ГЛАВА 44 «Давай зайдем в церковь» — Дивное пение — Надмирность — Бегом к храму — Литургия — Несостоявшаяся исповедь — Крещение

ГЛАВА 44

«Давай зайдем в церковь» — Дивное пение — Надмирность — Бегом к храму — Литургия — Несостоявшаяся исповедь — Крещение

«После окончания средней школы я поступила на работу в торговую сеть, но меня вскоре откомандировали в город на курсы работников прилавка. Учились мы, начиная со второй половины дня и до позднего вечера. Однажды, после занятий, мы с подругой пошли на городской почтамт и возвращались в общежитие новой для меня дорогой. Идя незнакомыми улицами, мы оказались у ограды городского кафедрального собора. Подруга сказала мне:

— Давай зайдем в церковь и поставим по свечке перед иконой Николая Чудотворца, чтобы он помог нам успешно закончить наши курсы.

Для меня ее предложение было совершенной неожиданностью. Еще в школе нам было строго-настрого запрещено заходить в церковь, и я, из-за боязни, никогда не решалась пренебречь этим запретом. Я даже никогда не задумывалась — для какой цели построена церковь и что в ней совершается? И вдруг смелое предложение подруги будто сняло с меня ограничение школьного запрета, и я, ободрившись, пошла следом за ней.

Войдя в храм, мы обе купили по свечке. Подруга спросила у одной молящейся женщины — где находится икона Николая Чудотворца. Мы поставили пред иконой свои свечи и устремили взор вперед, туда, где в огоньках лампад и свечей, средь резьбы и позолоты уходящего ввысь иконостаса, мерцали золотыми нимбами незнакомые и в то же время какие-то родные лики святых.

В это время перед одной из икон появился священнослужитель, одетый в какую-то необыкновенно длинную одежду, и, подняв руку с кадилом, негромко возгласил: „Богородицу и матерь Света в песнех возвеличим“. Потом он неспешно пошел вдоль стен храма, развеивая повсюду какое-то благовонное курение.

А где-то в вышине церковный хор так тихо и так нежно запел не слыханное мною: „Величит душа моя Господа и возрадовася дух мой о Бозе Спасе моем“.

В тот вечер у меня почему-то было грустное настроение, и эта возвышенно-нежная мелодия, как бы сроднившись с моей душой, словно открыла в ней тайную дверь, о которой я и не знала. В моей душе возникло вдруг никогда не испытанное мною состояние неизъяснимого умиления, которое невозможно выразить никакими словами. На меня дохнуло какое-то сверхчувственное веяние чего-то иноприродного, чистейшего, духовного, неувядаемого в бесконечные веки и познаваемого только лишь, невыразимым внутренним чувством. Как будто бы все стеснилось в груди. Подступившие слезы против моего желания затуманили взор. Я стремилась внутренним усилием сдержать их, но это оказалось невозможным. Незаметно для себя я глубоко забылась, погрузившись в какую-то, как мне представлялось, новую сферу иного бытия, которое словами не изъясняется.

Не помню, сколько времени длилось это умилительно-блаженное состояние. Опомнилась я только тогда, когда подруга толкнула меня в бок и сказала:

— Ну, пойдем!

Так не хотелось расставаться с этими новыми благодатными чувствами, в которые я погрузилась всем своим существом. С досадой я подумала: „Почему она без малейшего сожаления готова променять это необыкновенное состояние блаженного умиления, которое, может быть, никогда в жизни больше не повторится, на какую-то пустую болтовню? Неужели ей приятнее находиться в общежитии среди людей, увлеченных бесконечными пустыми разговорами?!“

Дорогой подруга мне что-то рассказывала, размахивая руками, но я, оставаясь погруженной в себя, не запомнила ни единого слова из ее рассказа. В общежитии, не раздеваясь, я сразу рухнула на свою кровать, словно после больших трудов, и весь вечер пребывала в полном бесчувствии ко всему происходящему, находясь под глубоким впечатлением от своего внутреннего переворота. На вопрос подруг о причине перемены настроения я ответила, что мне нездоровится.

В моих ушах все еще звучали непонятные, но глубоко врезавшиеся в память слова умилительного припева: „Честнейшую Херувим и славнейшую без сравнения Серафим, без истления Бога-Слова рождшую сущую Богородицу Тя величаем“.

В тот вечер я не стала готовиться к завтрашним занятиям. Ночью долго не могла заснуть, меня бесконечно тревожили один за другим возникающие вопросы о том, что же со мною произошло.

Утром, придя на занятия, я весь день провела в непрестанной рассеянности. Едва дождавшись окончания уроков, поспешно взяла под мышку все свои тетрадки и книжки и бегом побежала к городскому собору. Там уже началось вечернее богослужение. Я была крайне изумлена тем, что храм весь был заполнен народом и пройти вперед было невозможно. Пришлось стоять далеко от того места, где я находилась вчера. У какой-то высокой женщины я спросила, почему сегодня в храме так много народу. Повернувшись, она ответила:

— Как почему? Сегодня же суббота! Совершается воскресная служба: вечерня и утреня, потому и людей много, а завтра будет совершаться самая главная из всех служб — литургия.

Я стала вслушиваться в доносившиеся до моего слуха звуки. Сначала что-то протяжно читал предстоящий священнослужитель, а затем с воодушевлением, поочередно, отвечали два хора. Я пыталась сосредоточиться, чтобы вникнуть в смысл того, что там пелось и читалось, но кроме слов „Бог Господь и явися нам“, ничего не разобрала. Из-за бесконечно возникающего беспокойства от входящих в храм людей, которые бесцеремонно проталкивались вперед, я отошла в сторону и встала в каком-то укромном уголке, надеясь, что здесь мне удастся сосредоточиться, но и сюда непрестанно заходили люди, чтобы поцеловать висящие на стенах иконы, не давая ни на минуту обрести покоя. Это продолжалось в течение всей службы. Я так и не смогла, даже слегка, почувствовать то, что ощутила вчера.

На другой день утром я поспешила прийти в храм как можно раньше, но там уже было довольно много людей — оказалось, что по воскресным дням здесь совершается две литургии: ранняя и поздняя. Перед началом поздней я смогла обойти весь храм, с благоговейным удивлением рассматривая непонятные для меня предметы церковного обихода, расспрашивая о них и о многом другом всех, кто попадался мне на пути.

Перед началом поздней литургии я устроилась в нише бокового входа, откуда хорошо просматривался весь храм. Из боковых дверей алтаря вышел диакон и громким голосом возвестил прибытие архиерея. Хор мощным аккордом ответил по-гречески: „Тон деспотии ке архиереа имон…“ Эхо с переливом отозвалось из-под купола храма. Я с нескрываемым удивлением следила за торжественной церемонией встречи и облачения архиерея, которое сопровождалось несмолкаемым пением двух чередующихся хоров.

Началась поздняя литургия. Тем временем слева от алтаря появился еще один священник. Люди поодиночке подходили к нему, и он, покрывая каждого из них каким-то полотнищем, о чем-то с ними разговаривал. Я спросила у стоящей рядом женщины, о чем они беседуют. Она ответила:

— Там совершается исповедь.

— А при каком условии разрешается подходить к ней?

— Нужно сперва подготовиться.

— А как? — продолжала вопрошать я.

— Нужно не меньше недели поститься, то есть вкушать постную пищу. Если имеешь усердие, — то только один хлеб и воду, а в следующее воскресенье приходи, и когда подойдет твоя очередь, предупреди священника, что ты пришла на исповедь впервые, тогда он будет задавать тебе наводящие вопросы.

Вдруг какая-то из стоящих около нас женщин тихо сказала:

— Не разговаривайте — сейчас будут петь Херувимскую.

В храме на минуту наступила полная тишина, а затем хор медленно и величественно запел: „Иже Херувимы, тайно образующе и животворящей Троице трисвятую песнь припевающе…“ Люди стояли, словно окаменев, без малейшего движения в почтительном благоговении.

Закрыв глаза, я углубилась внутрь себя, надеясь повторно ощутить то сладостно-умиленное состояние, которое впервые познала день тому назад. Но увы, тщетными оказались все мои внутренние усилия. Они не помогли вызвать желаемого состояния.

После окончания литургии я вернулась в общежитие и моя жизнь потекла как будто по-прежнему: ежедневно ходила на занятия, но теперь каждый вечер незамедлительно спешила в храм, все время помня, что мне нужно готовиться к предстоящей исповеди.

В желанный воскресный день я снова пришла незадолго до начала поздней литургии и стала рядом с другими исповедниками. Дождавшись своей очереди, я подошла к священнику и сказала, что впервые пришла на исповедь. Он, удивленно посмотрев на меня, спросил:

— А на тебе крест есть?

— Нет, — ответила я.

— А ты крещеная?

— Нет.

— В таком случае я не могу тебя допустить к исповеди, потому что без крещения ты пребываешь вне Церкви.

Я отошла от него в недоумении. Одна из женщин, видя мое смущение, любезно взяла меня за руку и сказала:

— Перед концом службы выйди из храма и ожидай, а когда появится священник, ты подойди к нему и спроси, как тебе можно принять крещение.

Я так и поступила. Дождавшись его, поспешно подошла и, поклонившись, спросила о крещении. Он, несколько помолчав, спросил:

— А ты не спрашивала отца с матерью, может быть, они крестили тебя?

— Батюшка, — ответила я, — да мама моя неверующая, она еще хуже меня ничего не знает, она даже в церкви-то никогда не бывала.

— Ну, а отец?

— А отца своего я вообще не знаю, потому что я у нее — незаконнорожденная.

— В таком случае, — сказал он, — приходи завтра утром креститься.

На другой день я пришла пораньше и ожидала священника возле храма. Заметив меня, он разыскал какую-то работающую в церкви женщину и сказал ей:

— Ты будешь крестной матерью.

Потом привел еще и мужчину, которому назначил быть моим крестным отцом, и всех нас повел в „крестильню“.

После принятия крещения во мне появилось, на первый взгляд, странное, но неодолимое желание — быть только при храме. Во время учебных занятий я непрестанно помышляла только о храме и о богослужении. Какая-то неведомая сила влекла мой ум туда, где я так неожиданно для себя впервые ощутила внутренним чувством таинственное дуновение не от мира сего…

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

Глава 46 СПОРТИВНЫМ БЕГОМ ОТ ЛЮБВИ

Из книги Андрей Миронов и Я автора Егорова Татьяна Николаевна

Глава 46 СПОРТИВНЫМ БЕГОМ ОТ ЛЮБВИ В отношениях между Чеком и Андреем прошмыгнула кошка. Чек нервничал, когда его артисты уходили из-под власти. А тут Андрей наконец-то обрел «ведущего», и «ведущий» повел его по дороге, в конце которой брезжило неслыханное и невиданное


Глава 8 Божественная литургия

Из книги Анатолий Собчак: тайны хождения во власть автора Шутов Юрий Титович

Глава 8 Божественная литургия Молиться можешь ты свободно, Но так, чтоб слышал Бог один... Несколько депутатов, голосованием перетянувших чашу весов в пользу Б. Ельцина при избрании его Председателем Верховного Совета РСФСР, несомненно, могли стать личными врагами


Глава XXXI. ПЕНИЕ И СВЕДЕНИЕ

Из книги Жизнь в «Крематории» и вокруг него автора Троегубов Виктор

Глава XXXI. ПЕНИЕ И СВЕДЕНИЕ То ли зимние холода, то ли невоздержанность в употреблении алкоголя, – а может, все вместе, – подточило силы моего организма, и я заболел. А ведь уже пришла пора петь вокальные партии «Двойного альбома». Почему так всегда бывает: всю осень и начало


Глава 8. Божественная литургия

Из книги Собчачье сердце автора Шутов Юрий Титович

Глава 8. Божественная литургия Молиться можешь ты свободно, Но так, чтоб слышал Бог один… Несколько депутатов, голосованием перетянувших чашу весов в пользу Б. Ельцина при избрании его Председателем Верховного Совета РСФСР, несомненно, могли стать личными врагами


ДИВО ДИВНОЕ

Из книги Последняя осень [Стихотворения, письма, воспоминания современников] автора Рубцов Николай Михайлович

ДИВО ДИВНОЕ Маленькие Лили (Для детей) Две маленькие                         Лили —                                 лилипуты увидели на иве желтый прутик. Его спросили Лили: — Почему ты                   не зеленеешь,                                         прутик-лилипутик? — Пошли        


Глава 14 Бегом от налогов

Из книги Пугачева против Ротару. Великие соперницы автора Раззаков Федор

Глава 14 Бегом от налогов В январе 2002 года Пугачева съездила отдохнуть во Францию, на горнолыжный курорт Куршевель, что на границе с Италией. Причем отправилась туда не с собственным мужем, а с Максимом Галкиным, а также дочерью Кристиной и внуком Никитой.Ротару предпочла


Глава 1: ПЕНИЕ В ОПЕРЕ

Из книги Мой мир автора Паваротти Лучано

Глава 1: ПЕНИЕ В ОПЕРЕ Так как в этой книге я собираюсь много рассказывать о своей жизни вообще, то сначала хочу поведать о том, что значит быть оперным певцом. Но, прежде всего о том, чем я занимаюсь, то есть, что у меня за профессия.Каждый год я устраиваю большое конное шоу в


Глава IV. Бегом и спотыкаясь — к Олимпу

Из книги Последний круг автора Шенкман Стив

Глава IV. Бегом и спотыкаясь — к Олимпу Сверхсрочником меня перевели в Москву в ноябре 1953-го. Я сразу же нашел на стадионе ЦСКА тренера Петра Сергеевича Степанова, рассказал ему о себе и попросился в его группу. Он подключил меня к Алексею Десятчикову, Юрию Прищепе, Семену


Глава первая ДОРОГА К ХРАМУ

Из книги Царь Соломон автора Люкимсон Петр Ефимович

Глава первая ДОРОГА К ХРАМУ Для того чтобы объяснить, какую роль играл и продолжает играть Иерусалимский храм в жизни и сознании еврейского народа, в его истории, чаяниях и надеждах, в еврейской мистике и эсхатологии, нам явно не хватит одной книги. Нет для религиозного


Глава седьмая Дорога к храму

Из книги Царь Давид автора Люкимсон Петр Ефимович

Глава седьмая Дорога к храму Прошло совсем немного времени – и Давид решил провести всеобщую перепись мужского населения страны.С точки зрения историков и самой логики управления государством, этот шаг выглядит вполне понятным. После пронесшихся над страной бурь,


«Только без „давай-давай!“»

Из книги Проскочившее поколение автора Борин Александр Борисович

«Только без „давай-давай!“» С кем-то судьба сводила меня прочно и надолго, с другими связывало не слишком близкое знакомство, выпадали только редкие случайные встречи. Многие из них забылись, выветрились из памяти, но что-то запомнилось чрезвычайно ярко и


Сендайская церковь Церковь в Мориока (с октября 1889) Церковь в Исиномаки 14 мая 1889 г. Сендай

Из книги Дневники св. Николая Японского. Том ?I автора (Касаткин) Николай Японский

Сендайская церковь Церковь в Мориока (с октября 1889) Церковь в Исиномаки 14 мая 1889 г. Сендай 11 мая нового стиля 1889 Сендайская церковь и повременные церковные собрания в ней для приходов священников в ней, для приходов священников Петра Сасагава (в Сендае) и Иова Мидзуяма (в


Глава 6. Божественная литургия

Из книги Крёстный отец «питерских» автора Шутов Юрий Титович

Глава 6. Божественная литургия Молиться можешь ты свободно, Но так, чтоб слышал Бог один… Несколько депутатов, голосованием перетянувших чашу весов в пользу Б. Ельцина при избрании его Председателем Верховного Совета РСФСР, несомненно, могли стать личными врагами


Глава 6 Божественная литургия

Из книги Анатолий Собчак. Отец Ксении, муж Людмилы автора Шутов Юрий Титович

Глава 6 Божественная литургия Молиться можешь ты свободно, Но так, чтоб слышал Бог один… Несколько депутатов, голосованием перетянувших чашу весов в пользу Б. Ельцина при избрании его Председателем Верховного Совета РСФСР, несомненно, могли стать личными врагами


Глава четырнадцатая. Бегом от налогов

Из книги София Ротару и ее миллионы автора Раззаков Федор

Глава четырнадцатая. Бегом от налогов Новый 2002 год Ротару встретила в кругу семьи, в Ялте, после чего отправилась с мужем к своим родителям в село Маршинцы, что в Западной Украине.Тем временем 18–19 января в Москве состоялись юбилейные концерты композитора Александра