Пламя над берегом

Пламя над берегом

В те дни началась эпопея Малой земли.

Высадившись в тылу врага, горстка черноморцев «заявила о себе», как выразился Алексеев, «столь громко», что о ней сразу заговорила страна.

Им было туго… Очень туго…

Военный совет 18-й армии выступил с обращением к защитникам Малой земли:

«Военный совет, — говорилось в этом обращении, — гордится вашими подвигами, стойкие защитники Малой земли, нашей великой социалистической Родины, уверен, что этот рубеж обороны будет для врага неприступным. Вы отвоевали эту землю, вы крепко держите ее в своих руках. Вашей обороной, мужеством и героизмом гордятся ваши отцы, матери, жены и дети. Мы знаем, что маленькая земля станет большой и принесет освобождение стонущим от фашистского ига нашим родным отцам, матерям, женам и детям…»

Малой земле нужна была помощь. Без нее немцы могли сбросить десант в море. На Малую землю мы ходили из Геленджика.

Многое довелось повидать мне за войну: и огненное небо Севастополя, и эпопею Херсонеса, и мужество Новороссийска, но Малая земля, казалось, соединила в себе неистовство, ярость и боль всех этих трех немыслимых рубежей.

Каждый раз, когда, сопровождая «илы», мы подходили к этой узкой, прижатой к морю полоске земли, летчики с изумлением восклицали: как все это может стоять, сражаться, атаковать?!

Собственно, никакой земли с воздуха не было видно. Казалось, внизу бушует один гигантский костер. Пламя его вздымалось к небу шапками, опадало, прочерчивалось молниями, распадалось на множество самостоятельных очагов, стлалось по земле. Море у берега кипело от разрывов снарядов, бомб, мин. Белые облака ядовитого дыма стлались одинаково и над волнами, и над белым песком. Впрочем, я оговорился: белым он казался от того же слепящего пламени. Когда самолет проходил на бреющем, земля отливала бурой ржавчиной.

Позднее я побывал здесь и не увидел ни одного не опаленного и не пронзенного десятками, сотнями снарядов клочка суши. Рваная сталь осколков покрывала землю железным панцирем, и казалось невероятным, что на Малой земле могло бы существовать, дышать, двигаться вообще что-нибудь живое.

Пройдя над Новороссийском, над цементным заводом с его разбитыми трубами и искореженными остовами платформы, над акваторией порта с торчащими из воды мачтами и рубками потопленных кораблей, мы выходим на Малую землю.

Вначале кажется, что определить, где немцы, где наши, просто невозможно. Густая пелена огня и дыма поднимается к небу. Присмотревшись, определяешь наиболее яростную концентрацию огня. Значит, это передовая. Дальнейшее — не трудно. Огненное полукольцо охватывает узкую полоску берега.

Мы разделяемся. Часть штурмовиков, прикрываемая нами, идет на подавление немецких батарей. Другая — атакует передние порядки противника. Третьи снижаются до бреющего: сбрасывают десантникам оружие, боеприпасы, продовольствие. Промахнуться нельзя: какой-нибудь десяток неучтенных метров — и наши подарки попадут либо в море, либо к немцам. Поневоле занимаемся воздушной акробатикой.

Чтобы была полная уверенность в успехе, иногда груз сбрасывается со второго, третьего захода. Мы барражируем в воздухе, отгоняя «Ме-109», пытающихся помешать штурмовке. То здесь, то там завязываются скоротечные схватки. Собственно, кто здесь штурмовик, а кто истребитель — понятие весьма относительное.

Наблюдаем с ведомым, как из-за холмов на бешеной скорости идут к окопам десанта три танка.

— «Заря»! «Заря»! Танки! — кричу по радио.

Вначале думаю: на «илах» нас не поняли. Через мгновение убеждаюсь: поняли, но «наши», как я их теперь мысленно называю, танки — не единственные. Штурмовики бьют по машинам, выскочившим слева и справа. Значит, звездная атака.

Оглядываюсь: тройка наших барражирует над полем боя. В случае чего прикроют. Радирую: «Иду на танки! Наблюдать за воздухом».

Что может сделать в данном случае истребитель? Казалось бы, немногое. Нет! Разбить строй атакующих, остановить их, а при удачном пушечном залпе, и зажечь танк — это в наших силах.

Стремительно снижаемся. В скрещении линий прицела — башня. Нажимаю гашетку. Вижу, как веселыми осколками брызжет по броне сталь. Танк лихорадочно меняет курс. «Ага! Не понравилось!» Новый заход. Вижу: ведомый бьет по второму танку. Кажется, попал: танк завертелся. Гусеница с перебитыми траками сползает на землю.

Бью по «своему». Стараюсь попасть по бакам с горючим. В это мгновение появляются два «ила». Отлично! Они довершат начатое.

Теперь — по пехоте. С этой легче! Прохожу над самой землей. Работают пулеметы и пушка. Падают, разбегаются гитлеровцы.

По плоскости шарахнула очередь. А это еще откуда?

Оглядываюсь. Снопы огня летят к моей машине из-за груды камней. Разворачиваюсь, ловлю камни в прицел. Вижу, там пушка. Бью… Летят в воздух прутья арматуры. Бежит прислуга. Гитлеровцы падают под огнем моих пулеметов. Пушка умолкает. Снова набираем высоту. Тройка наших сцепилась с четверкой «Ме-109». Спешу на помощь. Увидев мою пару, «мессеры» отвернули. Так и подмывает броситься за ними в погоню. Нельзя! Штурмовики продолжают утюжить передний край противника. Их нельзя оставлять без прикрытия.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Похожие главы из других книг

ПЛАМЯ НАД ПЕРЕКОПОМ

Из книги У самого Черного моря. Книга I автора Авдеев Михаил Васильевич

ПЛАМЯ НАД ПЕРЕКОПОМ Вместо пролога Надолго оставит в России великие следы эта эпопея Севастополя, которой героем был народ русский. Лев Толстой. — Мишка! Смотри слева! Слева-а-а!..Крик ударяет в наушники.Стремительно оглядываюсь.Кажется, уже поздно: от «мессера» тянутся


Пламя Варшавы

Из книги 1000 ночных вылетов автора Михаленко Константин

Пламя Варшавы Уже несколько дней бомбовыми ударами поддерживаем пехоту, но по всему видно, что наше наступление выдыхается. Все яростней контратаки противника, все медленнее темп продвижения наших войск. Штабисты поговаривают о том, что передовым частям, возможно,


11. Сквозь пламя

Из книги Евгений Чудаков автора Алексеев (2) Юрий Георгиевич

11. Сквозь пламя Ландыши обычно цветут в мае. А в тот год весна запоздала. И лето началось с холодов. Но девушки шили белые платья, молодые люди утюжили белые брюки. Белый цвет был самым модным. Утром Таня Чудакова с теткой Натальей (так она называла свою любимую тетю Наталью


IX. ПЛАМЯ

Из книги Богдан Хмельницкий автора Осипов К.

IX. ПЛАМЯ «И так народ посполитий на Украине, послишавши о знесенню войск коронних и гетманов, зараз почали ся купити в полки, не только тие, которие козаками бывали, але кто и негди козацтва не знал»[81].В этих словах летописца хорошо передано настроение, охватившее все


ПЛАМЯ

Из книги Каменный пояс, 1978 автора Бердников Сергей

ПЛАМЯ …Над тушильной башней облака,Словно пух от белых лебедей.Над заводомВялый пар и буйный дым,Полной грудью дышит коксохим.Год тридцатыйПомню до сих пор:Надрывал «козлами» свои плечи,Котлован копал,ОгнеупорПоднимал для кладки первой печи.О былом забыть не


ЗАВЕЩАННОЕ ПЛАМЯ

Из книги Розы на снегу автора Кринов Юрий Сергеевич

ЗАВЕЩАННОЕ ПЛАМЯ Растаяли снега. Зазеленели дубравы Тригорского и Михайловского. Легче стало отлучаться из поселка подальше, бывать в лесу. Деятельность подпольщиков группы Виктора Дорофеева с приходом весны оживилась.Как-то за неизменной игрой в карты Дорофеев


СКВОЗЬ ДЫМ И ПЛАМЯ

Из книги Записки русского изгнанника автора Беляев Иван Тимофеевич

СКВОЗЬ ДЫМ И ПЛАМЯ За Родину! Закавказье уже спалено летними жарами, мы ползем с медленностью классического Bummelzug — «Осетинской молнии». Уже миновали Дербент, «Железные ворота», уже повернули на Ростов. Пожелтелые поля, повыжженные степи… Простились с вами, милые горы,


Ледяное пламя

Из книги На виртуальном ветру [Maxima-Library] автора Вознесенский Андрей Андреевич

Ледяное пламя В июле 1997 года, шевеля усами, Режис Дебре, легендарный сподвижник Че Гевары, проведший годы в застенках, а ныне ставший философом телекоммуникаций, вспоминал, как он студентом протискивался на мой вечер в парижском театрике


ПЛАМЯ ГВОЗДИКИ

Из книги Белояннис автора Витин Михаил Григорьевич

ПЛАМЯ ГВОЗДИКИ В воскресенье, 30 марта, когда еще первый солнечный луч не коснулся Белоянниса, лежавшего с простреленной грудью на окровавленной земле в Гуди, у подножия горы Имиттос, ротационные машины афинских типографий печатали столичные газеты с сообщением во всю


ПЛАМЯ «ИСКРЫ»

Из книги Дмитрий Ульянов автора Яроцкий Борис Михайлович

ПЛАМЯ «ИСКРЫ»


«Из пламя и света…»

Из книги Михаил Лермонтов. Один меж небом и землей автора Михайлов Валерий Федорович

«Из пламя и света…» 1Совсем немного воспоминаний о Лермонтове той поры, когда он вернулся из первой кавказской ссылки, и, как правило, они обычные, о внешнем, о пустяках: поэт не раскрывался никому, и подлинный его облик ускользал от посторонних, даже и пытливых взглядов.


Пламя

Из книги Меч Гессар-хана и другие сказания автора Рерих Николай Константинович

Пламя В измятом холщовом пакете я получил наконец письмо. Часть пакета была залита дождем или волною. Почти полгода я ожидал это письмо. Пока шло мое. Пока шел ответ. Ответ, вероятно, был задержан ледоходом и весенней распутицей. Да и мог ли я ожидать ранее ответа на мои


Пламя

Из книги Самый большой дурак под солнцем. 4646 километров пешком домой автора Рехаге Кристоф

Пламя Песок. Как же я рад, что иду по нему исключительно ради развлечения. Мои ступни погружаются в него, и с каждым шагом вверх я чуть-чуть сползаю вниз. Я чувствую, как под моими пальцами проминается земля. Она не такая теплая, как тогда, в Поющих дюнах Дуньхуана. Правда,


17. ПЛАМЯ

Из книги Чекисты [Сборник] автора Дягилев Владимир