1957–1958

1957–1958

«Помнишь, родная, как встретились мы…»

Помнишь, родная, как встретились мы

В дни моего нигилизма циничного,

Как ты меня поразила на том

Фоне греха, для тебя непривычного,

Смелостью чуткой и добрым умом,—

В дни мировой и берлинской зимы?..

Вот молодежь рукоплещет стихам,

А на экране жене моей будущей,

Верить еще не хотел я глазам,

В сердце печальном не верил я чуду еще.

Но постепенно мы стали одно,

Больше, чем наша судьба артистическая,

Выросла подлинность наша трагическая,

Темное как бы раздвинулось дно.

Вера отныне твоя и во мне

После ошибок и после страдания,

И на бездонной уже глубине

Наши сливаются воспоминания.