникам прекратить боевые действия. Все корабли должны были всплыть и следовать в ближайший порт союзников под черным или синим флагом.

«Вы сражались как львы…» — скажет на следующий день Дениц в своем заключительном обращении к подводникам. К этому моменту по условному сигналу «Регенбоген» немцы затопят 231 субмарину.

В тот момент союзники небезосновательно опасались, что преданные фюреру германские подводники не прекратят нападать на транспорты. И действительно, атаки продолжались еще в течение четырех дней.

U-2511 — первая лодка типа XXI, которой командовал небезызвестный корветен-капитан Ади Шнее, все-таки вышла в свой первый боевой поход из Бергена 30 апреля 1945 года — в день кончины Гитлера — и показала себя с отличной стороны. Имитация атаки, выполненная Шнее против британского тяжелого крейсера «Норфолк» перед самым прекращением военных действий, показала, что тактика, разработанная Деницом с учетом возможностей новых подводных лодок, вполне могла переломить ход борьбы в Атлантике. Имевшие подводную скорость выше надводной, лодки типа XXI двигались под шнорхелем ночью и с электродвигателем днем, проводя все патрулирование под водой. Но это была действительно лишь имитация, поскольку Шнее уже имел на руках приказ Деница о прекращении огня. Кстати, с «Норфолка» так и не заметили германскую субмарину, которая могла разнести корабль на части. Проделав маневр, Шнее спокойно всплыл и направился в базу.

О том, что переживали подводники в те судьбоносные дни, можно судить по записям Эриха Топпа, потопившего 33 судна общей грузоподъемностью 184 244 брт, того самого, что прославил свою «семерку» U-552, больше известную как «Красные дьяволы». Именно он, награжденный Рыцарским крестом с Дубовыми листьями и Мечами, в списке «королей потопленного тоннажа» занимал третье место после Кречмера и Люта.

«22 апреля. Принял от капитан-лейтенанта Бунгардса подводную лодку U-2513. Ведется ускоренная подготовка к выходу в море.

27 апреля. Являлся с докладом к адмиралу Фридебургу.

28 апреля. Доклад у главнокомандующего перед уходом в боевой поход. В его подчинение переходит и северный район. Фюрер продолжает командовать войсками из Берлина.

29 апреля. Радио сообщило, что Западный фронт ослаблен. Цель — усилить Восточный фронт и возложить всю ответственность за судьбу Европы на западные державы.

30 апреля. Прошел слух, что англичане переправились у Лауенбурга и продвигаются в направлении Любека. Все облегченно вздохнули.

1 мая. В составе эскорта вышли на Хортен. В 22.20 получили сообщение о смерти фюрера. Мечта о великой Германии не осуществилась. Дениц берет в свои руки управление государством. В своем воззвании он повторяет то, что говорил 28 апреля нам, командирам подводных лодок.

2–3 мая. С эскортом прошли Большой Бельт. Узкие, свободные от мин проходы. Уйти под воду или развернуться невозможно. В случае налета авиации мы оказались бы в беспомощном положении. Наша лодка последняя, которая благополучно миновала Бельт. Субмарина, проходившая здесь через день после нас, была уничтожена. Скагеррак миновали под водой. При подходе к Осло появился самолет. В дальнейшем обошлось без происшествий. Наконец пришли в Хортен. Перед нами прежняя задача — обнаружить противника. На лодке ведутся текущие работы.

В это время поступает приказ: все подводные лодки, находящиеся к настоящему моменту южнее определенной широты, должны возвратиться в Германию, а не следовать в Норвегию.

7 мая. Германский министр иностранных дел сообщил о безоговорочной капитуляции всех германских вооруженных сил. Узнаю обо всем этом в Осло, куда заходил в госпиталь. Срочно возвращаемся в Хортен. На пути в голову приходит мысль затопить лодку, сославшись на незнание приказа, а часть груза и продукты переправить на сушу. Однако все это отпало. Поступило указание гросс-адмирала Деница не только не топить подводные лодки, но даже не портить их.

Мы полагали, что гросс-адмирал действует по принуждению и что потому мы имеем право действовать по своему усмотрению. Командующий подводными лодками западного района отверг нашу точку зрения.

8 мая. Флаг спущен.

9 мая. Все торпеды потоплены. Уничтожена вся новейшая аппаратура, секретные документы.

10 мая. Указаны точные границы района, в пределах которых разрешено находиться подводным лодкам.

12 мая. Выдержки из приказов и условий союзных комиссий по перемирию: на подводных лодках оставить только необходимый технический персонал. Одновременно запрашивали, могут ли лодки выйти в двухнедельное плавание. Речь шла об отправке их в Англию.

13 мая. Получен приказ: на лодке остаются только командир, первый вахтенный офицер, старший механик, старший штурман, два старших моториста; всего 35 человек, в том числе 20 человек технического состава. Остальные должны покинуть субмарину. В 19.00 все, кому приказано, покидают лодку.

16 мая. Англичане должны прибыть в 14.00. В сопровождении соответствующей охраны они появляются. Производится осмотр подводной лодки типа XXI, которая очень интересует англичан.

18 мая. Получен приказ англичан: немедленно направиться к причалу, где стоят другие лодки.

19 мая. От начальника оперативного отдела штаба командующего подводным флотом поступила радиограмма: „Командиры подводных лодок, не выполняющие приказы гросс-адмирала, поступают безответственно. Лодки должны всплыть и сдаться“.

Следуем в Осло.

28 мая. В 9.00 нас буксируют к пирсу Тигесхолм. Вскоре прибываем на нашу новую стоянку возле английского эсминца „Кэмпбелл“.

На каждую лодку поднимаются два английских офицера и несколько матросов, один из них несет английский флаг. Вручают приказ: всему личному составу построиться на набережной.

Производится посадка на грузовые машины. Нас везут на вокзал. Двадцать часов езды по железной дороге. Прибыли в лагерь Крагёрё.

26 августа. Мы вступили на немецкую землю. Встреча была такой же мрачной, как и пасмурное небо. Длинную колонну из трех тысяч человек, освобожденных из пересыльного лагеря, мало кто встречал…»

Некоторые командиры сразу подчинились и сдались, но нашлись и такие, кто еще долгое время находится в море.

В июле 1945 года у берегов Аргентины появилась «девятка» U-530 обер-лейтенанта Петера Штевера (по другим данным командовал лодкой обер-лейтенант Отто Вермут). 10 июля субмарина сдалась в Мар-дель-Плата аргентинскому флоту. На многочисленных допросах экипаж лодки утверждал, что все это время патрулировал у берегов США, потом сдался. Ходили слухи, что именно на этой лодке были доставлены в Аргентину Борман и Мюллер, — правда, если это вообще происходило… После тщательных обследований лодка была потоплена американцами в ноябре 1947 года.

17 августа там же, у Мар-дель-Плата, после 66-дневного «путешествия» из Норвегии сдалась аргентинцам еще одна субмарина: «семерка» U-997 обер-лейтенанта Хайнца Шеффера. Совершенно непонятно, как могла субмарина этого типа находиться в море столько времени, когда автономность «семерки» не превышала семи недель! Подводники чувствовали себя весьма неплохо — во время ожидания посланного за ними аргентинского тральщика они подкармливали альбатроса сардинами в масле… По непроверенным данным, такие лодки могли некоторое время отстаиваться в секретных базах в ожидании специальных приказаний. Как и в других случаях, допросы немецких подводников ничего не дали. По крайней мере, такова официальная точка зрения. Вместе с тем есть сведения, что именно подводные лодки в конце войны должны были эвакуировать ценности и высших чинов рейха. Известно и то, что существовал так называемый «личный конвой Гитлера», состоявший из U-530, U-977, U-1227 и других. Так или иначе, но в истории таинственных «особых заданий», выполненных субмаринами, слишком много слухов и сенсаций, которые невозможно проверить.

Между тем 23 мая 1945 года по приказу Эйзенхауэра, согласованного с советским командованием, новое германское правительство было арестовано.

Вместе с другими 22 нацистскими лидерами Дениц предстал перед Международным военным трибуналом, заседавшим в Нюрнберге с 20 октября 1945 года по 1 октября 1946 года.

Дениц утверждал, что не имел к нацистским преступлениям никакого отношения. Лично он, конечно, в массовых убийствах участия не принимал, однако был далеко не последним человеком в окружении Гитлера и не мог не знать о том, что творилось в Третьем рейхе. Тем не менее обвинение пришло к выводу, что Дениц не причастен к заговору с целью развязывания агрессивной войны, не готовил и не начинал ее, но, будучи командующим подводными силами, вел неограниченную подводную войну, нелегитимную по определению. Правда, по свидетельствам американского адмирала Нимица, англо-американский подводный флот использовал те же самые методы. Хотя после продолжительных дебатов Деницу не засчитали расстрелы его «волками» моряков с подбитых военных и гражданских судов, гросс-адмирал тем не менее был осужден на 10 лет как военный преступник.

Отбыв срок в тюрьме Шпандау в Западном Берлине, Карл Дениц освободился 1 октября 1956 года. Получая адмиралтейскую пенсию, бывший гросс-адмирал писал книги воспоминаний и консультировал специалистов, изучающих историю подводных сил, пока не умер в Аумюле недалеко от Гамбурга 24 декабря 1980 года.

После войны немецкие субмарины, которые не успели затопить, попали в руки к союзникам. Большую часть подлодок собрали в Лайзахолли, Северная Ирландия, и Лох-Райане, Шотландия. Именно здесь была поставлена точка в истории подводной войны германского флота. Ненависть британцев к немецким субмаринам была понятна и настолько велика, что они решили просто уничтожить их, несмотря на то что прочные корпуса лодок можно было бы пустить на переработку. Правда, позже англичане спохватились и начали работы по подъему остатков подводных лодок и поиску на них драгоценных металлов.

Итак, из 154 немецких лодок, попавших в руки союзников, 119 были потоплены в 1945–1946 годах во время операции «Дедлайт» («Смертельный огонь»). В основном лодки забрасывались бомбами с самолетов. 12 февраля 1946 года в 10.04 была уничтожена последняя субмарина — U-3514. Оставшиеся 35 поначалу использовались для решения различных задач, после чего также были потоплены подобно U-1105, известной под названием «Черная пантера», переданной США и погребенной на дне Чесапикского залива во время взрывных работ в ноябре 1948 года. Несколько лодок стали музеями.

Итак, война окончена, но цена победы на море была очень велика. Уинстон Черчилль не раз повторял:

«Единственная вещь, которая по настоящему тревожила меня в ходе войны — это опасность, исходящая от немецких подводных лодок».

Потери союзников за годы войны составили около 2000 военных кораблей и судов торгового флота общим водоизмещением 13,5 миллионов тонн. Погибли 70 000 военных моряков и около 30 000 моряков торгового флота.

Согласно официальной немецкой статистике, за годы Второй мировой войны потоплено 783 германские субмарины. Около 32 000 немецких подводников из 39 000 погибли, 5000 — попали в плен. Однако даже эти цифры не дают полного представления о катастрофе подводного флота. Поскольку только 842 подводные лодки участвовали в боях, их потери составили 93 процента!

«В то время слово „долг“ по большей части было первым и последним в лексиконе подводников. В противовес тем, кто не был очевидцем событий, должен сказать, что мы выполняли свой долг с доблестью… Мы были солдатами и патриотами, не больше и не меньше, и, приверженные своему долгу, гибли в неимоверном количестве…»

Так считал ветеран подводной войны Герберт Вернер. Но прав он лишь только отчасти. В самом деле, ни в одном из других видов вооруженных сил немцы не боролись лицом к лицу со смертью с большей самоотверженностью, чем в подводном флоте. Подводники сражались, умирали, на их место становились другие и снова шли на смерть… Вот только во имя чего и зачем?!

Прискорбно, что именно эти люди, будучи преданными морю, стали орудием убийства и заложниками политики нацистской верхушки гитлеровской Германии, поставившей их на защиту интересов бесчеловечного и обреченного на вечное проклятие режима, унесшего миллионы жизней многих народов.

Дай Бог, чтобы такое больше не повторилось.