II

II

«В снегу трещат костры. Январь на бивуаке…»

В снегу трещат костры. Январь на бивуаке.

Продрогших лошадей испарина долит.

Студеным воздухом охвачен Исаакий,

И муфтой скрыв лицо, прохожая спешит.

В театре холодно. Чтоб угодить Шекспиру,

Актеры трудятся, крича и вопия,

И все же сострадать неистовому Лиру

В тяжелых ботиках пришла любовь моя.

Что ей до сквозняков простуженной постройки?

Дыханье частое волненье выдает.

В истопленном фойе у лимонадной стойки

Открытки и цветы старушка продает.

Нет, слава никогда не может быть забавой,

И как бы я хотел (дерзаешь ли, душа?)

Не доморощенной — великолепной славой

Покрыть себя, и пусть красавица, спеша

Спустя столетия по набережной Сены,

Прелестным профилем в подъезде промелькнет,

Чтоб для нее одной актер французской сцены

Читал моих стихов достойный перевод.

1921